Я – Товарищ Сталин 10 - Андрей Цуцаев

из говядины, густой и ароматный. Чашки расставили перед каждым, и пар поднимался, смешиваясь с ароматом базилика. Лоренцо поднял бокал и произнес первый тост:

— За империю и дуче, который ведет нас к величию. Пусть Абиссиния станет оплотом процветания!

Гости подняли бокалы, чокнулись и выпили. Бальбо добавил:

— За Африку, которая покоряется Италии, и за Рождество, напоминающее о наших корнях!

Полковник Риччарди поддержал:

— За наших солдат, которые держат фронт в этой жаре!

Офицеры аплодировали, и разговоры оживились. Один из командиров из Дыре-Дауа спросил Бальбо:

— Маршал, как в Ливии справляются с охраной караванов? У нас золото идет стабильно, но бандиты иногда пытаются его перехватить.

Бальбо ответил, помешивая суп:

— Мы используем разведку на мотоциклах. Работает безупречно. Здесь нужно внедрить то же самое.

Витторио кивнул:

— Уже делаем, маршал.

После супа подали пасту: спагетти карбонара с яйцами, гуанчиале и пекорино, свернутые в гнезда на тарелках, с густым соусом, и ризотто с шафраном, золотистое от специй, с кусочками грибов. Гости ели, обсуждая кампании: офицеры делились историями о патрулях, о зачистках в оромо, о перехваченных караванах.

Полковник Риччарди повернулся к Бальбо:

— Маршал, в Ливии вы ввели систему патрулей на верблюдах. Поделитесь опытом?

— Конечно, — ответил Бальбо, наматывая спагетти на вилку. — В пустыне верблюды незаменимы для дальних рейдов. Здесь используйте так же лошадей на равнинах — они выносливы.

Подали главное блюдо — мясо: запеченный поросенок с хрустящей корочкой, фаршированный травами, розмарином и чесноком, разрезанный на порции, сочный и нежный. Рядом была говядина в соусе из вина, с картофелем и морковью. Для разнообразия принесли салаты из авокадо, манго и помидоров с оливковым маслом. Слуги носили блюда на серебряных подносах, наполняя тарелки гостей, и воздух наполнился запахом жареного мяса.

Бальбо ел с аппетитом, комментируя:

— Эта говядина напоминает мне Ливию, но здесь специи добавляют огонька. Расскажите, генерал Витторио, о недавних операциях в землях Оромо.

Витторио, отрезая кусок поросенка, ответил:

— Мы провели зачистку, уничтожили группу мятежников. Теперь провинция спокойна, караваны идут без потерь.

Лоренцо добавил:

— Доходы растут, маршал. Но Рим требует больше — Абиссиния должна стать кормилицей, как Ливия.

Бальбо кивнул:

— Именно. Мои методы в Ливии удвоили прибыль. Завтра на инспекции покажу, как внедрить квоты и учет.

Офицеры обсуждали планы: Риччарди спросил о проверках казны, командир из Дыре-Дауа — о новых пулеметах, адъютант Бальбо — о патрулях в горах.

Тосты следовали один за другим. Полковник Риччарди встал и сказал:

— За маршала Бальбо, героя Атлантики!

Все выпили, аплодируя. Лоренцо поддержал:

— За урожаи кофе и золото, которые делают Италию богаче!

Витторио предложил тост:

— За империю, которая растет с каждым днем, и за наших офицеров!

Гости чокнулись, и оркестр заиграл гимн.

Десерты завершили ужин: принесли панеттоне, пышный кекс с изюмом и цукатами, нарезанный толстыми кусками. Тирамису в бокалах, с маскарпоне, кофе и бисквитами, пропитанными ликером. Фрукты — манго, бананы, ананасы из местных садов, разложенные на блюдах с листьями, свежие и сочные. Кофе эспрессо в маленьких чашках, с сахаром и лимоном.

Бальбо попробовал панеттоне:

— Классика! В Риме мы едим его с семьей. Здесь добавьте местные фрукты — получится отлично.

