Империя Петра и Павла - Сумасшедший Писака

Народ. Народ начал замечать пропавшего законного наследника престола. Кричалки начали стихать, заводилы в растерянности смотрели на своих кураторов, а оперативники Тайной Канцелярии все еще ждали приказов от начальства.

Лица революции в недоумении шарили взглядами по толпе, пытаясь понять что происходит. Самуилов же и вовсе перестав скрываться, пытался получить отчет от одного из кураторов заводил. Стоило же только Синегину увидеть, чем вызвана тишина народа, а это оказалось не сложно, как он дернул за рукав своего товарища по подрывной деятельности в интересах третьих лиц.

Тимофей Витольдович проследил за взглядом своего коллеги и в ступоре уставился на идущего сквозь толпу, как горячий нож сквозь масло, кронпринца. Впрочем, не заметить человека, перед которым все расступались и к которому все оборачивались, было не сложно.

— Задержать! — В отчаянье тихо прорычал в рацию Александр Николаевич Синегин и с полным ужаса взглядом посмотрел на своего подельника.

Самуилов Тимофей Витольдович пребывал в глубокой панике. К такому повороту событий никто из заговорщиков готов не был. Согласно данным разведки, законный наследник Деодоны получил тяжелые ранения, а значит, прямо сейчас должен был лежать в больничной койке, стараясь выкарабкаться из пут смерти. А еще за ним должны были бы охотится сторонники его брата.

Негласный наблюдатель от Ордена, тихо следил за происходящим из гостиницы. Окна его номера выходили на площадь, позволяя с высоты следить за происходящим.

За его спиной потрескивали съедаемые огнем поленья в камине. На деревянном журнальном столике уютно умостились бутылка дорогого коньяка и блюдо с черным, горьким шоколадом, и другими изделиями из него.

Джонатан Портман, с комфортом следил за исполнением плана, над которым работали лучшие аналитики последние двадцать лет. Это должно было стать соловьиной песней нынешнего правления, принеся лично ему огромные дивиденды, и продвижение в иерархии, но…

— Дерьмо случается. — Философски, произнес Портман, одним махом осушая свой бокал и беря со столика телефон. Он прекрасно знал, что планы живут лишь на бумаге, и ровно до того момента, пока не столкнуться с жестокой реальностью.

Порывшись в записной книжке, он набрал номер Синегина. Четыре длинных гудка, и вот с той стороны донеслось испуганное «слушаю».

— Очерняйте его. — Коротко приказал Джонатан, глядя на подопечного сквозь оконное стекло. — Натравите на него толпу. Объявите предателем. Акцентируйте внимание на его состоянии и слухах о ранении. Сделайте из него труса, бегущего от ответственности.

— Как прикажете. — Дрожащим от адреналина голосом отозвался Александр Николаевич, невольно сглотнув вставший в горле ком.

— Выполняйте. — Приказал Портман ледяным тоном, от которого Синегина даже через телефонную трубку обдало холодом, заставив поежиться.

Положив трубку, представитель ордена прошел к столу, и плеснул себе в бокал очередные пятьдесят граммов коньяка, после чего откинул крышку деревянной шкатулки, доставая оттуда дорогую сигару. Обрезав кончик, он зажал ее зубами, после чего взял со стола длинные спички, и чиркнув о коробок, поднес пляшущее в танце пламя к сигаре. Через пару секунд и несколько больших тяг без затягивания дыма в легкие, по комнате распространился сладкий аромат дорого табака, с легкой карамельно-коньячной примесью.

Эту сигару Джонатан планировал выкурить в случае успеха, но… проигрыш наступает лишь в тот момент, когда игрок сдался, а до тех пор, пока он дышит — игра продолжается, даже если кажется, что она уже закончилась.

Тем временем Синегин подбежал к Самуилову и что-то зашептал товарищу на ухо. По мере того как Тимофей Витольдович слушал своего коллегу, лицо революционера мрачнело. Но отступать им обоим было некуда. Ради своих семей… ради своих капиталов…

Да, ради этого, эти двое считали, что просто обязаны идти до конца.

— Смотрите! — Первым заговорил, подойдя к микрофону Александр Николаевич, указывая рукой на идущего к ним кронпринца. — Его Высочество Павел Александрович, собственной персоной. Тот самый, который якобы должен отходить от ран.

В то время пока Синегин говорил, его товарищ Самуилов, уже раздавал приказы кураторам, которые оперативно инструктировали провокаторов. И результат последовал едва ли незамедлительно. Один из кураторов, вынужден был выступить в роли заводилы, ибо требовалось оперативное вмешательство.

— Они хотят загнать нас в кандалы рабства! — Заорал он, надрывая глотку.

В тот же час, его возглас подхватили и его подопечные.

— Это хитрый план по закручиванию гаек!

— Они хотят превратить нас в рабов!

— Это все инсценировка!

— Трус!

— Он испугался ответственности!

— Трус!

— Предатель!

Толпа начала наполняться шумом. Провокаторы не спали и тут же начали выкрикивать новые обвинения.

— Они боятся власти народа!

— Власть Народу!

— Власть Народу!

— Власть Народу! — Подхватила толпа.

— Долой Узурпаторов! Долой Рабовладельцев!

— Долой Неравенство!

— Долой!

Сама же толпа еще не знала, как реагировать. Ведь большая часть людей, пришла именно из-за кронпринца. Именно из-за покушения на него они здесь собрались. И если это все и правда фарс…

Павел тем временем, все так же спокойно шел вперед. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Ни на секунду он не сбился с шага. Все так же уверенно и величественно, он шел к трибуне. К той самой трибуне, вокруг которой уже стоял заградительный отряд наемников, которые изначально были завезены для устроения беспорядков и стычек с полицией. Этим было все равно кого бить. Более того, часть из них была вооружена огнестрельным оружием, что по задумке организаторов, должно было резко поднять градус напряжения и позволить вмешаться в происходящее Конфедерации, а так же ее южным союзникам, крича о конвенциях и правах человека.

До трибуны оставалось шагов двадцать, там пространство было расчищено от посторонних. Но именно в этот момент вперед и вышли те, кто поддерживал законного наследника престола. А вместе с ними и переодетые в гражданку военные.

В передних рядах шел действующий полковник Орлов Виктор Эдуардович, средний сын его сиятельства графа Орлова Эдуарда Алексеевича, владеющего обширными землями на северо-востоке Деодоны. Семья Орловых была одними из крупнейших нефтедобытчиков страны. С ними могли посоревноваться только бароны Султановы, да графы Добровы.

А вместе с ним шли три взвода десантников, готовых вступить в бой. За поясом у каждого из бойцов, под теплыми пуховиками, надежно разместились саперные лопаты.

Но повинуясь властному жесту Павла, они замерли, готовые в любое мгновение столкнуться с наемниками из Свободных Земель.

Толпа же, все еще как-то вяло поддерживала кричалки провокаторов, которых вдобавок, все активней, тихо крутили оперативники Тайной Канцелярии. Все же к этому моменту один приказ им поступил: «продолжать задерживать провокаторов, к Павлу Александровичу не приближаться». Меньшиков тихо играл свою партию, преследуя свои цели во благо