Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Иногда Хелене казалось, что муж готов отправить Корлиса Велариона на край света не за сокровищами, не за золотом и не за древними артефактами.

А за каким-нибудь странным клубнем, который можно жарить на сале.

И самое страшное — она почти уверена, что в его представлении это действительно более ценная находка.

Тем временем пир продолжался.

Менестрели играли уже несколько часов подряд, а в огромном зале Близнецов было так шумно, что отдельные разговоры давно слились в единый гул сотен голосов.

На помостах выступали жонглеры, акробаты и шуты. По длинным столам слуги разносили новые блюда: запеченную речную форель с травами, жареных гусей, мясные пироги, свежий хлеб, твердые сыры, копченую оленину и огромные блюда с фруктами и орехами.

Некоторые гости с удивлением рассматривали странные лепешки с сыром, луком и копченым мясом.

- Что это такое?

- Лорд Эйвор называет это... пиццей.

- Странное название.

- Зато вкусное.

По залу уже ходили слуги с небольшими кубками нового крепкого напитка. Многие сначала принимали его за обычный эль. А потом долго кашляли.

Кое-кто требовал добавки. Эйвор считал это прекрасным компромиссом между традициями и здравым смыслом.

Пьяный лорд редко устраивает политический скандал. Зато охотно соглашается выпить за дружбу.

В дальнем конце зала играли музыканты. Лютни и флейты были привычны для большинства гостей.

Но два инструмента вызывали любопытство. Первый напоминал лютню, только имел более узкий корпус и длинный гриф.

Второй вообще выглядел странно — небольшая деревянная коробка с четырьмя струнами, по которым водили тонкой палочкой с натянутым конским волосом.

- Что это за диковины? — спросил кто-то из северных рыцарей.

- Игрушки нашего лорда, — со смешком ответил Манфред.

На самом деле это тоже было наследием Эйвора. Когда-то вечерами он играл на такой гитаре для Хелены и септы Мари.

Теперь же музыканты исполняли свадебные мелодии для всего зала.

Хелена заметила, что многие молодые люди уже пытаются запомнить движения нового танца, который менестрели подстроили под непривычую музыку.

- Кажется, твои игрушки понравились людям.

- Если они переживут сегодняшний вечер, значит можно будет открыть мастерскую.

Хелена только тихо засмеялась. Даже сейчас он думал о производстве. Потом музыканты заиграли медленнее.

По старому обычаю жених должен был пригласить невесту на танец.

Эйвор подошел к ней.

- Боюсь, у меня мало опыта.

- Я заметила.

- Это очень плохо?

- Нет. Просто старайся не наступать мне на ноги.

- Постараюсь. Просто если что увернись.

Хелена захотела его стукнуть, так для пофилактики, возможно сковородкой.

Они вышли в центр зала. Многие разговоры ненадолго стихли.

Лорд Фрей, который еще несколько дней назад спорил с поварами о количестве шафрана в подливке и пытался сократить расходы на украшения, теперь совершенно спокойно участвовал в том самом празднике, который называл торжеством человеческого тщеславия.

Хелена неожиданно поняла почему. Не потому что он изменил свое мнение.

А потому что это было важно для неё. Эйвор не особенно любил танцы, не любил шумные пиры, не любил толпы людей, не любил бессмысленную роскошь.

Но если все это могло подарить его жене хороший день, значит это переставало быть бессмысленным.

Музыка продолжала звучать.

Тяжелые свечные люстры освещали зал. На стенах колыхались тени знамен Фреев и Мандерли.

Северяне сидели рядом с речными лордами. Маллистеры спорили с Блэквудами о кораблях и башнях на побережье. Эллард Старк негромко разговаривал с Теомором Мандерли о книгах, которые можно будет отправлять в Эссос.

Купцы обсуждали будущий порт.

Рыцари — предстоящий турнир.

А слуги едва успевали менять опустевшие кубки. Эйвор же вдруг подумал, что Хелена была права. Это действительно была не просто свадьба.

Это была еще одна дорога. Только вместо камня её строили из разговоров, рукопожатий и общих воспоминаний.

И если люди спустя годы будут вспоминать этот день с улыбкой, значит Палата Внешних Дел свою работу выполнила.

- О чем задумался? — тихо спросила Хелена.

- О том, что ты оказалась права.

- Запомню этот день.

- Я тоже. Такое редко случается.

Она снова засмеялась. Это была шутка, она научилась их различать, а если нет… есть сковородка.

А менестрели продолжали играть на странных инструментах, которые еще утром казались лишь забавой одного слишком деятельного лорда.

И никто из гостей не мог знать, что через много лет некоторые будут вспоминать эту свадьбу не только как союз двух домов.

Но и как день, когда в Близнецах впервые зазвучала новая музыка.

А так же день, где восходила новая силы, сила которая может стремится на доминирование через торговлю, использовав все возможности которые у них есть.

Эйвор обладал лишь некоторыми фрагментарными знаниями о многих вещах, но его образование было просто прекрасным, а так же он обладал тысячелетиями опыта решения различных проблем. Хотя его социальные навыки были средними, тот был человеком за которым идут люди, потому что он идет первым.

Горные кланы еще несколько раз нападали на деревни, и Эйвор возглавлял отряды что бы их уничтожать. Он думал насчет специальных башен уже на границе с Лунными горами, но это будет сложно. Важно, что он может решительно защищать своих людей.

Если бы у него была возможность изменить свой герб, то он бы выглядел как меч и перо.

Воин-администратор.

Таким человеком был Эйвор, и теперь Хелене тоже нужно будет отдать всю себя своему феоду.

Еще свадьба была демонстрация товаров, которые производил феод. Книгопечатание было пока что секретным, однако септон Сэм писал в Старомест как удобен велосипед в перемещении, и предлагал централизованно закупать велосипеды для септонов.

Технически это было возможно, через Сигард, ведь основными покупателями станут септоны из Западных Земель, Речных Земель и Простора. Септоны в Дорне и Штормовых Землях с трудом смогут ездить. Долина тоже может купить.

Купцы из Браавоса тоже могли заинтересоваться этим.

Еще у Севера и Фреев появился еще одно успешное предприятие – производство ткани, Эйвор сделал несколько предприятий, что занимаются изготовлением ткани из шерсти. У Фреев было много скота, как и у Мандерли, все же нужно было кормит достаточно большой город.

Вот шерсть направлялась в предприятия рядом с будущим городом-портом, который Эйвор назвал Хеленпорт, в честь жены. Ему не было жалко.

Она в ответ предложила назвать то поселение у слияния Синего Зубца и Трезубца – Эйворхолл. Так и решили.

Прялки Фреев (местное название прялки Дженни), работали на полную мощность. Учитывая, что Эйвор экспортировал шерсть, а возвращал маржинальный