Студент: Долгопа - LikanTrop

— Слушай, а что за рыжий пацан вчера в доме был? — наша машина как раз затормозила у ворот резиденции Хромого. В сумраке ноябрьского утра здание подслеповато щерилось во мглу окнами, горящими электрическим светом. — Не могу его вспомнить никак. Он новенький, что ли?

— Васька Котов? Мы его Котей кличем, — брат заглушил двигатель и вытащил ключ из зажигания. — Летом прибился, пока ты в замесе был. Вроде как сейчас адъютант Ткача, шустрит, короче. А не видел ты его, потому что он на месяц уезжал на Родину к себе в Мозырь — мать хоронить. Нормальный пацан, хозяйственный и очень исполнительный.

Во дворе, несмотря на не самую лучшую погоду и раннее время, было оживлённо. Калитку нам открыл один из бойцов брата, которого вчера в доме точно не было. Как потом выяснилось, Ткач подсуетился и вытащил спозаранку несколько бойцов себе на усиление охраны дома. При этом сообразил не наряжать их в форму: парни были одеты по-простому, в советские спортивные костюмы — сообразно дресс-коду, заведённому на хазе Хромого. Помимо встретившего нас пацана, у дома на пожухлой лужайке возился с «буханкой» Гриня. Поздоровавшись с ребятами, мы вошли в дом, где тут же наткнулись на крупную фигуру Ткача — тот имел деловитый вид и держал в руке тетрадку:

— Утречко, хлопцы! — улыбнулся он нам, дождался, пока разденемся, и вручил брату бумагу. — Во, изучай, командир! Провёл инвентаризацию подпола. Водка, макароны, тушёнка, овощи… Короче, ладно затарено там. Есть чем личный состав подчевать. Или к себе снесём — на продажу?

— А тут потом что, лапу сосать будем? Верно решил: пусть в подвале и лежит. На прокорм, — кивнул головой брат по дороге к залу. А в зале за столом уже сидели и пили — кто чай, кто кофе — Макар, Хромой и Рембо. Вокруг них, аки ресторанный халдей, суетился веснушчатый Котя. — Здорово, бойцы! — обменялся Вова с присутствующими приветствиями.

— Кстати, про прокорм. Тут девчина в годах с утра приходила — та, что Хромому кашеварила, — снова взял слово Ткач, когда мы с братом сели за общий стол, а Котя выдал нам чашки и налил туда душистого горячего чаю. — Я решил пока её не пущать на наш, так сказать, «режимный объект». Пускай придёт через пару недель, когда мы освоимся.

— Всё верно, Саня, — кивнул Вова и перевёл взгляд на Чёрного. — Ну что, Паша? Готов к поездке в ваш комплекс? Банный?

— Я-то готов. Но имейте в виду: там на хозяйстве сейчас сидит Жора Децл. Это человек Хромого. Он по любому нос свой в ваши дела сунет, если вы в дом Хромого полезете, — от услышанной погремухи Жоры я чуть не поперхнулся чаем. Такая она была смешной и неожиданной в этом времени.

— Почему «децл»? — уточнил я, а у меня в голове всплыл образ одного молодого рэпера, который по моим прикидкам должен был только-только появиться на свет в этом году.

— Маленький потому что, ростом, — не понял моей иронии Чёрный, с подозрением скосив один свой глаз в мою сторону. — Зря смеёшься. Тот ещё вредный жук, с прибабахом. С Воркуты как год утёк, где по мокрому делу чалился. Вот Хромой его у себя и пригрел, перекантоваться. Ну и прижился на хозяйстве.

— На месте разберёмся, — махнул рукой Вова. — Паша, Слава, Саша — в «девятку». Макар, Рембо — к Грине в «буханку».

— Лучше с Пашей на «Мерсе» ехать, — поправил я брата. — Если там этот Децл сидит, ему надо показать хозяйскую машину. Вроде как не просто так Паша с левыми ребятами приехал на хозяйство к шефу, а вполне официально — на его законном коне.

— Так и сделаем. Грузимся! — подумав, согласился Вова. Мы вышли во двор и разбрелись по машинам. Пара свежих бойцов Ткача открыла ворота. Этим утром они с «веснушкой» останутся в доме Хромого на «режимном объекте», как выразился младший сержант Ткаченко. А нам предстояло проверить и тряхнуть главную кубышку Андрея Павловича на его загородной фазенде.

Десять минут спустя

На фото Паша Черный

— Ты чо мрачный такой? — спросил я Пашу, когда мы выехали со двора дома Хромого и были уже какое-то время в пути. Мужчина сидел рядом со мной на заднем сиденье. — Жалеешь, что сдал вчера кубышку шефа? Так надо радоваться: твоя-то кубышка при тебе остается.

— А чо? Большая у тебя, Паша, кубышка? — весело улыбаясь, развернулся и посмотрел на Черного Вова с переднего сиденья.

— Да не в этом дело, — проигнорировал подколку моего брата Черный. — Просто вы не сечете, этот Децл тот еще геморрой. Он как клоп: вцепится и не отпустит, пока всю кровь и нервы не выпьет. Он же никого, кроме Хромого, не слушал. Андрей ему всегда напрямую задачи нарезал. Он сейчас в залупу полезет, с гарантией.

— А чо, там, кроме него, на хозяйстве еще кто есть? — решил уточнить я, пока выдалось свободное время.

— Ну, пара спортсменов трется обычно. Так, принеси-подай, посторожи, не мешай. Бомжей каких отогнать или залетных. Больше жрут и шлюх потрахивают, если договориться с ними выходит. Днем бабы приезжают, обычно штуки три-пять. Анна Павловна еще — это бабка из поселка, к которому «Афродита» относится, Мысово называется. Годно стряпает. К тому же соленья всегда тащит на продажу, зелень, курицу свежую, яйца. Все, что в поселке есть, тащит, короче. Она в «большом доме» сидит. Там же и банщик Кузьмич: дрова, уборка территории, топка — все на нем. А если сплавать на лодках куда, на рыбалку или зверя в лесу пострелять — тоже к нему. Он егерем раньше горбатился. Ну и вот, вроде всё.

— Так а Децл этот зачем тогда, если Кузьмич есть? — не понял Ткач. Он как раз выруливал к банному комплексу на Котовском заливе, стараясь стороной объезжать особенно крупные лужи.

— Бабы на нем. Раньше Губа такой был, телками занимался, но сгинул куда-то. Вот на Децла тема и упала. Катран тоже он устроил и держит, запись ведет. И неплохо, кстати, поднимает с этого. Кооператоры, политики, погоны — кто только не играет. Вопросы какие порешать прямо тут вместо Палыча — тоже он.

— Ясно. Специалист широкого