Сердце отваги измеряется численностью. Книга 5 - allig_eri

Ребис… до каких ещё низостей ты будешь готов пасть?

Боги, скольким же мелочам мне ещё нужно научиться!

Внутренние двери с грохотом распахнулись. На половине пути к роскошному залу приёма гостей появился встревоженный Воробей.

— Что, мать вашу, происходит⁈ — его голос сорвался на визг. Аккуратная некогда бородка взъерошена, глаза бешено вращались, осматривая нас, одного за другим.

Воробей был похож на разодетого франта, чей белый костюм, казалось, стоит немногим дешевле, нежели всё поместье. Шёлк. Белоснежный, шитый серебряной нитью. Золотые перстни на пальцах. Уверен, все камешки настоящие! Сапоги из тончайшей кожи, начищенные до блеска.

За его спиной в окнах уже клубилась жёлтая мгла — буря подбиралась к стенам, как выследивший добычу зверь.

— Сюда на всех парах мчится Хранитель! — продолжил Воробей.

Паника чувствовалась во всех его действиях. Пятна нездорового румянца расцвели на лице.

— Именно это и хотела обсудить Крылатая, — тут же завладел я инициативой, стараясь не позволить ему начать думать. — Команда Юмана напала на склад Детей Виселицы. Выжившие доложили, что африды проговорились, будто наместник Вермитракс заплатил им хорошую сумму за зачистку «худросского мусора». Крылатая подозревает, что наместник думает, будто именно банды стоят за хаосом в городе.

— Что⁈ — мужчина дёрнулся, на миг испуганно застыл, но тут же взял себя в руки, показывая, что статус одного из главарей преступного мира приобрёл не за чувство стиля. Или, во всяком случае, не только за него.

Развернувшись к нам спиной, он провёл кончиками пальцев по тонкой умасленной бородке.

— Отступаем, — коротко приказал Воробей. — Собираем людей с Аурой. Сообщи Крылатой, я согласен на временный союз, если Хранитель попытается напасть…

— Он уже напал, — влезла Вертрана. — И будет здесь быстрее, чем кто-либо кому-то успеет что-то сообщить!

— Босс, — глаза нашего сопровождающего трусливо бегали. — Это Хранитель. Мы…

— Тихо! — поднял Воробей палец. — Отступаем, говорю же. Все! Сваливаем! В скрытности!

Подавая пример, он первым бросился бежать. Каблуки выбивали по мрамору истеричную нестройную дробь.

И это было против моих планов. Хотя…

— Стой! — крикнул я. — Это лишь затянет агонию, но точно приведёт к поражению! Сюда уже идёт Крылатая и девять человек с Аурой! Они в двух минутах! Если сбежишь — они не справятся!

Глупая ложь, что развалится, стоит подумать над ней более минуты. Но у него НЕТ этой мины.

Воробей обернулся. Взгляд демонстрировал страх — загнанная в угол крыса.

— Босс? — дёрнулся проводник, рука его уже легла на рукоять кинжала.

— Нечего тянуть! — Вертрана, отлично играя роль, вытянула меч. Клинок засверкал в тусклом свете. — Здесь твоя территория, Воробей, твои люди! Они помогут, ослабят ублюдка, мы добьём его вместе!

Гул снаружи нарастал. Стены дрожали. Пыль сыпалась с потолка тонкими струйками. Мраморный пол подрагивал, будто у камня случилась судорога.

— Это Хранитель, дурная девчонка! — рявкнул Воробей, но голос дрогнул. Он не бежал. Колебался. Этого было достаточно.

— Именно, — я сделал шаг к нему, говоря медленнее, убедительнее. — Что останется от твоих людей и твоего статуса, когда Юман просто уничтожит твой особняк? Сколь сильный удар будет нанесён твоей репутации? Ты станешь тем, кто бежал, пока его дом превращали в руины.

Воробей стиснул челюсти. Рука сомкнулась на эфесе шпаги.

— Босс, я ведь говорил, — застонал проводник, — что надо было сделать то же самое, что у Чёрного Гула — грёбаный бункер! Сейчас бы не переживали, что…

— Заткнись, — проскрипел Воробей. Развернулся ко мне. Глаза сузились. — Где Крылатая? Где её люди⁈ Я не чую…

Окна зазвенели. Песчинки заскребли по стеклу — сначала тихо, потом всё громче, яростнее. Словно тысячи когтей царапали, шкрябали снаружи.

— В скрытности, — поднял я ладонь, указывая в сторону, наугад. — Идут. Уже близко.

— Готовятся нанести удар из тени, — одновременно со мной заявила Вертрана, и в её голосе прозвучала такая уверенность, что я даже почти поверил. — Ударят Хранителя в спину, когда он будет занят тобой.

Наши слова слегка противоречили друг другу, но Воробей не заметил, поглощённый надвигающейся бурей.

Дверь распахнулась. Влетело пятеро суетливых мужчин — тяжело дышащих, с арбалетами наперевес и палашами в ножнах.

— Босс! — выкрикнул первый, задыхаясь. — Сюда идёт шторм! Песчаная буря! Окружает поместье!

— Держитесь рядом! — голос Воробья стал твёрже, увереннее. Паника ушла, сменившись хищной сосредоточенностью. — Займите позиции возле несущих стен! Смажьте болты алхимией! Быстро!

Люди рассыпались по залу. Я поймал взгляд проводника — тот уже доставал пузырёк с мутной жидкостью, смазывая лезвие кинжала. Движения отточенные, привычные.

— У всей охраны поместья есть алхимия, — пояснил он, заметив мой взгляд. — Помогает даже против сильных врагов.

— Даже тех, кто может превратить своё тело в песок? — спросил я.

Он скривился. Отвёл взгляд. Промолчал.

Это и был ответ.

Со звоном разбилось первое окно. Осколки полетели во все стороны — я едва успел прикрыть лицо рукой. Поток песка и ветра ворвался в зал, как разъярённый вепрь, сбивающий людей с ног.

Кто-то из охраны у стен вскрикнул. Другой закашлялся.

В открытую дверь забежало ещё несколько человек с оружием наголо. Охрана Воробья занимала позиции.

Глава 8

Охота на ветер, часть I

Песок хрустел во рту, забился в нос, под веки. Я прищурился — бесполезно. Глаза слезились, ничего не видели. Пришлось закрыть их, полагаясь только на Ауру Наблюдения.

Проклятье! Это не так надёжно, как кажется! Её ведь можно обмануть!

Начали трещать другие стёкла. Лопались со звучным хрустом. Ветер ревел, как живой. Каменная кладка скрипела. Люстра над головой раскачивалась, звеня хрустальными подвесками.

Мои мухи снаружи едва держались — только благодаря укреплению Аурой. Но даже с ней их швыряло, как щепки. Ветер рвал крылья, песок резал хитин.

Вот она, мощь Хранителя…

Двери выбило с грохотом щепок, одна створка повисла на петле, другая пролетела половину зала, врезавшись в стену. Собравшиеся проводили её глазами, глухо матерясь.

Воробей встал в центр зала. Раскинул руки, словно дирижёр перед оркестром. Аура собралась вокруг него столь плотно, что стала заметна.

Не тёмная, вопреки обычному. Серебряная.

Видимо в этом и была причина прозвища.

Сука… красиво…

— Монсо Юман! — громко заявил он, и голос его пробился сквозь рёв бури. — Я не