Фантастика 2026-181 - Маргарита Блинова

— Ага, — широко улыбнулась Бекка. — Меч — это наш дядя, а я — холод севера. Круто, да?

Но я не торопилась давать свое согласие.

— А что значит холод севера? Ты как-то влияешь на температуру?

— Если бы… — отмахнулась девочка. — Моя сила в равнодушии. Я безжалостная машина для убийства. Бу-у!!!

Скептически глянула на девочку. Весь мой вид кричал о том, что я скорее поверю в послушную Бестию или ставшего лапочкой Мясника, чем в то, что сестричку Кристена стоит бояться.

— Что, Рианка? Не веришь⁈ — Бекка вырвалась вперед, встала, преграждая мне путь, подняла руки и не своим голосом провыла: — Бо-ойся меня-а-а-а!

Я решила подыграть, картинно взвизгнула и с громким хохотом бросилась прочь. Следом бежала и странно подпрыгивала Бекка, подвывая и улюлюкая.

Ведя себя словно большие и шумные дети, мы с хохотом и визгом пробежали пару раз вокруг цистерны, привезенной в порт, и едва не сбили с ног рыбака. В лабиринте из мешков роли внезапно поменялись, и теперь уже Бекка с оглушительным визгом неслась прочь, а я изображала страшного монстра в черном комбинезоне.

— У-у-у! — добросовестно подражала призракам я.

— Ы-ы-ы… — давилась от смеха Бекка.

Только оказавшись далеко от купола, на самом крае причала, мы с Беккой перестали валять дурака и маяться дурью. Притормозили и, сгибаясь пополам от хохота и неудержимого веселья, остановились, чтобы отдышаться.

— А ты ничего так, — заявила девочка, придерживая руками сведенный от смеха живот. — Кристену повезло.

Я смущенно отвела взгляд и увидела группу мужчин. Они о чем-то громко спорили возле обрыва деревянного пирса. Размахивали руками и вели себя крайне подозрительно.

— Что там? — спросила я, с интересом поглядывая на них.

— Пошли посмотрим? — с готовностью предложила Бекка.

Мы протолкались ближе, и, пока девочка расспрашивала рыбаков на северном, я во все глаза смотрела на вытащенную из воды сеть с… Кстати, а что это?

— Течение прибило к острову дохлую акулу, — кратко передала Бекка рассказ моряка. — Они говорят, что никогда не сталкивались ни с чем подобным. Смотри, у нее все тело покрыто черными язвами, а голова… Мать моя вьюга! Такое ощущение, что ее голову разорвало от гноя!

Мне мгновенно поплохело. В висках загрохотал пульс, ко рту подкатил неприятный комок, перед глазами поплыли черные пятна. Тело прошиб холодный пот, а руки задрожали.

Уйти. Срочно уйти отсюда.

— Эй, Риана, ты куда? Подожди! — крикнула Бекка, с трудом поспевая за отчаянно прорывающейся обратно в порт мной. — Ты чего такая белая? Ты же сама… — Девочка внезапно умолкла и просияла. — Рианка, только не говори, что та акула — твоих рук дело.

Я и не сказала. Просто прибавила шаг, стараясь дышать глубоко и размеренно, а еще прогнать недавно увиденную картинку. Чувствовала при этом себя до отвращения мерзко.

Бекка уловила перемену в моем настроении, притихла и стала как будто старше. Взяв под локоть, она отвела меня в сторону, помогла взобраться на ящики, где я сидела утром, и пристроилась рядом, давая минутку, чтобы прийти в себя.

— Ты ведь такая же, как я? Ты тоже Всадница? — огорошила она.

Вопрос не в бровь, а в глаз.

Я совсем не ожидала, что Бекка его задаст, поэтому непроизвольно вздрогнула, застигнутая врасплох.

— Ой, только не надо врать, что я все не так поняла, — поморщилась Бекка, останавливая мой порыв все отрицать. — Если хочешь знать, у меня своего рода чуйка на наших. Раньше я думала, что могу чувствовать только силу своих, но потом увидела тебя на праздничном пиру и все поняла. Так что можешь не отпираться, Риана. Я знаю, что ты тоже Всадница. Чума или Голод?

— Мор, — обреченно выдохнула я и закрыла лицо руками.

Я не хотела признаваться. Не только Бекке. Никому. Себе, наверное, в первую очередь. Я хотела быть дружелюбным звездокрылом, готовым защитить слабого ядожалом и внимательным к деталям технопатом. Да что там! Я бы даже согласилась принять в себе зачатки небовзора, готового влезть куда угодно ради информации.

Но не загадочные силы Мора.

— Ты боишься своих возможностей? — спросила Бекка, после минутной паузы.

Вместо ответа я немного помолчала, прикидывая, как уйти от неприятного разговора, но в результате робко кивнула и показала ей манжету на своем предплечье.

— Каждый раз, когда я пользуюсь этой штукой, чешуйки меняют цвет. Чернеют, если я кого-то исцеляю, и снова становятся золотыми, если… Ну, как с той акулой. И я не знаю, что будет, если только лечить. И как в итоге эти штуки влияют на нас? Что, если… — Я судорожно сглотнула. — Вдруг это они провоцируют Всадников на все эти ужасные вещи?

Бекка с умным видом кивнула, покусала нижнюю губу, обдумывая мои слова, и посмотрела в небо.

Белоснежная огненная девочка и буйный ядовитый мальчик уже давно сладко спали в отведенном для них месте. Чего нельзя было сказать про моего здоровущего черного ворчуна.

Мясник кружил над островом. Сильными взмахами крыльев приветствовал наступающую ночь и откровенно красовался перед восторженно замершими на пирсе рыбаками.

Бекка какое-то время следила за ним, как следит кошка за привязанным к нитке фантиком, и неожиданно спросила:

— Что думают люди, когда видят завра?

— По-разному, — тихо ответила я, наблюдая за красивым и неспешным полетом своего ворчуна в звездном небе. — Кто-то восхищается их размерами, мощью, грацией, полетом. Кто-то чувствует страх… И потом, они же все очень разные. Звездокрылы — это большие дружелюбные парни и девчонки, ядожалы — сгустки агрессивного тестостерона, на которых даже косо не глянешь, а небовзоры так вообще плюются огнем… В общем, каждый видит свое.

Девочка согласно кивнула, подняла руку и ткнула в кружащего в небе завра пальцем.

— Я думаю о том, как при необходимости убью эту крылатую ящерицу.

Резко вдохнув, я похолодела и развернулась к девочке.

Что? Что она только что сказала⁈

* * *

Моим первым порывом было вскочить и закрыть собой парящего в небе Мясника, а еще лучше нависнуть над девочкой и продемонстрировать весь спектр агрессии ядожалов. Вторым — приложить ладонь ко лбу северянки и убедиться, что та не бредит от внезапно вспыхнувшей лихорадки.

Но вместо этого я развернулась к ней всем телом и уточнила:

— Ты хочешь убить моего звездокрыла?

Нет, ну мало ли. Может, я просто все не так