Фантастика 2026-111 - Сергей Витальевич Карелин

— Проваливай к себе, — прохрипел я, обращаясь к китайцу. — Заклей царапины и забудь.

— Это не царапины! Он меня…

— Царапины, — рычу я. — Или мы можем позвать «Драконов». Растолковать, как ты пытался изнасиловать чужую девку. А потом мы с тобой выйдем в круг.

Есть тут такая традиция. Решать всё боем на ножах. Занятный подход к доказательной базе. Но сейчас мне на руку.

Чжан сглатывает. Отлепляется от стены. Бочком, не поворачиваясь ко мне спиной, начинает двигаться прочь.

— Псих, — бормочет он. — Япнутые уроды. Все вы тут…

— Замок, — бросил я, покосившись на деда Олега. — Ты обещал поставить сразу, как я ушёл.

— Будет, — буркнул старик. Смотрел он на меня сейчас чуть иначе. С изрядной опаской. Правильная динамика.

Они с Василием отходят в сторону. Начинают переговариваться. А ко мне медленно подступает Тэкки-тап, уже спрятавший нож.

— Рил-тап… Я это… — зачастил он, глотая окончания. — Ссать ходил! На минуту! А этот… полез сразу, тварь! Я его на перо посадил! Но не до конца, тарг. Не до смерти.

— Молодец, — кивнул я. — В следующий раз, закрывай дверь. И вали наглухо.

Тэкки-тап расплылся в щербатой улыбке. Как недавно выяснилось — похвала от старшего по иерархии для варразов слаще сахара.

— Вниз иди. В зал, — протягиваю я ему пару монет. — Поешь нормально.

Гоблин тут же радостно уносится прочь. А я шагаю к деду Олега, который уже закончил разговор с сыном.

— Василий уже доделывал замок, — смотрит тот на меня. — Твой гоблин потому и ушёл. Но он Мэй внизу понадобился. Отошёл на секунду.

Точно не на секунду. Но да ладно. С проблемой уже разобрались. Хотя руки всё ещё подрагивают от желания порвать азиата на лоскуты.

— Что по докам? — говорю тихо, чтобы Василий не услышал. — Твой знакомец всё подтвердил?

— Документы будут завтра, — кивает он, мельком глянув на сына. — Край — послезавтра,

— Остаток денег — сразу, как получу и проверю, — на всякий случай напоминаю я.

Тот с лёгким раздражением морщится. Но кивает. Потом оглядывается себе за спину. И слегка наклоняется ко мне.

— Ещё кое-что, — он понижает голос. — Этот китаец. Чжан Вэй его зовут. Живёт тут третий месяц, платит исправно. Но языком треплет много. Если он и вправду к «Драконам» побежит…

— Не побежит, — смотрю я ему в глаза. — Если даже добежит, то решим.

Дед Олег несколько секунду перваривает моё заявление. Потом медленно кивает.

— Верю. Но если что — нас в это не впутывай, — выпрямляется он.

Снова приходится сдерживать внутреннего зверя, который отчаянно рвётся наружу. Желая выплеснуть на старика всё, что думает о таком поведении.

Василий заканчивает монтировать замок. Он похоже и правда был почти установлен. Оба уходят вниз. А я толкаю дверь в студию.

Дарья лежала на кровати, натянув одеяло до подбородка. Мелко подрагивала, сверкая глазами в полутьме.

— Он ушел? — тихо сипит девушка.

— Ушел, — подтверждая я. — И больше не придёт.

Скомканную рубашку засовываю под свою кровать. Потом надо сжечь.

— Он успел что-то сделать? — подхожу я к девушке. — Или Тэкки-тап успел вовремя?

Она трясётся. Несколько секунд молчит, смотря на меня.

— Не успел, — наконец произносит дрожащим голосом. — И… Спасибо тебе. За то, что вытащил тогда. Не бросил… Сейчас тоже… Спасибо!

