Гимназист. Проигравший - Владимир Лещенко

полный тайн и сокровищ. Он видел улицы, вымощенные прямоугольными блоками, тоннели, уходящие в склоны и под морское дно. Проникнуть туда оказалось невозможно — их входы были завалены огромными глыбами. Ученые и путешественники могли видеть лишь входы в тоннели, огромные платформы фундаментов из исполинских камней, да украшенные кораллами колонны в тридцать аршин высоты что поднимались со дна лагуны.

Спасский казалось зачитывал наизусть отрывок из некоей книги — или так и было?

— Кто знает — может подобные города еще стоят на островах в неведомой части Великого Океана? — заключил он. И они сейчас населены и неведомые короли и священнослужители древних вер торжественно правят свои обряды…

«Ма-альчик — а ты рома-антик!» — мысленно процитировал вдруг пришедшую на ум «Гостью из будущего» и улыбнулся, ощутив безотчетную симпатию к этого долговязому кучерявому парню.

— Вот было бы зрелище — хихикнул Куркин — наш Спасский — в венках из орхидей и древней золотой короне жениться на туземной принцессе и приводит туземцев к присяге государю императору!

— А на земле Санникова буде он ее откроет — обвенчается с тамошней самоедской царицей? В шкурах и короне из рыбьих костей! — добавил Тузиков

— Ну полно-полно — не надо уж так смеяться! — заступился за «романтика» Сутанов.

— По крайней мере, — Спасский был явно задет за живое — мечта открыть новые земли ничем не хуже мечты сидеть всю жизнь в адвокатской конторе как курица на яйцах — и защищать жуликов и взяточников… Однако вспомните — подданными России были индейцы Америки — отчего же невозможно чтобы ими стали какие-нибудь таитяне или канаки?

— Ох — вздохнул вдруг Сутанов… Ты должен был как любитель географии слышать о Миклухо-Маклае? Он вот ухитрился договориться на Новой Гвинее с вождями и попросил от имени всего тамошнего народа о принятии Берега Маклая в российское подданство. Мой отец припомнил как что было сказано нашим монархом по этому поводу: «Не надо, я и со своими папуасами не знаю, что делать!»

— И верно сказано — вздохнул Куркин. Да на кой-черт нам папуасы? И что мы в них созерцать и изучать будем? Дикарские нравы? Напрасно… У нас у самих есть нравы, и почище еще тамошних. В любом уездном городке вы найдете нравы, перед которыми бледнеют все папуасы и апачи!

— Да вот хоть у Сурова спросить… Сережа — ты Агашу то помнишь? — вдруг с явным осуждением бросил он.

В обществе повисла какая-то неприятная тишина… А Сергей начал вспоминать — и прошлое Сурова отдало эти воспоминания — так всплывает старый труп из омута…

— Друзья — быть может быть мы и в самом деле доживем до новых открытий — не только на земле, но и на на небе? — вдруг произнес Рихтер (блеск глаз его подсказывал что добрый их товарищ — немец уже что называется назюзюкался). И скользкая тема была оставлена.

— Это что — летающий остров Лапута? Как у Гулливера? — снова тихо хихикнул Туранов.

— А известно ли вам — любезные друзья, — продолжил Рихтер. Известно ли вам что астроном Скиапарелли обнаружил на планете Марс линии, образующие ровную правильную сеть! А американские астрономы Пикеринг и Лоуэлл изучив их пришли к выводу что что каналы построены марсианами, о чём свидетельствует их геометрическая форма и связанность в сеть. Они даже наблюдали сезонные потемнения каналов — как будто их заполняла вода.

Может быть даже человек доберется туда?

— Дружище — эк — хмыкнул Тузиков — может тебе надо эк притормозить? — и он указал на изрядно опустевшие бутылки. Люди не могут даже толком летать — разве что по воле ветра на воздушных шарах!

— У французов был уже давно построен дирижабль Жиффара — вполне себе летающий! — произнес Сергей. Больше ничего про этот дирижабль он не знал — было несколько строк в детской книжке

— Не слышал о таком… Наверняка какая-то игрушка… — припечатал Туранов.

— Почему всенепременно — «игрушка»? — возразил Рихтер. Мы живем в эпоху удивительного прогресса! Наука развивается, изобретатели создают прежде невозможные машины. Кто знает, что принесет нам будущее?

— Между прочим это верная мысль! — поднял палец вверх Спасский. И кромке упомянутого Сергеем уже давнего аэронефа Жиффара несколько лет назад построен и летает дирижабль на электрической тяге «Франция» — инженеров Кребса и Ренара! * И может быть придет время и на таких люди смогут путешествовать, с легкостью пересекая пространства по океану воздушному.

— Но на Марс на этом самом дирижабле уж точно не полетишь — как и на Луну.

— Как знать, как знать…

— Зато можно полететь на ракетном корабле… — сообщил Сергей как бы между прочим.

«Господи — ну кто за язык то тянул?»

— Это что — верхом как барон Мюнхгаузен на ядре? — Курилов был сама ирония.

— А между прочим о ракетных полетах писал еще лет двадцать с небольшим тому назад ректор Канадского университета Вильям Лейт* — внезапно поддержал Сергея Сутанов.

— Полеты аппаратов тяжелее воздуха невозможны — так гласит наука… — с апломбом заявил Кузнецов.

— И что же это утверждает?

— Такие выдающиеся исследователи как Сименс и Гельмгольц, например! Наш Бочка об этом рассказывал!

И начался спор.

— Полет тяжелее воздуха невозможен? Но позвольте — а как же летают птицы? Они же точно тяжелее воздуха!

Буль!

— Птиц создала природа или Всевышний — людям ли такое под силу?

— У господина Можайского ничего не вышло! И у других прожектеров!

— Разумная мысль — за нее надо выпить!

Буль!

Вздыхая и опрокидывая очередную стопку Сергей вдруг пожалел этих искренних полных надежд юношей… Но не мог да и не хотел рассказать Спасскому что тщетны его мечты — мечты так похожие на грезы чеховского Чечевицына… Что нет ни Земли Санникова ни неведомых островов в южном океане — что давно подтверждено даже спутниковыми снимками… И на Марсе только сухие пустыни и лёд на полюсах… И даже на Луну люди прилетев несколько раз, забудут дорогу… И что многие из их сверстников еще будут прятаться в подвалах от невозможных согласно передовой науке самолетов и гибнуть под бомбами… И это горькое и печальное знание и разочарование он так и будет носить в себе до самой смерти…

Стараясь не ляпнуть чего неподходящего в этом духе попаданец сделал еще несколько глотков коньяку.

В прежнем теле это вряд ли бы на него повлияло всерьез, но сейчас… Скоро все завертелось перед ним, и он заснул как убитый, еле доползя до кровати…

— Извините — господа и товарищи — я откланиваюсь — заплетающимся языком сообщил он напоследок и залез