Фантастика 2026-160 - Вахтанг Глурджидзе

В дверь выстрелили из пистолета с глушителем!

Глава 17

Тренированный не только школами, но и войной, организм ответил так же, как если бы Пахом находился на фронте и столкнулся с врагом. Толкнул дверь от себя, мячиком прокатился по полу, но никого не увидел. Прыгнул к лестнице, прислушиваясь к тишине гостеприимного дома, услышал звук закрываемой двери в какой-то номер, в какой – не понял.

«Не найду!» – мелькнула злобная мысль. Вторая, практичная, скомандовала без включения сознания – назад!

Он напрягся и прыгнул «назад», в прошлое своего тела, словно с обрыва в холодную пропасть.

За минуту или чуть больше до этого момента он осознал себя скидывающим рубашку перед тем как снять штаны. Как был – в носках, руки на ремне, прыгнул к двери: тишина, ни скрипа, ни шороха, – распахнул дверь.

В коридоре никого не было. Киллеры ещё не подошли к двери номера. «Успел!» – с облегчением подумал капитан и, закрыв дверь, взлетел по лестнице к выходу на третий этаж гостиницы, останавливаясь так, чтобы видеть свой номер. Было опасение, что его минутного реверса не хватит для подготовки встречи со стрелком, но отступление оказалось рассчитанным идеально. Как только Пахом поднялся на третий этаж, в коридоре появились гости, двое в чёрных куртках и таких же штанах, на головах капюшоны, скрывающие лица, в руках обоих пистолеты с накрученными насадками бесшумного боя. И крались они не с первого этажа и не с третьего, а выскользнули откуда-то как привидения, прячась, очевидно, до этого в одном из номеров.

Оба остановились у двери номера Пахома.

Один приложил ухо к двери, прислушался, приставил ствол к двери на уровне груди. Второй, плотнее и ниже ростом, постучал в дверь костяшками пальцев.

Пахом бесшумно спрыгнул с лестницы, как большая хищная кошка, и перелетел коридор, почти не касаясь застланного ковровой дорожкой пола босыми ногами. Выговорил тихо:

– Я здесь, парни!

Киллеры дёрнулись, как под током, нервно оглянулись, сражённые появлением человека, которого собирались убить. Сверкнули распахнутые в испуге глаза, лица бледные, незнакомые, не отягощённые интеллектом, объединённые одним качеством – молодостью. Лет по двадцать, не больше, определил Пахом, нанося удар тому, кто стучал.

Ребро ладони врезалось в запястье молодого парня, ломая его. Раздался сдавленный вопль. Пистолет выпал из руки низкорослого, но Пахом ловко подхватил его за ствол и врезал рукоятью по челюсти первого бандита. Тот вскрикнул, нажимая на курок. Раздался негромкий выстрел, пуля угодила в напарника, и низкорослый убийца, издав ещё один вопль, свалился на пол.

Продолжая движение, Пахом плечом впечатал стрелка в стену, ударил рукоятью пистолета по носу, а другой рукой выдернул у парня пистолет. Хлюпнув сломанным носом, киллер опустился рядом с напарником. Пахом замер, прислушиваясь к звукам гостиницы. Но всё было тихо. Если жильцы и слышали выстрел и тихую возню в коридоре второго этажа, то не обратили на это внимания.

Вихрь мыслей пронзил голову.

У него было всего два варианта развития событий.

Первый – разбудить администрацию гостиницы и сообщить о нападении, второй – ничего не сообщать, вернуться в номер и дождаться, когда киллеры уберутся сами. Первый порождал целый шлейф встреч с полицейскими и следователями и негативный фон нахождения журналиста Шумского в Култуке. Те, кто послал убийц, вполне могли подключить подконтрольные им СМИ и тем самым выгнать надоедливого корреспондента газеты «Версия» из района. А то и найти «свидетелей» незаконных деяний журналиста и отправить его в СИЗО, что было равносильно провалу.

Второй вариант был неплох, однако не гарантировал безопасности ни самому капитану, ни Анфисе. Хотя что-то в нём было притягательное.

Один из молодцов зашевелился, и Пахом принял решение.

Удар в голову рукоятью пистолета снова лишил парня сознания.

Пахом обыскал его, документов ожидаемо не обнаружил, выщелкнул обойму из рукояти (старый добрый макаров»), забросил то и другое в кусты за окном. Затем взвалил молодого человека на плечи, уловив запах давно не мытого тела, отнёс в другой торец коридора, положил на пол, открыл фрамугу, глянул вниз. Окно выходило на тёмную глыбу соседнего нежилого дома, в котором, насколько помнил капитан, располагалась почта и какие-то другие конторы, а прямо под окном рос кустарник. Пахом поднял парня и сбросил на кусты. Подождал, не раздастся ли тревога.

Вернулся ко второму убийце, лицо которого было измазано кровью из разбитого носа, обыскал, проделав ту же процедуру с оружием, и сбросил тело вниз, целясь так, чтобы не попасть в первого. Живите пока, недоноски, но не дай вам Бог ещё раз повторить пройденное!

Закрыв окно на шпингалеты и убедившись, что гостиница не проснулась от шума, он вернулся в номер. На всякий случай вытер следы крови на полу в коридоре перед дверью туалетной бумагой, которую смыл в унитазе, постоял в раздумье, не отыскать ли номер, где до этого прятались молодцы, вдруг там и третий прячется? Но организм уже расслабился и напрягаться не хотел.

Тогда Пахом сходил под душ, всё ещё перебирая в памяти своё приключение, и его как громом ударило – Анфиса! Если к нему пришли убийцы, явно не настроенные на переговоры, то могли прийти и к ней?! В таком случае надо срочно предпринимать какие-то меры, чёрт побери?!

Смартфон сыграл на скрипке, отсылая вызов.

Однако ни через секунду, ни через минуту Анфиса не ответила, и капитан, ужаснувшись развернувшейся в голове фантазии, принялся торопливо одеваться, продолжая вызванивать номер девушки. Позвонил водителю:

– Серёжа, извини, форс-мажор! Быстро ко мне!

– Есть! – бодро отозвался парнишка, обрадовав его тем, что не стал интересоваться, что случилось.

Пахом спустился на первый этаж, убедился, что дежурный администратор продолжает дремать, тихо открыл дверь и выскользнул на улицу.

«Хонки» подъехал через семь минут.

– Извини ещё раз, – нырнул на сиденье капитан. – Разбудил?

– Нет, я поздно ложусь, – ответил Сергей.

– Помнишь, мы ездили к моей напарнице Анфисе?

– Береговая улица.

– Рысью! Гони!

– Понял.

Машина развернулась и помчалась к озеру, на окраину посёлка.

Ночь уже полностью овладела окрестностями, транспорт по Култуку по ночам практически переставал нарушать тишину селения, и до неказистого домика Анны Терентьевны «Хонки» доехал всего за шесть минут.

Павел велел водителю ждать, стремительно выметнулся из машины и, вглядываясь в тёмные дома и стоящие напротив редкие автомобили, – возле дома Анны Терентьевны ни одного, – подбежал к двери. Она оказалась открытой. Возбуждённый от мысли, что он может увидеть в доме, Пахом тенью просочился в сени временного убежища Анфисы, метнулся по комнатам.

Обострившееся обоняние ухватило тонюсенькую ниточку «грязного» запаха: точно так же пахли киллеры,