Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

в глаза. Глаза Скала были глазами лекана. «Где вы видели такие кардиопротезы?» — вскрикивал он возбужденно, поднося к лицу Дио его собственное, пронзенное арбалетным болтом сердце, и то сокращалось, громко стуча.

Дио пришел в себя только утром, когда солнце уже высоко поднялось над домами и ярко освещало маленькую комнатку с высоким потолком и девушку, сидящую рядом с каталкой. У нее был измученный вид. Темные круги залегли под глазами, печально опустились уголки рта. Она смотрела куда-то мимо, и Дио лежал, не смея пошевелиться, нарушить ее молчаливую сосредоточенность. Наконец она вздохнула прерывисто, как вздыхают иногда дети, уставшие от долгого плача, и перевела взгляд на него.

— Привет, — сказала Шура тихо. — Ну и шуму ты здесь наделал. Меня истерзали всю, допытывались, откуда ты такой взялся, а я совсем, совсем тебя не знаю…

Он смотрел на нее, не в силах ответить и слова или хотя бы пошевелиться. А она снова замолчала надолго, уставившись куда-то в пространство.

— Милиция приезжала, — продолжила наконец она, все так же глядя мимо. — Сперва не хотели вообще разговаривать, а потом, наоборот, оставили пост, велели к тебе никого не пускать… И меня не отпускают. Хорошо хоть Даню почти до дома довезли. — Она вдруг выпрямилась на стуле, будто вспомнив что-то важное. Тронула его руку просительно: — Не говори никому, что Даня был с нами. Я почему-то боюсь. — Она замолчала, глядя в глаза, и Дио прикрыл веки, как бы говоря «да».

В этот момент дверь распахнулась. На пороге замер, разом заняв весь дверной проем, высокий, крупный мужчина в черном полупальто. Он осмотрелся, задержав внимательный взгляд на Шуре. Шагнул внутрь и, аккуратно закрыв за собой дверь, прошел, нависнув над каталкой всем своим немалым ростом. Пристально посмотрел в глаза Дио. Дио ответил таким же пристальным взглядом. Он не знал этого человека, но понимал уже: тот знает нечто о нем. Это читалось в глазах вошедшего.

— Здравствуйте, — произнес наконец незнакомец и одним быстрым движением запустил руку за ворот черной рубашки и снял через голову серебряную цепь с массивным медальоном на ней. Дио узнал звезду хаоса, восемь перекрещенных стрел. — Вот, — сказал человек, осторожно приподнимая голову Дио и вешая медальон ему на шею, — это послужит временным источником энергии для вашего сердца. Большего дать, увы, не могу, наши ресурсы очень ограничены.

Человек деликатно приподнял одеяло и опустил медальон на грудь Дио. Тот охнул. Кожу обдало ледяной волной, но тупая, давящая боль в сердце, к которой он почти привык уже, вдруг отступила, дав наконец вздохнуть свободнее.

— Разрешите? — спросил человек и, не дожидаясь позволения, взял второй стул от стены и тоже сел рядом, опершись о колени и сцепив руки в замок. Он склонился так близко, что Дио понял вдруг: ему неприятен этот взгляд глаза к глазам. Дио попытался приподняться, чтоб отодвинуться дальше, но ослабшие руки не держали вес тела. Покалеченная и перебинтованная ладонь и без того отзывалась болью на малейшее прикосновение. — Я Борис. Борис Холодный, — продолжил мужчина доверительным тоном. — Мое имя едва ли знакомо вам. Когда мы в последний раз выходили на связь, я занимал только первые ступени в иерархии и не был еще даже посвящен. — Человек улыбнулся скупо, будто отдавая дань прошедшему. — С кем имею честь?

— Дио, — ответил Дио, гадая, правильно ли он понял вопрос, и удивляясь, откуда вдруг взялись силы произнести хоть что-то. Еще минуту назад ему было трудно просто дышать.

Человек, назвавшийся Борисом Холодным, кивнул.

— Мы оформили вас как Дмитрия Стукалина. Запомните на всякий случай. — Он бросил быстрый взгляд на дверь и снова уставился на Дио буравчиками темных глаз. — Сейчас закончат с документами, и мы перевезем вас отсюда в более безопасное место, где сможем уже поговорить по душам. По легенде мы забираем вас в областной центр, в частную клинику.

Он поднялся, улыбнувшись и похлопав Дио по руке. Кивнул Шуре и вышел, все так же аккуратно затворив за собой дверь.

— Уходи. — Дио снова попытался приподняться на каталке, и на этот раз это ему удалось. Он сел. Силы вливались в него с невероятной скоростью, и только медальон обжигал кожу нестерпимым холодом, и было трудно игнорировать этот разливающийся по груди студень. Казалось, сама кровь стынет в его жилах и медленно бежит к самым кончикам пальцев. — Уходи как можно быстрее.

Шура отшатнулась, уставившись недоуменно.

— Ну, знаешь, — она начала закипать, вновь превращаясь в ту девушку, что отчитывала мальчишку под фонарем. Дио просто приложил палец к ее губам, разом заставив замолчать.

— Уходи, — повторил он, отнимая руку. — Эти люди… — Он запнулся, не зная, как объяснить ей, с чем она рискует столкнуться. Как объяснить, чтобы она поняла и поверила. — Эти люди сделали со мной это, — он дотронулся до груди, почувствовав еще один прилив парализующего холода.

Шура побледнела как полотно. Прикрыла ладонью рот, будто сдерживая рвущийся из груди крик. В следующий момент она решительно вскочила.

— Я пойду в милицию, — сказала она, разворачиваясь к дверям, но Дио успел поймать ее за запястье. Потянул на себя, заставив сесть рядом, на краешек каталки.

— Нет, — сказал он, сжимая ее запястье, глазами пожирая ее всю. — Просто уйди и забудь меня, как будто бы не было. Ты не знаешь, с чем связываешься. — Он хотел оттолкнуть ее. Так, как всегда отталкивал женщин, искавших у него тепла и ласки. Он хотел оттолкнуть ее так, чтоб она ушла, не обернувшись ни разу. И не смог. Момент был упущен. Для него все решилось там, под фонарем, когда она держала его ладонь в своих ладонях. Он еще один, последний раз сжал ее запястье и убрал руку, откинувшись на каталку и отвернувшись к стене.

Она поднялась. Постояла рядом в нерешительности. Дио не смотрел на нее, но всем телом ощущал ее присутствие. Он очень живо представлял себе, как она стоит, покусывая губы и заправляя за ухо непослушную челку. Прикрыв веки, он видел ее, как наяву. Наконец она шагнула к двери. Едва слышно скрипнули петли, а потом дверь захлопнулась с громким стуком.

— Там охрана, и, кажется, они не собираются меня выпускать, — проговорила Шура шепотом, возвращаясь и снова садясь на стул рядом.

Дио посмотрел на нее. Ее губы были решительно сжаты. Она и не думала никуда уходить.

Дверь снова открылась.

— Вижу, силы возвращаются к вам, — сказал Борис, входя. — Чудесно. — Он снова улыбался и, улыбаясь, прошел к Шуре и взял ее за плечо, заставив приподняться со стула. — Идемте, — сказал он. — Сейчас сюда придут санитары, мы будем им мешать.

Шура вскинула испуганный взгляд, обернулась к Дио. Он кивнул ей, стараясь сохранять спокойствие и надеясь, что