Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

Ада рассеяно кивнула и с осторожностью посмотрела по сторонам, опасаясь, как бы кто не узнал в ней новую воспитанницу Клонхольма. Марк, кивая налево и направо, уверенно шёл к подобно Солнцу сияющему золотыми огнями, одноэтажному зданию, напоминающему пирамиду майя, какими их видела девушка на картинках в учебнике истории.

— Это и есть зиккурат “Золотая Тиамат”, один из лучших на улице Процессий, — с гордостью сказал спутник и пропустил девушку вперёд. Двери раскрылись, и Ада оказалась в длинном коридоре, освещённом подсветкой на полу. По обе стороны клубилась непроглядная тьма, в ушах звенело от тишины. Ада представляла себе ресторан иначе: там непременно должен стоять стук приборов по тарелкам, висеть люстра в полпотолка и расфуфыренные официанты, ловко лавирующие между столиками с подносами в поднятых руках, должны носить белоснежные перчатки.

— Разочарована? — Марк наслаждался её растерянностью и недоумением, должно быть, написанным на лице. — Жалеешь, что платье никто не увидит?

— Нет. Куда мы идём?

— Я же обещал тебе уединение. Нас никто не потревожит, — Марк понизил голос так, будто они находились в шумном зале.

Ада резко развернулась и наткнулась на стоявшего позади Марка, в глазах которого в полутьме окружающей обстановки вспыхивало синее пламя.

— Мы уже на ты? Или это ловушка? Насколько я знаю, закон охраняет таких как я? — говорила Ада, и мысленно судорожно искала выход из сложившейся ситуации, а заодно ругала себя за опрометчивость и наивность. В груди жгло пламя.

— Что такое? Я не собираюсь причинять вам зло. И как обещал, удерживать не буду. Драконы, между прочим, и писали эти законы.

Марк поднял руки в знак примирения, и Ада остыла. Девушке стало неловко, будто она споткнулась на ровном месте и тем самым обнажила внутренние страхи и неуверенность.

— Так может, и впрямь отбросим условности и перейдём на ты? Я не враг тебе, Ада, — произнёс Марк и дотронулся до руки девушки, заглянув в глаза. Аде захотелось прижаться к нему и заплакать, излить в слезах всю мерзость и безвыходность своего положения, заключающуюся в простом слове: предназначенная. Помимо её воли и желания.

Но стоило посмотреть на метку, впечатавшуюся в щёку мужчины, как наваждение уступило место животному страху: его дядя был тем самым вороном-драконом, которого она боялась до колик в животе. Он внушал ей ужас даже тем, что мог легко заставить Аду повиноваться. Такого совсем не интересовало её мнение и чувства. В глазах черноволосого Дракона отражалось лишь презрение. Она была товаром, разменной монетой в неведомой игре. Было бы справедливым, хотя бы узнать, ради чего зеркальную приносят в жертву государственным интересам.

Марк мог помочь прояснить всё, только захочет ли?

— Но друг ли? — спросила Ада и уставилась на мужчину, силясь прочитать по лицу обуревающие его эмоции. Это было не сложно, учитывая её познания в Магии виновных.

— Друг, поверь. И хватит меня проверять! Я обещал сегодня быть с тобой честным.

Марк предложил девушке руку и повел по коридору, который чем дальше они шли, тем ярче подсвечивался снизу, однако по бокам стояла всё такая же непроглядная тьма.

— Куда мы идём?

— В кабинку. Да не дёргайся, это всего лишь ужин. И всё. Ну, если не считать приятного разговора с красивой женщиной, которая хочет беседовать со мной лишь о скучных вещах.

Кабинка представляла собой квадратное помещение, освещённое тремя газовыми рожками. В интимной полутьме ярким пятном выделялся угловой красный диван, который просто кричал: “Я предназначен для вкусной трапезы и любовной игры!”

Аду вновь охватили сомнения в том, правильно ли она сделала, согласившись на свидание.

— Ты вся горишь. В таких случаях спасает вино, — произнёс Марк, усадив девушку с краю, и налил в высокий бокал молочно-белую жидкость.

— Это точно оно?

— Попробуй сама. Прекрасное и непревзойдённое “Молоко Драконицы”.

“А по виду похоже на нечто другое. Нет, что за пошлые мысли лезут в голову!” — подумала Ада и осторожно пригубила сладковатую жидкость, пахнущую цветами и мёдом. Потом сделала большой глоток, прохладный напиток разливался по телу, придавая мыслям тягучесть, а телу — расслабленность, как во время отпуска в тёплом краю, когда лежишь в густой тени в гамаке, и свежий бриз обдувает открытое тело.

— Ну что? Мой пафос был уместен?

— Вполне, — ответила притихшая Ада и, покосившись на металлические блюда на столе, накрытые непрозрачными крышками, сделала ещё один глоток сладкого вина. Разговор предстоял серьёзный, поэтому от добавки Ада решительно отказалась.

— Ты голодна, наверное? Слышал, все гарпии наделены отменным аппетитом. Хотя по тебе этого не скажешь.

— А Драконы едят обычную пищу?

— Сейчас сама увидишь. Не желать арагорийские устрицы, все влажные от розового соуса — гастрономическое преступление, — Марк говорил, не сводя с неё глаз. Голубоватые белки иногда поблёскивали пламенем. Аде вновь сделалось жарко, так, будто речь шла не о еде, а о ней самой. И это было чертовски приятно — чувствовать себя желанной! Не политической игрушкой, а женщиной, сидящей напротив привлекательного мужчины, от которого разило уверенностью и мускусом.

Чтобы не смутиться ещё больше и не выдать симпатий, Ада решила промолчать и оценить хваленых моллюсков.

Огромное плоское блюдо в центре стола и оказалось тем самым деликатесом. Марк ухаживал за ней, сказав, что предпочитает разговор без посторонних глаз и ушей. Заведение подобного рода гарантировало конфиденциальность, конечно, если твой спутник — Дракон.

На голубом фарфоре, по кругу были выложено двенадцать устриц, каждая размером с ладонь. Их прикрывали сверкавшие кусочки льда, похожего на те, что Ада видела в недавнем сне. В центре блюда стояли три соусницы, наполненные густыми ароматными жидкими приправами различных цветов.

Девушка смутилась. Мало того, что в прошлой жизни она видела сей деликатес только в шоу из жизни миллиардеров, где на белоснежных яхтах накачанные мужчины в окружении длинноногих моделей вальяжно выпивали одну раковину за другой и, деланно морщась, закусывали долькой лимона. С другой стороны, раковины ведь были живыми, пусть и безмозглыми. А это накладывало отпечаток на удовольствие от приёма столь изысканной пищи.

— А какой из трёх соусов вкуснее? — спросила Ада после непродолжительного раздумья. Надо было съесть хотя бы одну, чтобы сославшись на тяжесть в животе, отказаться от остальных и перейти к приёму нормальной еды.

— Розовый. Полей чуть-чуть. Вот так.

Через пару секунд, не дав Аде опомниться, Марк присел рядом и, взяв устрицу, аккуратно раскрыл створки. Послышался щелчок, и студенистое, прозрачное, как слеза, содержимое, содрогнулось, когда на него капнули лимонным соком и густой, тягучей как карамель, жидкостью. Дракон поднёс раковину к губам Ады и, как бы случайно, провёл холодными пальцами по её щеке. Ада выпила, почти не чувствуя