Охотник - Борис Вячеславович Конофальский

случилось с крокодилом. А крокодил-то был по размерам побольше девочки. Она присела так, чтобы великаны находились в поле ее зрения, и стала отдирать со своих штанов репьи. Девочка поглядывала то на бродящих по берегу фероксов, то на юго-восток, на темную, почти черную тучу. Даже здесь был слышен тот низкий гул, шедший оттуда. Танцы! Туча. Но нет, темно там не от туч и не от пыли. Там темно от мух, от миллиарда мух, что роятся в воздухе, и от миллиона жуков-кусак, что покрывают все поверхности. А еще там есть мерзкие птицы и эти те твари, которых Света называла крысами, хотя они были величиной с кошек. Но худшее в тех местах – это трупы. Они там повсюду. Свежие и наполовину съеденные, голые и одетые. Они лежали на земле, облепленные мухами и жуками, а еще кружились в медленных вихрях. Крутились себе не спеша, выгнув спины, раскинув руки и ноги, запрокинув головы с пустыми глазницами. Все и всегда животами вверх.

В тот первый раз Светлана старалась не смотреть на них, она тогда натянула капюшон, закрыв им лицо от мух… не хотела она смотреть на мертвецов, но оно как-то само выходило, словно они притягивали взгляд. Она видела их и запомнила, потому и не хотела ходить на эти Танцы. Тем более одна.

Было жарко, а два огромных урода так и не уходили от моста, торчали на берегу вонючей реки, пытаясь поймать еще одного крокодила. А Света о тошноте уже позабыла, она вдруг поняла, что хочет не только пить, но и есть. Это, кажется, был первый случай, когда она тут, в Истоках, захотела есть. Ну да, Светлана просыпалась после этих снов голодной, но вот чтобы испытать голод тут…

Она опять взглянула на берег. Один из фероксов-великанов улегся и лежал, а другой все еще бродил по берегу и сейчас дошел почти до самого моста.

– Лю, – позвала девочка.

– Я здесь, – отозвался тот.

– А вы скоро исчезнете?

– Да, мое время истекает.

– Тогда я возвращаюсь, я одна на Танцы не пойду. – Светлана была расстроена. Она не любила, когда происходило подобное. Уж лучше закончили бы все сегодня. Это как поход к зубному. Готовишься неделю, собираешься с духом, и в последний момент тебе говорят, что врач перенес прием на завтра. Отвратительно! Опять ждать.

– Это взвешенное решение. Думаю, что вы поступаете правильно, – спокойно продолжал голос. – Без меня поход туда будет чрезмерно рискованным.

Она спустилась с насыпи и побежала к перекрестку, думая о том, что завтра придется возвращаться сюда. Но не пробежала девочка и пары километров, как Лю сказал:

– Думаю, что скоро вас покину, будьте осторожны, тот призванный все еще прячется в развалинах. Не думаю, что контакт с ним будет вам полезен. Держитесь от развалин подальше.

– Призванный? Еще прячется? – Тут Светлана вспомнила про него.

– Да, сейчас он наблюдает за вами из укрытия.

– Хорошо, Лю, я буду осторожна.

У нее было еще много сил, она могла бежать и бежать, но девочка перешла на шаг. Света не стала слушать Лю. Она ждала, пока он уйдет, и, кажется, дождалась. Пройдя метров сто – сто двадцать, она позвала его:

– Лю.

И, с удовлетворением поняв, что он уже не рядом с ней, изменила направление и не спеша отправилась к развалинам блочной многоэтажки.

В сломанных панелях разрушенного дома укрытий намного больше, чем в развалинах кирпичного. Она даже и представить не могла, где в этой небольшой горе обломков когда-то бывшей девятиэтажки может прятаться человек. Девочка подняла голову и поглядела вверх, вправо, влево, она немного волновалась, не знала, как этот человек отнесется к ней и к ее желанию пообщаться; тем не менее ей очень хотелось ну хотя бы поговорить с ним, и Светлана крикнула:

– Эй… Я знаю, что вы тут! Не бойтесь меня!

И неожиданно для себя почти сразу получила ответ, это был женский голос, молодая женщина крикнула сверху:

– А что вам надо?

– Ничего особенного, просто хочу поговорить хоть с кем-нибудь. Тут даже поговорить не с кем.

– Да, – донеслось сверху, – тут одни уроды, психи и убийцы.

Света улыбнулась – это были очень правильные слова.

– Точно, поэтому я и хотела поговорить с вами.

– А откуда вы знаете, что я тут, как вы меня увидели? Я ведь не высовывалась?

Вопрос был непростой. Светлана даже опешила на секунду: если сказать про Любопытного, эта девушка может принять ее за психа, поэтому пришлось придумать ответ:

– Я иногда чувствую людей. Ну, когда они рядом…

– Когда смотрят на вас сзади?

– Да, когда смотрят сзади, – соврала Света.

– Я тоже это иногда чувствую. – Девушка в развалинах, кажется, даже обрадовалась.

За спиной девочки раздался визг. Светлана обернулась и увидала, как пара кошек на другой стороне улицы догнала и уже рвет на куски зазевавшуюся крысу. Света огляделась: совсем позабыла про осторожность, стоять вот так и орать здесь было опасно. Район незнакомый, мало ли кто тут может обитать, и кошки вон какие крупные.

– Можно мне подняться к вам? А то мы внимание криками привлечем.

И тут девушка, кричавшая сверху, вдруг перешла на «ты»:

– А ты всегда с палкой ходишь?

– Да, мне так спокойнее, – отвечала Светлана. «Хорошо, что она еще Кровопийцу не разглядела». – Она меня не раз выручала, а то нападают всякие…

– С палкой как-то стремно, – кричала девушка, – может, ты без палки поднимешься?

– Вы не волнуйтесь. – Светлане очень не хотелось оставлять палку без присмотра, но она не знала, как убедить девушку, и поэтому заверила: – Я не нападаю на хороших людей.

– Ну ладно, – донеслось сверху. – Поднимайся.

«Ура!» Девочка еще сама не понимала, чему радуется – наверное, тому, что удастся с кем-то поговорить. Она быстро принялась карабкаться по обломкам бетонных панелей и увидела на самом верху, приблизительно на уровне третьего этажа, девушку.

– Сюда! – Девушка махала ей рукой.

Света наконец забралась наверх, и девушка пригласила ее в уютное помещение. Две стены углом с куском окна, полплиты вместо крыши. Почти комната, в которой, правда, нельзя встать во весь рост. Зато прекрасный обзор. Отсюда был хорошо виден весь проспект до самой железнодорожной насыпи.

Девушка оказалась немного старше Светланы, наверное, на пару лет, сейчас у