Откройте рот, скажите: "Р-Р-Р"! - Фунтик Изюмов

— Что за странное название, «Пьяный лось»? — приподнял брови Рей.

— А! Это довольно забавно! Поначалу заведение хотели назвать «Великий лось», и даже вывеску изготовили. С преогромным лосем. Но хозяин допустил маленький промах. В честь открытия заведения, в первый день, он объявил, что спиртное будет бесплатно. Ну, понятно, чтобы привлечь будущих посетителей. Так вот, в первый же день, в трактире случилась такая грандиозная пьянка, что весь трактир ходуном ходил! Даже вывеска свалилась! Ну вот, один зубоскал и выдал, мол, даже лось напился! С его лёгкой руки так и пошло: «Пьяный лось».

— Крепче надо вывески приколачивать! — нахмурился Фредерик Рей, — Но, заведение-то хоть, приличное?

— До вечера — да! — честно сказала я, — А ближе к ночи я туда соваться не советую.

— Подожди! Но я хотел там же и переночевать!

— Как⁈ — ахнула я, — Купить собственный дом, а ночевать идти в трактир⁈

— Но… спать в постели, где спал прежний хозяин… лежать на простыне, на которой он лежал… укрываться одеялом, которым он укрывался…

— Конечно, сударь! — подхватила я, — Гораздо лучше остановиться в трактире! Спать в постели, где до вас две сотни постояльцев спали… на простынях, на которых эти две сотни лежали… укрываться одеялом, которое и одеялом-то назвать язык не повернётся…

— Кхм… — похоже, господин Рей впал в лёгкое замешательство.

— Не беспокойтесь, сударь! — ободрила его я, — Пока вы будете ужинать, я вытрясу ваш матрас, выбью одеяло, разобьюсь в лепёшку, но отыщу самые чистые простыни… Уж одну ночь как-нибудь переночуете! А завтра с утра купим новое постельное бельё…

— Нет, — перебил меня господин Рей, — То есть, новое бельё мы обязательно купим… но не завтра. Завтра с утра я планирую наведаться в магистрат. Завершить купчую по дому — раз! Зарегистрировать лечебницу — два! И сразу после этого, я уеду.

— Как⁈ — оторопела я, — Куда⁈

— То есть, как это «куда»? — строго посмотрел на меня Рей, — Конечно, за вещами. И за запасом лекарств. И за медицинскими инструментами. И за специальными приборами.

— А я⁈

— А ты, голубушка, — господин Рей посмотрел на меня с некоторым ехидством, — Раз уж вызвалась заменить собой и ключницу, и экономку, и мажордома… ты останешься вести хозяйство и обустраивать дом и лечебницу к моему возвращению! Перед отъездом, я скажу, в какой именно цветовой гамме, я представляю себе своё будущее жилище.

И господин Рей величественно повернулся к выходу, не обращая никакого внимания на меня. А я сидела — благо, сидела! — с выпученными глазами, и хватала ртом воздух…

— Сударь! — окликнула я его вслед, — Позвольте вопрос?

— Да? — развернулся ко мне Фредерик Рей.

— А… а где ваш фамильяр?..

— Фамильяр! — хлопнул себя по лбу господин Рей, — Э-э-э… Сюзанна? Так вот, Сьюзи, сбегай к карете, там внутри стоит клетка, накрытая чёрным шёлковым платком. Там мой фамильяр. Принеси его сюда, в мою комнату. И, заодно, распорядись, чтобы кучер вкатил карету в наш сад. Нечего ему торчать посреди улицы. Лошадь и карета переночуют в саду, а кучер — в комнате для прислуги… ну, той… на первом этаже. А завтра, как только мы вернёмся из магистрата, чтобы он был готов! Мы сразу отправляемся… э-э-э… отправляемся!

— Да, сударь! — присела я в выверенном книксене, заранее сгорая от любопытства: