Фантастика 2026-77 - Виктория Богачева

сосуд греха, – закатывала глаза дева Касья́на. – Мучимые огнём, сжигающим плоть, мужчины рыскают повсюду в поисках непорочных дев, дабы растлить невинных». И при этих ужасающих воображение словах на тонких губах милосердной девы появлялась мечтательная улыбка.

Лео́лия внимательно оглядела «сосуд греха».

Он был высок, широкоплеч. Одет неброско, но с достоинством. Ткань без изысков, но явно прочная – уж послушница-то понимала в этом толк. Кожаная куртка с серыми бархатными вставками, кожаные высокие сапоги. Через плечо на портупее – сабля. В глазах искрится смех. И в целом мужчина похож скорее на Чижика, монастырского озорного кота, чем на угрозу её невинности. Но, может, этот только так кажется? В конце концов, святая королева Руэри́ до того, как встретила Великого Фрэнго́на, была невестой злодея Ю́дарда, и ни в одной книжке, в которых описывались события двухсотлетней давности, не было сказано, что её принудили. А, значит, явное зло облачается в невинность, не так ли? Впрочем, и сам святой Фрэнго́н был мужчиной, разве нет? Может не все из них алчут развратить невинных дев?

– Ну что, разглядела? Красавчик, да? – ещё шире улыбнулся Лара́н.

Богиня! А Лео́лии казалось, что шире просто некуда. Не-ет, святой Фрэнго́н, возможно, и был святым, но этот мужчина – точно сосуд греха.

Девушка подняла с земли вещевой мешок, закинула его за плечо и молча зашагала вдоль берега по течению реки. Рано или поздно Шу́гга выведет её в Золотой щит – юго-западное герцогство.

Спустя некоторое время она услышала за спиной стук копыт. Обернулась. Лара́н следовал за ней верхом. «И чего он ко мне привязался?!». Но наглый парень, казалось, даже не смотрел на беглянку, а любовался окрестностями. Увидев её сердитый взгляд, спутник учтиво склонил голову и засвистел какой-то весёлый мотивчик.

Леолию охватило раздражение. Хотелось зарычать или швырнуть в наглеца камнем. Но девушка постаралась взять себя в руки. Чем бы таким занять голову, чтобы успокоиться? Она попыталась нарисовать мысленно карту королевства.

Итак, Элэйсдэ́йр на западе омывается Металлическим морем, в котором, далеко от берега находится самое маленькое из герцогств – Морской щит. Он расположен на нескольких островках, каждый из которых – неприступная крепость. На берег моря выходят границы трёх щитов: Медвежьего, Серебряного и Золотого. Здесь много портов. Жители в основном занимаются торговлей, рыболовством и ремеслом.

На юге Элэйсдэ́йр соседствует с обширным Персиковым султанатом. Благодатные земли Южного щита кормят все остальные щиты и жителей королевских земель. Как говорят: здесь можно воткнуть сухую палку в землю, и вскоре она пустит листву, зацветёт и даст плоды.

На востоке королевство прикрывают щиты Шёлковый – южнее, и Горный – севернее. Через Шёлковый караваны идут на восток, а вот Горный щит – герцогство бедное. Каменистые бесплодные земли, суровый климат. Зато сыр оттуда славится своим ароматом и насыщенным вкусом. И уголь. Уголь ароматом не славится, но вся страна топится углём именно из Горного щита.

С востока Элэйсдэ́йр граничит с лесным княжеством Тинатин и вгрызается горным мысом в Великое Медовое царство. А на севере оба щита – Медвежий и Горный, касаются маленького королевства Гленн. А ещё там начинается холодное Северное море, которое приносит к берегам искристые глыбы льда.

– Ты есть-то хочешь? – прервал её мысли хитрый голос. – Могу угостить. У тебя, наверное, и денег нет, да?

Лео́лия не обернулась, но в животе противно заурчало. Она сняла мешок с плеч, залезла в него рукой и вытащила липкую, отвратительную серую массу, в которую превратились хлеб и сыр. Ладно, не хлебом единым…

Впереди залаяла собака. Минута и одинокий лай подхватила вторая, третья… Деревня! В ней можно попросить помощи. Нет, конечно, выдавать в себе беглянку нельзя, но можно назваться странником. Можно обогнуть деревню и зайти с противоположной стороны, соврав, что она – парень, сосуд греха, и направляется в обитель помолиться… А почему бы нет? Эх, зря она не обрезала волосы ещё там, в келье…

Лео́лия покосилась на спутника. У мерзкого типа пышная шевелюра спускалась к груди, а если так, то почему бы и паренишке-грешнику не отрастить гриву до пояса? Впрочем, лучше не рисковать. Девушка остановилась, сняла с запястья приготовленную ленту и снова перекрутила волосы на затылке. Накинула капюшон так, чтобы лицо было видно, а волосы – нет…

– Замаскировалась, – оценил её труды Лара́н.

Да чтоб тебя! Лео́лия вскинула подбородок и отправилась воплощать свой план. Судя по цокоту копыт, нахал по-прежнему сопровождал её. Впрочем, может ему тоже что-то нужно в деревне?

ПРИМЕЧАНИЯ:

Здесь и дальше встречается два значения слова Юдард:

юдард — проклятье. Прошло двести лет после истории Руэри и Фрэнгона, и имя мятежного герцога Юдарда стало нарицательным, как у нас "Иуда", или "дьявол", чёрт. Но, конечно, в самом Медвежьем щите ругательство не прижилось. Потомки герцога не считают его тем, чем все остальные жители Элэйсдэйра

Но также Юдард это обычное мужское имя.

Мы постараемся в дальнейшем писать юдард и Юдард, чтобы читатель не путался.

Глава 2. Постриг

Просить помощи у людей было опасно. Однако голод оказался мучительным чувством. Солнце только-только достигло зенита, а Леолию уже мутило, и кружилась голова. Видимо, сплав по могучей Шугге не прошёл бесследно. Ноги дрожали от слабости. И раз уж предстоит просить помощи в деревне, то лучше это сделать сейчас. Уже завтра, скорее всего, о её побеге будут знать по обе стороны реки.

Можно было бы воспользоваться предложением рыцаря, но, будем честны, какой он, к юдарду, рыцарь?! Хам, нечестивец, распутник – мужчина, одним словом. Леолия была уверена, что оказаться в зависимости от Ларана значило провалить весь план.

Оказавшись среди аккуратных деревянных домиков, девушка уверенно зашагала в центр селения. Там должен быть алтарь. Непременно. Впрочем, в отличие от душевного настроя, шаг её далеко не был бодр.

– Ты уверена, что не совершаешь сейчас роковую ошибку? – страшным голосом поинтересовался «недорыцарь» за её спиной.

Леолия не ответила. Она надеялась, что если игнорировать навязчивого субъекта, то со временем ему надоест, и он отстанет сам.

– Эй, мальчик! – густой бас затормозил её движение.

Девушка оглянулась.

Перед калиткой, выкрашенной в алый цвет, стоял полуголый мужчина. Мускулы бугрились на его могучей груди, едва прикрытой кожаным фартуком. Огромным кулаком, казалось, можно было бы убить быка. Леолия невольно сглотнула и застенчиво подняла взгляд выше. Сумрачное лицо. Запавшие глаза, металлическим блеском сверкающие из-под кустистых бровей, борода, будто