Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

— Ясно. А что отец? Поверил?

— Сначала, нет, — вздохнул Илли. — Но потом, шутки ради, он спросил меня: "Если это правда, наш сын должен об этом знать! Ну-ка, признавайся, видел ты Дика в нашем городе или нет?" А я ответил: "Если б видел, разве признался бы?"

Мы посмеялись, и я ушел. Но через дверь я слышал, как он говорит маме, что это безрассудство, ты пришел на верную гибель. Она что-то возразила, но отец сказал: "Жизненного опыта у него хватит на тысячу взрослых, но во всем, что касается благоразумия, он мальчишка!" — и он по-настоящему сердился. Значит, он уверен, что слухи — правда. Почему? Что я такого сказал?

— Ничего. Ты ведь сразу видишь, когда отец пытается что-то скрыть. Вот и он понял, что шутка показалась тебе не такой уж смешной. Думаю, ты сыграл всё отлично, полиция не догадалась бы. Но близкие тебя слишком хорошо знают.

Сын советника был в отчаянии.

— Прости меня. Получается, я уже тебя выдал!

— Твой папа прав. Благоразумие, как его понимают взрослые, нам нелегко дается. Как делать вид, что ничего не случилось, если тебя переполняет радость от того, что кто-то из близких жив? Шпики это сразу чуют. Мальчишки в Шарге сейчас ходят не так, как в обычный день, не так смотрят вокруг. У вас праздник, верно? Думаешь, это трудно заметить со стороны?

— Хорошо… — медленно и угрожающе сказал Илли. — Мы устроим им демонстрации и заговоры! Завтра выходной. Пойдем гулять в город. Если повезет, найдем тебе выход за стены.

— Что будет? — заинтересовался Дик.

— Увидишь!

______________________________________________________

Глава 14

*****

В последние сто лет у каждого уважающего себя мальчишки, даже из самых бедных семей, есть белая рубашка и шоколадный кожаный костюм с широким поясом, в точности повторяющий доспехи странников. Но даже в самой богатой семье юный наследник не может себе позволить настоящую ластиковую шкуру. Этот материал удостоверяет звание рыцаря дороги и стоит дорого, но нет на свете тех денег, чтобы купить его, если не имеешь на это права.

За годы наряд-копия, которые раньше шили на заказ, появился в широкой продаже. И получил торговое название "костюм номер один". Те мальчишки, гардероб которых он ещё не украсил, всё равно мечтали о нем как о лучшем подарке к совершеннолетию или костюм обещали им в обмен на примерное поведение.

С начала мятежа, когда Шарг закрыл ворота перед чужаками, во всех школах и других общественных собраниях запретили появляться детям в этих костюмах, чтобы не сбивать с толку полицию. На улице любого мальчишку могли остановить и даже арестовать до выяснения личности. Если кто-то попадался властям трижды, родители вынуждены платить штраф, как за мелкое нарушение общественного порядка. Сложность состояла в том, что ни один из детей города, из самых почтенных и уважаемых семей ни разу нормально не назвал свое имя и адрес в ответ на вопрос патруля. Хоть бы молчали! Но мальчишки смеялись и отвечали, что, само собой, каждого из них зовут Дик, как же ещё?

Поэтому городская охрана взвыла, когда рано утром в воскресный день получила новый розыскной листок с приметами преступника. Выйдя в дозор, они увидели на улицах всеобщую демонстрацию. Молодых людей мужского пола, старше шестилетнего возраста, в другой одежде, кроме костюма номер один, в Шарге больше не было!..

Магистрат обещал тому, кто поймает Дика, пятьдесят золотых. У охранников порядка кружилась голова: хватай любого! Но ведь даже их собственные сыновья сегодня вырядились так вызывающе. Все попытки усмирить это народное гуляние встречали резкий отпор.

"Шарг — вольный город! Каждый может ходить в той одежде, которая ему нравится!"

Возмущались не только сами мальчишки, их поддерживали горожане, бросая на гвардейцев не самые дружелюбные взгляды.

Дик со всей компанией спокойно гулял по площади. Они покупали горячие пирожки, смеялись, толкались, задирали гвардейцев. Но за этими занятиями мальчишки обсуждали, как отвлечь внимание городской стражи и устроить Дику побег?

— Ступить некуда от черных мундиров! — возмущался Малёк. — Трех шагов не пройти, чтобы не наткнуться на патруль! Сколько можно!

— К крепостной стене не подступишься! — сердито рассматривал охрану гарнизона Хор Хент. — Как заставить их всех отвернуться?

— Надо предложить им веселое представление, — заметил Басель.

— Кто-то клюнет, а остальные будут шарить по городу! Не говоря уж о лучниках на стене! — спорил Хор.

— Есть волшебный способ отвлечь все патрули так, словно их вовсе нет на улицах, — весело сказал Дик.

— Какой? — загорелся Лив.

— Сделать, чтобы меня поймали.

— А…— Хор уже открыл рот, чтобы возразить, но Илли Фоссет перебил его.

— Отличная мысль, Дик! И кто будет тобой?

— Мало ли похожих, целая площадь! — хмыкнул Лив.

— Да, тебе двойника подобрать труднее! — ехидно заметил Хор. — Рыжих в Шарге по пальцам одной руки сосчитать можно.

— Вот, чтобы далеко не ходить, тебя и сдадим властям, — с довольным видом сообщил ему Дик.

— Хорёк? — возмутился верзила Басель. — Вот это хлипкое существо, руки-соломинки — рыцарь?!

— Кто "существо"? А ну, повтори! — Хор угрожающе замахнулся на приятеля кулаком, но выбор слишком польстил ему, чтобы обижаться всерьез.

— Так больше похож, — скептически скривился Басель. — Но над нами весь город смеяться будет.

— Этого мы и хотим, разве нет? — удивился Малёк.

— Точно, — кивнул Дик. — Глаза и волосы темные, на вид лет тринадцать. Что им ещё нужно?

— Наверно, меч. Хотя бы игрушечный, — издевательски подсказал Лив.

— Нет, — нахмурился Дик. — Всем сейчас запрещено носить оружие. Они могут, не разбираясь, применить силу. Ладно, идите на дальний край площади, подразните гвардейцев. Со стен стража увидит вас. Тяните время, возмущайтесь. Но если поймете, что дело плохо и Хора сейчас заберут в крепость, начинайте громко смеяться. И других по дороге посвятите в игру. Удачи!

— Удачи тебе, Дик, — друзья беспокойно глянули на крыши гвардейских казарм, примыкающих к стене города.

Как только вокруг мальчишек стала собираться толпа, Дик проскользнул за бочку, стоящую под водостоком и ждал, когда над толпой полетит слух, что мятежник пойман. Когда все люди на площади, как по команде хлынули на дальний край, так что казалось, площадь сейчас накренится, как лодка, Дик полез по