Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

— Не может быть! — не смог сдержать удивление Муравьёв.

— Может, — угрюмо произнёс Алексей Александрович. — Но это ещё не самая плохая новость.

Глава 22

— Что может быть хуже, чем новость об ослаблении родовых реликвий? — удивительно осторожно для своей обычной манеры общения поинтересовался граф Распутин. — На данный момент половина сильнейших артефактов задействована в защите Российской Империи. Поскольку мне известно…

В этот момент император посмотрел на Григория Владимировича, и тот осёкся. Наверное, это был первый случай со времени моего знакомства с Распутиным, когда архимаг Смерти так бурно реагировал на недовольство другого человека.

Учитывая, что Григорий Владимирович со светлейшим князем Муравьёвым буквально вчера, предлагали мне свергнуть действующего императора, картина получалась довольно интересной. Видимо, глава рода Романовых обладал не только статусом, но и достаточной силой, чтобы поставить на место архимага Смерти, что последнего не очень устраивало.

— Этот вопрос мы обязательно обсудим, Григорий Владимирович, — сухо произнёс император. — А сейчас я хотел бы поинтересоваться у князя Разумовского составом его свиты.

— Насколько я понимаю, вас интересует один конкретный человек, Алексей Александрович, — спокойно ответил я.

— Как и остальные носители золотых имён, я представляю себе, что здесь делают ваш секретарь и доверенный слуга, — невозмутимо произнёс глава рода Романовых. — А вот что здесь забыл барон Ожегов и почему вы взяли его с собой, мне сказать сложно.

— Барон Ожегов на данный момент является моим доверенным лицом в решении большинства силовых вопросов, — спокойно ответил я и увидел, как князь Муравьёв удивлённо поднял брови.

— А как же ваши Ратаи и архимаг Смерти из Африки? — спросил Павел Александрович. — Их компетенции слабее?

Аларак никак не отреагировал на слова светлейшего князя. Для себя он, видимо, принял решение ждать нашего разговора и не делать поспешных выводов, за что я ему особенно благодарен.

— Думаю, все вы знаете, что род Ожеговых принимал непосредственное участие в событиях тысячелетней давности, — ответил я и обвёл взглядом всех присутствующих. — В тот период, когда династия Романовых воцарилась на престоле молодого государства российского, происходило много всего и рядом с предками императора стояли другие главы благородных родов.

— Это действительно так, — спокойно подтвердил император. — Но с тех пор многое изменилось. Род Ожеговых на данный момент не представляет той силы, которой был раньше. Отчасти в этом есть вина императорского рода, но судьба сильнейших всегда находится в их руках.

— Сейчас у меня есть все основания полагать, что Ожеговы могут вернуться на политическую арену и занять подобающее им место, — произнёс я. — Предлагаю для начала попробовать заменить имя рода Ожеговых в книге.

Это предложение вызвало некоторое удивление у всех собравшихся, и император совсем иначе посмотрел на молчавшего всё это время Романа Викторовича.

Наверное, из всех людей в кабинете только Алексей Александрович в полной мере понимал, как работает тот артефакт, который обеспечивал ему власть над огромным количеством одарённых по всей стране. Глава рода Романовых должен был знать больше других о золотых именах и пауза перед его ответом говорила об этом красноречивее слов.

— Я думаю, что это стоящее предложение, — с некоторой задержкой произнёс Романов. — Если Ярослав Константинович прав, то ситуация может значительно измениться.

— Какие именно реликвии утратили силу, Алексей Александрович? — спросил граф Распутин.

— Перстень, — не видя смысла скрывать эту информацию от самых близких своих соратников, ответил император. — Он полностью потерял силу.

Как только правитель закончил фразу, все в кабинете посмотрели на уже ставший неотъемлемой частью любого наряда императора простой серебряный перстень с крупным изумрудом.

Выглядел артефакт так же, как обычно, но только на первый взгляд. Едва император шевельнул кольцом, снимая иллюзию, все увидели, что камень потух, и сильнейший артефакт теперь действительно напоминал обычную безделушку.

— Я использовал его силу в попытке вылечить сына, — негромко произнёс император. — Но ничего не получилось. Роман заражён какой-то непонятной болезнью, последствия которой продолжают разрушать его энергосистему. Вероятно, мой сын сможет выжить, но нужна ли ему такая жизнь, я сказать не возьмусь. По моим прогнозам, наследник престола Российской Империи лишится дара. И возможности связно мыслить. По сути, на данный момент правящая династия Российской империи не имеет наследника.

— Для мага вашего уровня это ведь не такая уж большая проблема, — уверенно произнёс светлейший князь Муравьёв и на лице правителя Империи появилась невесёлая улыбка.

— Всё в этой жизни имеет свою цену, Павел Александрович, — немного помолчав, ответил Алексей Александрович. — Вы никогда не задумывались, почему у Романовых не было за всю историю больше двух детей? Да и эти два случая были скорее удивительным исключением?

— Мы думали, что такие опытные и могущественные маги Жизни просто не хотят создавать излишнее напряжение в гонке между наследниками, — явно пытаясь проанализировать новые данные, произнёс Распутин.

— Нет, — неожиданно вступил в беседу Ожегов. — Те шесть реликвий, которыми владеет род Романовых, очень сильно влияют на их энергетику. Одним словом, качественная работа системы артефактов была ориентирована на небольшую ветвь наследников. Это позволяет сохранить силу и концентрацию магических предметов.

— Теперь я понимаю, о чём вы говорите, Ярослав Константинович, — посмотрев на меня, улыбнулся правитель Российской Империи. — Думаю, раз ситуация поворачивается таким образом, вам стоит лично взглянуть на книгу. Заодно и имя господина Ожегова перепишем.

Фамилию барона глава рода Романовых назвал с некоторой задержкой, будто сомневался в её истинности. Я только кивнул в ответ. Все остальные тоже выразили своё согласие. Молчавший всё это время Аларак сосредоточенно о чём-то думал, и мне пришлось мысленно обратиться к Бетюжину, чтобы тот успокоил африканца. Однако, ответ Григория меня крайне озадачил.

— Аларак уже сделал свой выбор, господин, — ответил архимаг Ментала. И больше не сказал ничего.

— Что ж, прошу следовать за мной, господа, — поднявшись со своего места, произнёс император. — Думаю, мне не нужно вам говорить о том, что за пределы этого кабинета всё, что вы здесь увидите, выйти не должно.

— Разумеется, ваше императорское величество, — как обычно, улыбнулся Распутин.

— Значит, книга работает? — когда перед нами распахнулось окно стационарного пространственного перехода, произнёс Бернхард. — Если книга работает, то работает и чаша. Какие ещё два артефакта перестали функционировать Алексей Александрович?

— Меч и щит, — прямо