Фантастика 2026-163 - Алексей Иванович Ефимов

«политическую защиту». И если кто-то попытается его отжать — будь то японские шпионы, китайские триады или свои же чиновники-рвачи — он получит достойный ответ. И ответ этот будет быстрым, жёстким и очень болезненным.

— Вы угрожаете?

— Предупреждаю. — Я обошёл стол, остановился напротив него. — Есть разница. Угрожают те, у кого нет силы. А у меня она есть. И вы это только что увидели.

Я нажал другую клавишу. На экране высветилась карта — с отметками, с маршрутами, с фотографиями. Фотографиями его людей. Всех, кто был с ним сегодня, и тех, кто остался за воротами.

— Видите? — спросил я. — Я знаю, где они. Каждый. Вплоть до того, что у водителя вашего микроавтобуса проблемы с сердцем, и он сегодня утром принимал лекарство. Если он вдруг умрёт по дороге, то всё выйдет вполне естественно.

Хирумото сглотнул. В его глазах я увидел страх. Настоящий, животный страх — когда рушится всё, во что ты верил, и ты понимаешь, что противник на несколько шагов впереди.

— Что… что вам нужно, чтобы мы ушли без последствий?

— Ничего, — я пожал плечами. — Уходите так. Просто запомните — сюда лучше не соваться. А если решите вернуться — вернитесь с нормальным предложением. И да — меня всё-таки интересуют станции от Фуджитсу.

Он кивнул. Поднялся, шатаясь, и его спутники подхватили его под локти.

— И ещё, — сказал я уже в спину. — Замените своего водителя. Ему сегодня за руль лучше не садиться. У нас в России к инфарктам относятся серьёзно.

Они вышли. Я слышал, как Гришка проводил их до ворот, как взревел мотор микроавтобуса, как он уехал.

В кабинет заглянул Всеволод.

— Ну и ну, — сказал он, покачивая головой. — Ты их так отделал, что они, похоже, навсегда запомнят эту встречу.

— Надеюсь, — ответил я. — Но вряд ли. Шпионы — они как тараканы. Одного вытравишь — десять новых приползут.

— А что насчёт их предложения? Пятьдесят миллионов — не шутка.

— Пятьдесят миллионов — это пыль, — я усмехнулся. — Они хотели получить эксклюзивные права на наши артефакты. А это — миллиарды. Потенциально. Так что их «инвестиции» — это просто приманка. Чтобы втереться в доверие, а потом… потом они бы нас просто подмяли.

— И ты это понял сразу?

— Я это понял, когда они назвали сумму. Кто предлагает контракт на пятьдесят миллионов рублей, но при этом не выставляя условий? Нормальный бизнесмен сначала торгуется. А этот сразу предложил.

Всеволод покачал головой.

— Ты становишься параноиком, Санчес.

— Выживаю, — поправил я. — У нас паранойя — это норма, — не стал я уточнять, что говорю про этот мир.

Он ушёл, а я остался сидеть в кабинете. За окном уже стемнело, но детдом светился огнями. Где-то там Игнат Алексеевич проговаривал с Эльвирой Захаровной меню на завтра, а малыши уже спали, видя сладкие сны.

Я открыл ноутбук, нашёл чат с Хуго.

— Спасибо за помощь, — написал я.

— «Не за что, — ответила нейросеть. — Этот человек был опасен. Его удаление из информационного поля — правильное решение. Но вы не удалили его. Почему?»

— Потому что если я начну всех удалять, кто мне не нравится, я ничем не буду отличаться от них, — ответил я.

— «Логика понятна. Но неэффективна».

— Эффективность — не главное. Главное — оставаться человеком. Даже когда вокруг одни волки.

— «Я запомню это», — написал Хуго и замолчал.

Я закрыл ноутбук и посмотрел в окно. Ворота были закрыты, охрана на месте, камеры работали. Всё спокойно. Но я знал, что это спокойствие — обманчиво. Японцы ушли, но они вернутся. Или придут другие. И тогда нужно будет снова доказывать, что мы — не игрушка. Что у нас есть сила, воля и, главное — право на свою судьбу.

А пока — я просто сидел в тишине, слушая, как за стеной тикают часы. И думал о том, что, может быть, когда-нибудь эта гонка закончится. И мы сможем просто жить. Растить детей, производить артефакты, закрывать Пробои.

Но это будет не скоро. Очень не скоро.

Я встал, погасил свет и пошёл спать. Завтра будет новый день.

Глава 6

Бикин

Пока для них работы по артефактам нет, швейный цех у Тамары работает на нужды приюта.

Когда она поняла, что в расходах на ткани, молний и в прочие швейные аксессуары её никто не ограничивает, мы её потеряли… На сутки.

А потом она пришла ко мне с красными глазами и множеством эскизов детской одежды.

— Оставь всё мне и иди спать. Когда проснёшься, я тебе скажу, что мы принимаем, а что доработаем. Обещаю, — подтолкнул я её к выходу, куда она побрела, как зомби.

Обещал я не просто так. Понятное дело, сам в детскую моду я лезть не собирался, но у меня есть Хуго! Ему нужно было творчество для развития — так вот оно!

И знаете, идея взлетела, собственно, как и потребление электроэнергии.

Да, есть у меня на ноутбуке программка, которая эти мелочи отслеживает.

Короче, Хуго нагрелся на три градуса, пощёлкал своими электронными мозгами, прошерстил последние веяния мод и выдал свои эскизы, кстати, сразу снабдив их пакетом выкроек. И словно ненароком скинул мне на почту две ссылки на автоматизированные промышленные швейные комплексы разной производительности.

Ван выкройки добросовестно отпечатал на широкоформатном принтере, и Тамарик, когда проснулась, увидела итоги своего бдения, пусть и обработанные Хуго.

Результат оказался предсказуем. Она просто пришла в восторг и потребовала срочно организовать своё ателье. Да, детской одежды.

Хуго — сволочь редкостная! Он всё предусмотрел. Каждую деталь. Куда ни ткнись — всё настолько продумано и близко к идеалу, что кажется — дальше уже некуда. Опять же, оптимизировано настолько, что самый нарядный и практичный детский костюм выходит во вполне вменяемые деньги.

Хех… Детдомовцы — законодатели моды! Скажи мне это кто полгода назад — рассмеялся бы в лицо. Ан вон нет, к тому дело идёт. И у нас есть неделя, чтобы принарядить младшаков, которые первого сентября впервые в школу пойдут. Их немного, пятнадцать. Шесть мальчиков, остальные девочки.

Но задача поставлена так, что наши должны стать самыми нарядными!

Первыми, кто радостно принял эту мою задачу оказались Тамарик и Хуго.

Признаться, я бы их давно