Архитектор Душ VIII - Александр Вольт

— Удачи, — бросила она, возвращаясь к работе.

Кабинет пристава Докучаева был таким же, как и всегда: заваленным папками, душным и пропитанным духом бюрократии. Сам Евгений Степанович сидел за столом, протирая очки носовым платком. Вид у него был озабоченный.

— Вызывали? — спросил я, закрывая за собой дверь и усаживаясь на стул для посетителей без приглашения.

Докучаев водрузил очки на нос, моргнул, фокусируясь на мне, и тяжело вздохнул.

— Вызывал, Виктор. Дело есть. Неприятное, но обязательное.

— Звучит как начало отличного дня, — съязвил я. — Опять какой-нибудь срочный вызов, где я должен присутствовать лично, потому что родственники усопшего не верят, что их больной дядюшка мог скопытиться от старости?

— Хуже, — пристав откинулся на спинку кресла, скрипнув пружинами. — Тесты.

Я на секунду завис, перебирая в голове варианты.

— Тесты? На наркотики? Евгений Степанович, я чист, как слеза младенца, могу хоть сейчас баночку наполнить.

— Да при чем тут наркотики, — отмахнулся он, поморщившись. — Тьфу на тебя, Громов, с твоим юмором. Речь об аттестации.

Он порылся в куче бумаг на столе, выудил оттуда официальный бланк с гербовой печатью и подвинул его ко мне.

— В общем, предупреждаю: в скором времени тебе придется сдать некоторое тестовое задание, которое пришло из столичного министерства.

Я взял листок. Текст был написан канцелярским языком, от которого сводило скулы: «Во исполнение приказа… в целях повышения квалификации… мониторинг профессиональных компетенций…».

— Что за задание? — спросил я, возвращая бумагу на стол.

Докучаев пожал плечами, изображая искреннее неведение.

— Своего рода отборочный этап. Насколько мне известно из сопроводительного письма и звонка сверху, Столица хочет провести такого себе рода олимпиаду среди коронеров.

Я уставился на него, пытаясь понять, шутит он или нет.

— Олимпиаду? — переспросил я. — Мы что, в пятом классе? Будем бегать в мешках и отвечать, кто быстрее вскроет грудную клетку?

— Не утрируй, Виктор. Это серьезное мероприятие.

— Почему только среди коронеров? — удивился я. — Обычно такие вещи, если уж проводят, то комплексно. МВД, медики, пожарные. Почему именно мы? Нас что, выделили в отдельную касту прокаженных?

— Хороший вопрос, на который у меня нет ответа, — развел руками Докучаев. — Такие олимпиады проходят и среди врачей в том числе, просто по другим ведомствам. Сейчас очередь дошла до нас. Имперского победителя обычно награждают.

Я скептически прищурился.

— Чем же? Принцесса и половина королевства в придачу? Или распечатают в дешевом цветном принтере грамоту, вставят в деревянную рамочку, купленную в переходе, и торжественно передадут под аплодисменты уборщиц?

Докучаев фыркнул, снимая очки и снова начиная их протирать. Видимо, это был нервный тик.

— Хватит язвить, Виктор. Не с той ноги встал?

Я откашлялся. Ну, согласен, немного перегнул.

— Прошу прощения.

Пристав отмахнулся.

— Зря ты так. Мы же не про школьные местячковые олимпиады говорим. Это уровень Министерства. Олимпиада направлена на развитие отдаленных регионов в первую очередь. Гранты, оборудование, ставки.

— А, — протянул я, начиная улавливать суть. — То есть вы хотите сказать, что никто из столичных коронеров не будет принимать участия? Соревноваться будут только те, кто из глубинок, у кого скальпели еще со времен Романовых остались?

— Без понятия, — честно сказал Докучаев, глядя мне в глаза. — Хотелось бы в это верить, что распила бюджета не будет и столичные снобы не заберут все призы себе. Но, Виктор, давай смотреть прагматично. В любом случае, первые три места получают дополнительное финансирование и развитие. Новое оборудование для морга, ремонт, реактивы. Ты же сам жаловался на состояние прозекторской.

Я вспомнил наш морг. Старые столы, плохая вентиляция, дефицит инструментов… Да, Воронцова как следует уже потрусила наше ведомство и вышестоящее руководство, чтобы снабдили дополнительными благами, но этого все еще было мало. Даже до уровня моего морга из прошлой жизни не то, что далеко, а как от Феодосии до Москвы раком.

Если есть шанс выбить деньги на модернизацию не через коррумпированные схемы, а легально…

— Так что, пожалуйста, — голос пристава стал назидательным. — Полистай там какие-нибудь учебники, Виктор. Освежи теорию. И если у нас получится пройти отборочный этап, то будет замечательно. Мне лишняя галочка в отчетности тоже не помешает, а тебе — плюсик в карму и новые холодильники.

Я скривил морду лица в неопределенной эмоции, которую при большом желании можно было бы интерпретировать во что-то вроде «как скажете, господин пристав, ваша воля для меня закон».

— Обещать ничего не буду, — сказал я, вставая. — Я практик, а не теоретик. Но попробую. Темы известны?

— Нет, — спокойно ответил Докучаев, возвращаясь к своим бумагам. — Все, что касается коронерской службы. Анатомия, танатология, судебная медицина, законодательство.

— Мгм… — многозначительно выдал я.

— Мгм, — подтвердил Докучаев с той же интонацией.

— Мгм… — снова покивал я, делая вид, что глубоко задумался.

— Да иди уже, — махнул он рукой. — В общем, освежи память, удели внимание. Не опозорь нас.

Я уже взялся за ручку двери, но замер.

— А когда? — уточнил я по срокам. — Месяц? Неделя?

Докучаев поднял на меня глаза. В них читалось легкое сочувствие.

— Завтра.

— Что? — я обернулся. — В смысле — завтра?

— Завтра придет инспектор, при котором ты будешь сдавать тест.

— Кто-то еще будет?

— Нет. Вы и инспектор.

Я усмехнулся. Ситуация становилась все более абсурдной.

— Это что, каждому, кто сдает этот тест, будет приставлен персональный надзиратель? У Империи настолько много свободных чиновников, что они могут позволить себе такую роскошь?

— Человек просто будет смотреть, чтобы ты не списывал, Виктор. Процедура такая. Обеспечение честности и прозрачности.

Я хмыкнул.

— Ясно. Честность и прозрачность. Любимые слова наших чиновников. Хорошо, к которому часу мне готовить свою голову к экзекуции?

— К полудню. Освободи график.

— Хорошо. Меня оповестят?

— Да, я пошлю секретаря за тобой. Или сам позвоню.

— Могу идти дальше работать?

— Иди. Но лучше все-таки подготовься. Хотя бы морально.

Я кивнул и вышел из помещения.

В коридоре было тихо. Я шел обратно к себе, размышляя о предстоящем. Олимпиада… Звучало как бред, но за этим бредом маячили вполне реальные деньги для службы. И если для этого нужно всего лишь решить пару тестов под присмотром какого-то столичного крючкотвора, то для меня это не составит труда.