Наследие младшей ветви - Юджин Никитин

Пробравшись сквозь толпу гомонящих и спешивших поделиться с вновь встреченными друзьями — товарищами своими переживаниями и новостями, полученными за лето школьников Белов, добрался до своего классного кабинета без приключений. Зайдя в класс, он тут же снова почувствовал себя вновь этакой местной звездой, так как гомон разговоров в классе моментально затих, стоило ему лишь сделать первый шаг внутрь. Нет его конечно тоже поразили изменения, произошедшие с его одноклассниками за ушедшее лето. Девушки однозначно похорошели. А многие заметно округлились во всех нужных местах потеряв ту подростковую угловатость и приобретя черты юных девушек, а не подростков женского пола. Мальчишки в основе своей тоже немало прибавили на этом этапе взросления. Но судя по реакции находящихся в классе, явно они изменились не так как Белов. По крайней мере у многих были достаточно удивленные лица, когда мелькала тень узнавания в изменившемся парне, того невзрачного и худого мальчишки которым он был почти полгода назад. Вот что точно было неизменно так это обжигающие свой ненавистью взгляды брата и сестры Борисовых что, не скрывая своего отношения уставились сразу-же на него. Как всегда, и до этого дня Алексей несмотря на ожидаемое продолжение бойкота со стороны своих одноклассников вежливо поздоровался со всеми присутствующими и прошёл к своей парте.

Вместе с ним в классе сейчас находилось одиннадцать учеников, и никого из новых лиц не было. А ведь по итогам прошлого года, когда их покинуло сразу пять учеников, к ним должны были прийти и четверо новеньких. Двое из класса Б, проигравших битву по успеваемости в своём классе и еще двое, но уже победителей ученической гонки из класса Г. Надо сказать, что такая система мотивации и оценки знаний Белову откровенно импонировала. В чем-то это напоминало распределение в школах Японии его мира. Но там насколько он помнил каждый год классы формируются по-новому. Все учащиеся одной параллели распределяются по классам случайным образом. То есть каждый год ученик попадает в новый коллектив, который наполовину состоит из новых людей. К слову сказать, японские школьники перед распределением могут написать свои пожелания на специальных листках: своё имя и двух человек, с кем бы они хотели оказаться в одном классе. Возможно, к этим пожеланиям прислушается руководство, ну или не прислушается. Зачем это вообще нужно в Японии? Такая странная «перетасовка» нужна как он помнил из объяснения для развития чувства коллективизма. Ученик не должен зацикливаться на одних и тех же людях, а должен уметь находить язык с разными сверстниками. Наверное, это наследие эпохи роста корпораций с их этикой и стремлением создать своеобразных солдат корпораций с младых ногтей. Но подход к образованию в магических школах Российской Империи ему виделся намного более дельным и разумным. Здесь во главу угла ставилось стремление к собственному улучшению и тяги к победе над самим собой и конечно над своими одноклассниками. И если в восьмом и девятом классе такие пертурбации происходили раз в год по окончанию учебы, то в выпускное такое потрясение грозило им уже как минимум дважды. Первый раз по итогам второго полугодия и второй раз по окончанию учебы. Если бы у Белова мальца родители были бы живы они точно уделяли бы этому моменту внимание. Как, наверное, уделяют этому внимание родители остальных его одноклассников. Репутация для дворянских семей это прямо скажем один из краеугольных камней благородного общества этого мира.

Но все эти мысли отошли на задний план в связи с прибытием их классного руководителя. Персонажа, роли которого Алексей вообще не мог понять. Вернее, даже не роли его в жизни класса, а как до сих пор эту пародию на классного руководителя, еще до сих пор держат в школе для дворян. Может быть конечно это только он столкнулся с его такой стороной, но всё же Белов не думал, что дело только в нём. Вошедший в класс Андрей Степанович Жарков что отбывал эту роль в прошлом году поразил его до глубины души своим наплевательским и совершенно безразличным отношением к жизни класса.

Ну а вошедшие за ним четверо учеников, что логично было предположить являлись их новыми одноклассниками его точно поразили. Точнее поразила одна его будущая одноклассница. Мать его Вероника Игоревна Самойлова собственной персоной. К такому его жизнь точно не готовила. Да и её собственно тоже, судя по метнувшемуся взгляду девушки сначала к нему, а затем в сторону сидящей недалеко Лидии Белых и тут-же потупившемуся в пол. Тем самым подтверждая давние подозрения Алексея об участниках и главных акторах того спектакля с отравленной фибулой перед дуэлью с Новиковым. Так вот кто получается в прошлом году вылетел из класса Б и попал с худшей среди их учеников к ним в класс. Свезло так свезло. Один раздражитель в виде Сергея Димитрова ушёл из класса, зато пришёл другой раздражитель в виде этой хитрой сучки что так грязно тогда сыграла. Точно этот учебный год будет не менее интересным чем прошлый. А ведь придется сдерживать себя в рамках приличий. И судя по вскинувшейся горячей волне злости сделать это будет очень ему тяжело.

За этими проживаниями, потянувшими за собой и неприятные воспоминания в том числе Белов чуть не пропустил представление остальных трех новых учеников. Высокий и худощавый Игорь Николаевич Филиппов потомственный дворянин из независимого Рода что пришёл вместе с Вероникой из класса Б. И первый из победивших в классе Г — потомственный дворянин Дмитрий Алексеевич Даньков из Рода Димитровых. Невысокий русоволосый крепыш, что добавился в поредевшую компанию что осиротела после ухода Сереженьки Димитрова — их главаря. Ну а крайним в пополнении и последним в представлении был еще один победитель из Гэшников, невысокий и достаточно худощавый темноволосый и тихий паренек, личный дворянин Сергей Васильевич Обухов из вассальной роду Белых семьи. Новенькие расселись по свободным партам, причем Самойлова как стало понятно из представления, была из вассалов тех же Белых, оказалась на одном ряду с Алексеем, хорошо хоть через две парты и впереди. А значит они не будут встречаться взглядами во время учебы и то хлеб. Пусть горький и черствый, но хлеб.

А лучащийся непонятной радостью Андрей Степанович стал им вещать про предстоящую в этом году учебу, новые изучаемые предметы и то как им будет радостно и интересно жить в новом учебном году. Его разглагольствования о новой и лучшей жизни Белов пропустил мимо себя. наслушался всяческих патриотических вступительных речей и в прошлой жизни, да и в этой по