Офицеры слушали друг друга, задавая вопросы о технике, о дуче, о будущих планах. Гости вставали, ходили между столами, обмениваясь подарками: офицеры дарили сигары, бутылки вина, рождественские открытки из Рима. Оркестр заиграл рождественские мелодии. Бальбо рассказывал анекдоты о полетах, свита смеялась. Лоренцо наблюдал, поддерживая разговоры о планах инспекции.

— Завтра осмотрим земли оромо. Покажите, как работает система квот, — сказал Бальбо Витторио.

— Конечно, маршал. Увидим плантации и склады, — ответил Витторио.

Риччарди добавил:

— Мои патрули подготовили маршрут, чтобы все было безопасно.

Банкет длился до полуночи. Гости пели гимн империи, поднимая бокалы.

Все расходились довольными. Лоренцо проводил Бальбо в апартаменты, пожелав спокойной ночи.

— Отличный вечер, маршал. Абиссиния меня впечатляет, — сказал Бальбо.

— Спасибо. До завтра, — сказал Лоренцо.

На следующий день после Рождества кортеж выехал на инспекцию в земли Оромо. Утро выдалось ясным, солнце освещало дорогу, ведущую из Аддис-Абебы в провинцию. Бальбо сидел в главном автомобиле — черном седане с открытым верхом, с адъютантами и инженером. Витторио ехал в задней машине с охраной. Солдаты с винтовками сидели, осматривая окрестности. Дорога вилась между холмами, мимо полей кофе и деревень с глинобитными домами.

Кортеж состоял из трех автомобилей: первый с Бальбо за рулем водителя в форме, второй с Витторио и охранниками, третий с дополнительной охраной. Мотоциклисты ехали впереди и сзади. Бальбо курил сигару, указывая на поля:

— Эти плантации кофе — ключ к богатству. В Ливии мы ввели квоты, и доходы удвоились.

Витторио отвечал по радио из задней машины:

— Здесь мы собрали рекордный урожай.

Они проехали несколько километров, обсуждая отчеты. Бальбо спросил:

— Как вы справляетесь с мятежниками? В Ливии мы использовали авиацию.

— Аналогично. Наши отряды патрулируют всю территорию, — ответил Витторио.

Солнце поднималось выше, нагревая воздух, птицы летали над холмами. Водитель главного седана сбавил скорость на повороте. Витторио, зная, что впереди ждет засада, слегка напрягся, но внешне оставался спокоен — план был прост: нападавшие должны были сосредоточиться на Бальбо, а его легко ранить, чтобы отвести подозрения.

Вдруг раздался оглушительный взрыв впереди — земля вздрогнула с такой силой, что седан подпрыгнул, передние колеса провалились в глубокую воронку, а осколки камня и пыли хлестнули по кузову. Дым поднялся черным столбом, застилая солнце, и воздух наполнился запахом горелой земли и пороха. Машина замерла, мотор заглох, водитель выругался, хватаясь за руль, его лицо покрылось пылью. Кузов главного седана накренился, металл заскрипел, а из-под капота повалил густой пар, смешанный с запахом перегретого масла. Бальбо схватился за борт, его сигара выпала, и он закашлялся от едкого дыма, проникающего в легкие. Адъютант рядом закричал, пытаясь открыть дверь, но её заклинило.

Не успели солдаты опомниться, как грянул второй взрыв сзади — он разорвал третью машину пополам, металл скрежетнул с душераздирающим визгом, шины лопнули с громкими хлопками, и задняя часть автомобиля взлетела в воздух, перевернувшись в полете с оглушительным грохотом. Осколки разлетелись во все стороны, впиваясь в землю и кусты, а бензин вытек, вспыхнув мгновенно — пламя взметнулось оранжевым столбом, облизывая куски металла. Охранники вылетели из сидений, их тела кувыркнулись по дороге, крики смешались с грохотом обвала камней с холма. Один солдат приземлился на спину, его винтовка отлетела