Товарищи женщины! - Константин Владимирович Денисов

на нашу сторону. Но прежде необходимо было выбить из его головы дурь, что пользоваться даром это что-то бесовское, или как он там себе это объясняет. Да, сейчас в экстремальной ситуации он отошёл от своих убеждений, но не факт, что после того, как ситуация успокоится, не попытается вернуться к ним снова.

— Мы, бывало, по неделе никого поймать не можем, голодать начинаем и бывало даже, что своих жрали, — вдруг раздался голос крысы, — а в последние дни попёрло как никогда! Столько народу вокруг стало бродить, ловить не успевали! И вдруг раз, и всё закончилось.

— То, что ты сейчас сказал, вовсе не добавляет тебе очков, — крикнул я ему и пошёл показывать новым освобождённым пленникам, где найти священника, который должен их подлечить.

Но не успел я сделать и нескольких шагов, как остановился.

— Кристина! — крикнул я, слегка обидевшейся помощнице.

Поняв по тону, что я не просто так её зову, а есть какое-то важное дело, она тут же сбросила все лишние и неконструктивные эмоции и с деловым видом подбежала ко мне.

— Что-то случилось? — спросила она.

— Да, похоже, последняя группа этих уродов тоже рядом, но они не приближаются. То ли что-то почувствовали, а может быть, даже увидели нашу расправу. Отпускать их нельзя, я пойду за ними. Ты выпусти меня за ворота и запри их. Потом отведи людей к священнику и возвращайся на наблюдательный пункт. Собаки тебе помогут, если что, но ты всё равно за крысой приглядывай, — сказал я.

— За крысой? — она повернулась к единственному пленнику, который до сих пор был жив. Меня это тяготило, но информация про Орден Паука всё же требовала проверки, — точно ты его обозвал! Очень похож!

Одному всё делать самостоятельно и следить за всем сразу очень тяжко. И несмотря на множество людей, освобождённых мной из плена, инициативу и деятельное участие проявила только одна девушка.

Она в принципе не делала ничего такого, что бы я и сам не смог сделать, но её помощь всё равно была очень важна. Я чувствовал некую психологическую опору, мог делегировать часть задач, пусть и не очень сложных. Но это всё равно экономило время и силы. Но почему остальные не принимают такого же деятельного участия в происходящем? Неужели жизнь в постапокалиптическом мире их ничему не научила? Почему они так быстро расслабились, решив, что я так и буду их дальше опекать? Да, некоторые ничего делать были просто не в состоянии… но многие вполне могли бы оказать посильную помощь!

Я не забыл повесить на вновь прибывших метки «свой» для адских гончих и отправился вслед за удаляющимися сигналами резервуаров маны. Их было шесть, что позволяло сделать вывод, что это ещё один отряд людоедов хотел вернуться домой, но передумал. И эти, похоже, были без добычи.

Сейчас они начали быстро двигаться куда-то вглубь застройки. Как только Кристина заперла за мной ворота, я побежал. Нужно было разобраться с проблемой как можно быстрее, не откладывая в долгий ящик.

Дел и так хватало. Неожиданно на моей шее оказалось под три десятка человек, бросить которых я не мог. Требовалось их куда-то пристроить, и самая рабочая версия была отвести в Сокольники. Но тут ещё нужно понять, все ли захотят туда идти. Возможно, что некоторым есть куда вернуться, как с ними быть? Разводить по домам? Этим я не собирался заниматься, тогда можно надолго погрязнуть в этих делах. Да и таскать за собой толпу плохо приспособленных к жизни людей тоже такое себе удовольствие.

Одно я знал точно, с базы людоедов нужно уходить как можно скорее. Место это было, мягко говоря, неприятным… а точнее, отвратительным. Там висела аура смерти. Причём смерти жестокой и несправедливой. Нет, из этого мерзостного места нужно было сваливать.

Преследуя шестёрку людоедов, я не особо скрывался, потому что был уверен в своих силах. Сдерживаться я при встрече с ними не собирался, моя задача была просто убить их по-быстрому и вернуться.

Через некоторое время я понял, что они остановились и вроде как рассредоточились полукругом. Такое ощущение, что ждали меня. Увидели издалека в конце улицы? Вроде не должны были. Хотя, как знать, может быть и так. Я не особо деликатничал с ними и шёл с открытым забралом.

У них было огнестрельное оружие, по словам Кристины. Оно было в каждой группе, выходящей на промысел. Под пули подставляться всё же не стоило, и совсем уж в лоб их атаковать я не планировал. Пора было переходить в более осторожный режим преследования.

Нужно было только убедиться, что все шестеро — это члены банды, а не часть отряда и пленники. Такое я своим детектором определить не мог.

Заметив большой пролом в стене, я направился туда, собираясь обойти банду по параллельной улице.

Мои щупальца никого в здании не обнаружили, поэтому я бежал туда смело. Каково же было моё удивление, когда из сумрака выпрыгнула большая тень и бросилась на меня, раззявив огромную пасть.

Я чудом успел среагировать и бросился в сторону. Зверюга пролетела мимо меня, и, проскользив лапами по камням, подняв при этом облако пыли, сделала что-то вроде полицейского разворота, и с пробуксовкой лапами снова устремилась ко мне.

Мана в животном не чувствовалась, так что воздействовать на него таким образом я не мог. Никакого оружия я с собой самонадеянно не взял, даже клюшку так и не нашёл.

Это было что-то вроде аллигатора на длинных ногах, с кошачьей грацией, как бы странно это ни звучало. И ростом эта рептилия была почти с лошадь!

Я ударил в раскрытую пасть молнией, но она отскочила, как будто отразилась от зеркала. Я успел бросить плазменный шар, но он растёкся по морде, вызвав золотистое свечение.

Защита!

Надо было убегать! Я бросился назад, споткнулся о здоровенный камень, полетел кубарем, обернулся к чудовищу и, когда уже его пасть нависла прямо надо мной, я рефлекторно заслонился рукой, зажмурился и мысленно крикнул: «Не-е-е-е-ет!», потому что ничего другого мне делать не оставалось. Бесславный конец!

Прошла секунда, вторая, третья, но меня так никто и не сожрал. Я приоткрыл глаза и увидел смотрящие на меня в упор глаза рептилии, в которых, я готов в этом поклясться, читалось удивление!

8. Геннадий

Рептилия смотрела в упор не мигая, а потом у меня в голове прозвучал вежливый голос:

— Здравствуйте! Это вы кричали «Нет»?

— Да, — неуверенно ответил я ему в своих мыслях.

— Ура! Я могу разговаривать с человеком! — прозвучало радостно у меня в