"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

Пахом прислушался к интуиции, ожидая решения Анфисы, но девушка молчала, предоставляя ему право действовать по своему усмотрению, и он вынужденно усмирил гнев и желание побуянить. Достал удостоверении журналиста, раскрыл, но не подал.

– Сергей Шумский, корреспондент газеты «Версия».

Красавец в оленьем наряде протянул руку, однако Пахом спрятал удостоверение в карман.

– Извините, документ не подлежит передаче в другие руки. Ещё раз обращаю ваше внимание на факт незаконного требования. Если вам нужно узнать подробности моей службы, прошу позвонить моему начальству в Москву.

Лицо Левковича на миг стало каменной маской, в глазах родилась откровенная угроза. Но он почему-то медлил, заметив любопытные взгляды посетителей кафе, и явно не ожидал от журналистов такого выразительного хладнокровия. К тому же Анфиса притягивала его взор как магнит, и он не мог решиться на более решительные действия.

Однако его спутники были настроены иначе.

Тот же самый амбал, потребовавший документы, шагнул вперёд и навис над Пахомом чёрной глыбой.

– Документы! Быстро!

Пахом повернул голову, посмотрел на Анфису.

– Видит Бог, я был вежлив.

– Сергей… – начала она, догадываясь о подоплёке сказанного капитаном.

Но здоровяк сам дал повод на адекватный ответ. Он опустил громадную мясистую длань на плечо Пахома, придавив его к стулу, и освободил от обещаний Анфисе. Последовал стремительный разворот торсом, рука Пахома крепко сжала руку детины, выкрутила, и, повернувшись, но так и не встав с места, капитан рывком вниз опустил парня так, что тот с глухим воплем ударился лицом в столик. На пол со звоном упали два пустых блюдца. Пахом ещё раз заставил оглушённого парня крутануться по оси (приём назывался тор-кик), и толчком направил его в проход между гнёздами диванчиков. Туша здоровяка проползла пару метров, едва не сбив подходивших свидетелей. Раздались женские визги, крики, смех, одобрительные возгласы мужчин.

Проводив расширившимися глазами тело телохранителя, красавчик в оленьем прикиде перевёл взгляд на Пахома, продолжавшего сидеть как ни в чём не бывало.

Капитан спокойно поднял с пола блюдца, к счастью, не разбившиеся, посмотрел на Левковича.

– Ещё вопросы будут?

В толпе собравшихся посетителей раздался смех.

Майор сузил глаза, снова не решаясь на активные действия, оценив сдержанную уверенность журналиста, его знания приёмов рукопашного боя и отсутствие законности требования документов. И опять Левковича подставил глыбистый телохранитель. Он вскочил с окровавленным подбородком – удар о стол сломал ему нос – и с глухим рыком бросился к Пахому, доставая пистолет из-под мышечного захвата. На вскрик патрона: «Рудик, остынь!» – парень не отреагировал.

Пришлось встать. А поскольку ситуация уходила из-под контроля, да и в глазах Анфисы появился угрожающий блеск, Пахом «сдал назад».

Миг обрушившейся на голову темноты вынес его сознание на минуту с лишним в обратном направлении, и он оказался сидящим за столом в тот самый момент, когда над ним нависла мрачная скала телохранителя майора. Поднял глаза на Левковича.

– Товарищ чекист, а не лучше ли присесть с нами и не обсудить, что вас беспокоит? Какие у вас претензии? Успокойте Родика, а то он слишком нервный.

Шум в зале стих, посетители обратили внимание на Левковича, наступил миг робкой тишины.

Левкович откашлялся, озадаченно глянул на телохранителя, качнул головой.

– Побудь снаружи.

Здоровяк выдохнул, взглядом пообещал Пахому оторвать ему всё, что можно, помедлил, но вышел из зала.

– Присядете? – подвинулся Пахом.

На губах Левковича снова заиграла его пренебрежительно-предупреждающая улыбка.

– В другой раз, господин Шумский. Похоже мне дали неверную информацию. Отдыхайте… пока.

Сделав знак второму телохранителю, он кинул озадаченно-восхищённый взгляд на Анфису и вышел вслед за ним.

Возбуждённые и слегка разочарованные свидетели инцидента занялись рассадкой за столики.

Подошла официантка, во взгляде которой плавилось опасение.

– Чего-нибудь ещё?

– Кофе, – попросил Пахом.

Девушка упорхнула.

Анфиса с любопытством осмотрела лицо капитана.

– Родик, говоришь?

– Что?

– Ты назвал этого качка Левковича Родиком. Встречался с ним?

– Нет.

– Откуда же ты знаешь его имя?

Пахом с трудом выдержал прямое попадание молнии во взгляде девушки. Объяснять свою нервную реакцию на действия качка не хотелось, но и врать не хотелось ещё больше.

– Я сходил назад…

Недоумение в её глазах сменилось пониманием.

– Ты прокололся… и вернулся этим твоим хронодавом на пару минут назад?

– На полторы минуты.

– И что ты натворил?

Пахом виновато отвёл глаза.

– Он полез первый… ничего страшного, будет жить, разве что сломанный нос придётся чинить.

Анфиса покачала головой.

– Ты не сдержан, товарищ корреспондент газеты «Версия». Обещай не доводить ситуацию до форс-мажора, это может отразиться не только на задании, но и на здоровье.

– Обещаю, – пробормотал он, неуверенный в выполнении данного слова.

Принесли кофе.

Анфиса взяла свою чашку.

– Мне завтра надо быть в Култуке.

– Китайский сервиз! – удивился Пахом. – Мне тоже! Могу подвезти, в моём распоряжении китайская тачка.

– У меня своя, но я подумаю. – Она подняла чашку. – За успех безнадёжного дела?

Пахом посмотрел удивлённо.

– Как? Безнадёжного…

– Так говорил мой папа, много лет отдыхавший на озере Селигер с компанией друзей на лодках. В первый свой поход они попали в шторм, отходя от турбазы, в жуткий ливень, и когда стали лагерем на острове Хачин, первым делом выпили водки под этим лозунгом. И знаешь, помогло! Погода после ливня установилась прекрасная!

Он тоже поднял чашку.

– За успех!

Глава 14

Они встретились поздно вечером семнадцатого апреля в одной из оперативных квартир Иркутска: директор Следственного комитета генерал-лейтенант Королёв и его заместитель полковник Михайлов. Оба добирались до этого неприметного домика на окраине города, окружённого шеренгами сосен, разными путями, но одинаково по-весеннему одетыми в гражданские костюмы. Погода к третьей декаде апреля начала настраиваться на паводки, днём температура поднималась до двадцати градусов, но к вечеру опускалась до шести-восьми, из-за чего прохожие продолжали носить куртки. Однако руководители СК не ходили пешком и в доме по улице Сосновой появились без верхней одежды.

Их встретил пожилой констебль, ухаживающий за территорией конспиративных пунктов, с усмешкой объяснил, что на кухне есть всё необходимое для полноценного общения, и ушёл. Генерал и полковник остались вдвоём. Кухня им была без надобности, поэтому расположились в гостиной спартанского вида, выложив на стол перед собой лапти защищённой связи; у Королёва был айфон, у Михайлова – «самсунг» с набором одноразовых симок.

– Почему здесь? – спросил вечно озабоченный делами директор СК.

– Потому что я не доверяю вашим клеркам, пекущимся о безопасности наших секретов, – ответил Михайлов. – Уверен, что у коллег есть свои люди в наших рядах. Может быть, не у всех, но у Левковича точно. Кстати, что-то он в последнее время активно засуетился, развил бешеную деятельность, заставил сына