Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

В России не увлекались строительством замков: то ли равнинный ландшафт не позволял возводить подобных великанов (какой смысл в замке, если он стоит посреди поля), то ли предкам не от кого было прятаться. Пращуры обносили свои города стенами и высокими заборами, защищая жителей, а здесь, впрочем, как и в Средневековой Европе, городок прилепился у подножья, сиротливо прижимаясь к ступням горного великана.

— Ты уверен, что выезд в ночь был хорошей идеей? — в голосе Лея слышалось недоумение.

— Да, — голос графа был непреклонен. — Утром в замок придет порталом официальное посольство, и лучше бы нам к этому времени быть подальше…

— Рай, Кашар не посмеет ввязаться в новую авантюру.

— Не посмеет? — сверкнул глазами граф. — Он уже посмел… Он пытается загнать меня в угол и сделать по-своему, а тогда… Тогда я не… — тут он обернулся и увидев мой горящий любопытством взгляд, осекся, прерывая разговор. — Стемнело, пора.

И мы вновь стали подниматься по той же дороге, что и приехали. Воины не выказали ни капли удивления тогда я, так и сгорала от любопытства, для чего надо было демонстративно ехать через весь город, чтобы потом в темноте возвращаться назад. Но, как оказалось, вернулись мы лишь частично, проехав пригород и сады, свернули на дорогу, круто взбиравшуюся вверх. Один из воинов забрал у меня повод, и моя кобылка побежала, управляемая твердой рукой привычного человека, тогда как я вертела головой и пыталась разглядеть хоть что-то в сгустившейся темноте. Судя по звуку бурлящей реки и мосту, через который мы переправились, мы оказались на той самой дороге, вид на которую открывался с крепостной стены и которой я любовалась сверху. Невольно вспомнилась ассоциация, что я тогда себе придумала, и оттого вновь вздрогнула. Разверстая пасть в ад, что-то похожее… И сейчас, когда мы быстро приближались к этому провалу в скале, мне становилось не по себе. Сначала дорога просто шла вверх, и звук бурлящей реки скрадывал все другие, даже цокот копыт. Но потом перед нами вырос монолит скалы с темным провалом входа, освещенного красным огнем факелов, и стало действительно жутко, тем более когда граф, не останавливаясь, понесся прямо в этот каменный зев. Впрочем, уже скоро он умерил ход коня, чтобы отыскать тщательно замаскированную дверь, даже не так — не дверь, а ворота, поскольку в них мы въезжали верхом, даже не согнувшись и выдолбленная в камне крепость открыла нам свои объятия.

— Ночь проведем здесь, — распорядился граф. — А утром тронемся в путь.

Никто не спросил о странном передвижении зигзагами по своим же землям. Меня, конечно глодало любопытство, но задавать вопросы не решилась. Встретили нас радушно, выделили помещения для сна, а в моем даже растопили камин, и уж тут я ума не приложу, как в цельной скале можно прорубить дымоход, но он тут был, потому весело трещавший очаг дал мне возможность расслабиться под уютный гул и сладко уснуть после собранного на скорую руку ужина.

Глава вторая. Поход

Разбудили меня затемно. Стылый воздух махом прогнал сонливость, да и любопытство проснулось. Мы ехали по совершенному тоннелю, даже перегоны метро не обладали такими ровными стенами и идеальным полом; иногда дефекты камня ломали идеальные линии, но это только добавляло загадки, подтверждая, что это дело рук человека. Вбитые вдоль стен светильники уже совсем не напоминали чадящих факелов, которыми освещался вход. Сейчас это были огромные кристаллы, дающие удивительный, мягкий, отдающий зеленцой, свет, отчего наши лица казались слегка мертвыми. Я усмехнулась про себя: «Оказывается, вот где оживают ужастики Голливуда!». В тоннелях Шараны можно было бы снять не один жуткий фильм. Радовало только то, что он был без ответвлений, по крайней мере видимых невооруженным глазом, да и вооруженным тоже, ведь если здесь и существуют тайные ходы, подобные тому, в который мы попали вчера, то они здорово защищены магией.

Двигались мы быстро, хотя и не на полном скаку, и уже через несколько часов выбрались-таки на свет божий, ну, или Вораса, как здесь говорят, мне было все равно, а вот золотистому солнышку в зеленом небе я радовалась как родному.

В деревеньку, что стояла у подножия скалы с тоннелем, мы заезжать не стали, как и в высившийся на ней замок, а сразу же углубились в лес, чтобы целый день двигаться звериными тропами. Через час я устала, через три прокляла несчастную коняшку, потом смирилась и уже зеленым зомбиком двигалась вместе с остальными, благо Ночка не нуждалась в твердой руке и спокойно трусила в колонне остальных, не взбрыкивая и не отставая.

Темные бутылочные сумерки опустились на лес, и наша кавалькада остановилась на привал. Воины споро развели два костра, натаскали дров и воды из журчащего рядом ручейка.

— Может, помочь с ужином? — мужчина, к которому я подошла со спины, вздрогнул, так как во всеобщем гомоне он не услышал моих шагов за спиной.

«Неужели теперь меня все будут бояться, опасаясь, что Светлый все-таки ошибся и я не «белая и пушистая» попаданка, а порождение жутких демонов? Вот этот тоже чуть котелок не уронил, а я всего лишь помощь предложила».

— Отдыхай, девочка, — меня ненавязчиво оттеснили от котла, где нервный воин стряпал наш нехитрый ужин. — Шарун справится, ему не впервой, а тебе небось не сладко сегодня пришлось.

Да уж, «не сладко» — это мягко сказано. Я признательно улыбнулась старшему из отряда темноволосому с уже пробивающейся сединой Райну. Попа, привыкшая к дивану или в худшем случае жесткому стулу студенческой аудитории, совершенно не принимала «удобное» седло и категорически не хотела никуда на нем ехать. Однако есть такое слово «надо», а если оно подкреплено презрительным взглядом графа, то разныться и устроить истерику по поводу моего почти полного неумения ездить верхом как-то сразу расхотелось. Мне повезло, что сегодня дорога вилась по лесу и никто не стремился развить большую скорость, реши они устроить скачку, я определенно вылетела бы из седла.

Пока ходила освежиться к ручью, народ уже справился с установкой лагеря и кто сидел, кто лежал у большого костра в ожидании еды. Воины отдыхали после целого дня в седле, но, только мне с непривычки он показался настолько тяжелым. Я присела у костра, облокотившись о ствол упавшего дерева, лежащий рядом, на дрова он уже не годился