— Пожалуйста, — внутри довольно рычит внутренний зверь, которому эта похвала неожиданно приятна.

Взявшись за край одеяла, оттягиваю его в сторону. Девушка постепенно разжимает пальцы, позволив мне обнажить её. Наклоняюсь ниже. Подсвечиваю телефоном.

Беспокоит меня эта серая плоть. Та, что была в самом верхнем слое, уже давно отвалилась. Но остальная на месте. Как будто срослась. Дарья её не чувствует, но оторвать просто так не получается. И внутри её тоже полно.

Спустившись вниз, приношу миску с лапшой и чай. Кормлю её, наблюдая, как девушка жадно поглощает пищу. Истощённый организм требует калорий. Знакомое чувство.

Потом она засыпает. Почти сразу, как отодвинула пустую миску. Я накрываю её одеялом, проверяю замок на двери и спускаюсь в зал.

Лапшевня наполовину пуста. В нос бьют ароматы порта и пота. Сегодня тут в основном докеры. Машинально обращаю внимание, что научился игнорировать запахи, когда это не нужно. Удобно. И произошло как-то само по себе. На уровне рефлексов.

Бабуля Мэй за стойкой — протирает чашки, делает вид, что ничего не слышала. Тэкки-тап за столиком в углу, справа от входа. Прихлёбывает травяной чай и зыркает на посетителей. Старается, выполнить мою команду — «собирать слухи всегда и везде».

Беру чай и кусок медового пирога — того, что бабушка Мэй печёт по рецепту своей бабки из Харбина. Устраиваюсь за столом, в углу напротив Тэкки-тапа. Втягиваю одуряющий запах сладости. Впиваюсь зубами, рассыпая по столу ореховую крошку. Стремительно поглощаю всю порцию. И откинувшись на спинку стула, думаю.

Ресурсы. Вот в чём проблема. У меня — я сам, полудохлая девчонка и гоблин, который не блещет интеллектом. Плюс крохотная сумма денег и связи, которые сложно назвать надёжными.

У «Кроликов» — деньги, люди, связи, оружие. Склады. Их точки. Подконтрольные банды вроде тех же «Драконов». Плюс продажные мундиры. Железная крыша в полиции, судя по тому, как бережно те заботятся о бандитах. Несопоставимо.

Я могу резать их по одному. Выслеживать, убивать и исчезать в ночи. Оставлять свою метку, чтобы боялись. Но это война на истощение, которую я проиграю. Рано или поздно они меня найдут. Наймут кого-то серьёзного. Или просто возьмут числом. Например прочешут все районы повторно. В этот раз не только силами пьяных полицейских, которые по привычке сделали всё «на отвали», а нормально. Как надо.

Зверь предлагает простое решение — убивать больше. Быстрее. Страшнее. Залить улицы кровью, чтобы одно упоминание метки заставляло их гадить себе в штаны от страха.

Как вариант. Но тоже слишком много неопределённости. Нужно что-то иное. Ассиметричный ответ.

Делаю глоток чая. Горячий, крепкий. То, что нужно. А моя аналитическая часть разума озаряется вспышкой идеи.

Если система прогнила, ее нужно шатать. Полиция куплена, но в городе есть и другие силы. Те, кому выгодны скандалы. Те, кто живет за счет грязи, но с другой стороны баррикад.

Лезу в карман. Достаю кусок картона с написанным на нём от руки именем. «Визитка», которую мне сунул тот парень. Блогер, которого мы вытащили из-под ножей уличной шпаны.

«Алексей Гром. Независимый репортер.»

Я покрутил картонку в пальцах. Сдать ему схему с «белой дрянью»? Слить адреса складов? Шум будет знатный. А в мутной воде многое становится проще. Что рыбу ловить, что резать глотки оборзевшим тварям, которые лишатся прикрытия сверху.

Зверь внутри заворчал, не понимая сложности маневра. Ему хотелось