Направо от Юпитера - Матвей Геннадьевич Курилкин

— Готов, — обречённо согласился Макс.

— Тогда… это публичная личность?

— Да.

Спустя несколько десятков вопросов Иван начал недоумевать, потому что угадать никак не получалось. Неудивительно, ведь Макс никого не загадывал. И на вопросы отвечал произвольно.

Однако сколько верёвочка не вейся, а Иван всё-таки выиграл.

— Это Мартина Лилли! — Радостно воскликнул нейроумок, выведя Макса из медитативного состояния. Ермаков уже давно сосредоточился на старинной книге, в которой бравые солдаты крошили в труху роботов, управляемых зловредным искусственным интеллектом. Чистое наслаждение!

— Точно Мартина Лилли! — Довольно констатировал Иван. — И даже не пытайся меня убедить в обратном! Все признаки совпадают, и они уникальны! Она публичная личность, пользуется псевдонимом, она не любит кошек, и у неё три родинки на правой ягодице, её любимое блюдо — горячий холодец с клубничным вареньем!

Макс, который уточняющих вопросов не слушал, изумлённо вытаращил глаза.

— А откуда ты про родинки-то знаешь?

— Это знают все, кто интересуется творчеством Мартины Лилли! Правда, почему-то, редко в этом признаются. И ты ведь тоже об этом знаешь! Да и странно было бы не знать, ведь она — самая известная американская искусственно-рождённая порноактриса!

Макс изумлённо покачал головой. В современном искусстве, даже столь популярном, он не слишком разбирался. И о Мартине Лилли слышал впервые. Может, и видел, только он как-то не привык запоминать имена актрис этого жанра.

— Теперь моя очередь загадывать. Спрашивай! — Голос Ивана даже подрагивал от азарта, и Максу на секунду стало любопытно — ему в самом деле так интересно в это играть, или это искусная имитация нейросети?

— Ладно, — воздохнул Макс. — Это публичная личность?

Состязание он проиграл. Несколько минут вяло задавал вопросы, пару раз повторялся, о чём Иван не преминул сообщить, и в конце концов сдался.

— Всё! Теперь я точно хочу спать! Твои игры меня серьёзно утомили!

В кои-то веки Иван сжалился, и Макс действительно немного подремал в тишине. Жаль, долго не получилось — он неплохо выспался во время предыдущей смены Ивана. И как только Макс проснулся, Иван был тут как тут — сейчас он хотел играть в «Я вижу».

Это было ещё скучнее, чем предыдущая игра. Максу начало казаться, что он сходит с ума. Иван загадывал метеоры. Землю. Кружку на приборной панели. И всё никак не хотел останавливаться. Макс невольно отгадывал всё, что мог загадать Иван — просто потому, что на «Креветке» и вокруг неё не так уж много вещей. И все они прекрасно известны.

— Я вижу слово на букву «З», — Начал Иван. — Ой! Нет-нет-нет! Другое, другое! Это слово на букву «Т»! Ни за что не догадаешься!

— Да дашь ты мне отдохнуть, хренов нейроумок? — Простонал Макс. — Как же тебя заткнуть-то!

— Ну давай же! Обещаю, это последний раунд! И я — точно выиграю! Ты ни за что не догадаешься! Ну пожалуйста! Если ты угадаешь, то до конца полёта я не произнесу ни слова, если это не будет касаться непосредственного исполнения обязанностей!

— Ладно, — вздохнул Макс. Ему пообещали приз, который он никак не мог проигнорировать.

— Т… что это может быть… ну, пусть будет Тау Кита.

— Нет, ты что! — Возмутился Иван. — Она же в Южном полушарии, от нас её сейчас Земля закрывает.

— Сдаюсь, — неохотно ответил Ермаков.

— Это тихоходка!

— Тьфу, жулик, — выругался Макс. — Не можешь ты видеть тихоходку, даже если каким-то образом она здесь появилась. Они микроскопические.

— А эта — гигантская. По моим прикидкам — километра три-четыре длиной. Я даже сомневался, не назвать ли букву «Г» вначале, но посчитал…

— Какая ещё гигантская тихоходка⁈

— Да сам посмотри, её ещё видно. Кажется, куда-то в сторону Евразии летит.

Макс уже и сам вставал. В голове закрались страшные подозрения о том, что недавний шантаж и конфликт Ивана между необходимостью доложить о нарушениях и желанием остаться на работе всё-таки сломали что-то в голове у нейроумка. И теперь оно вот так проявилось в галлюцинациях.

Но реальность оказалась гораздо страшнее, потому что на обзорных экранах действительно была тихоходка. Гигантская. Может, не тихоходка, а просто похожа… но это определённо было живое существо или искусственный объект, сделанный в виде живого существа. Ни двигателей, ни чего-то подобного Макс не видел. Как оно летит было решительно непонятно. Как оно в принципе может существовать — тоже. Но оно было, и оно летело на Землю.

Макс глянул на показания сканера. Сканер показывал несколько мелких обломков мусора на самой границе чувствительности за пределами расчищенного коридора. И всё. Больше ничего сканер не показывал.

— А это как вообще⁈ — Прошептал Ермаков.

— Тебе тоже показалось странным это существо? — Спросил Иван.

— У тебя просто талант к преуменьшению, — хрипло сообщил Макс.

— Я сейчас сообщу об увиденном в наземные службы. Мы ведь обязаны докладывать обо всех крупных объектах, которые падают на Землю.

Макс представил себе, как они докладывают наземному диспетчеру о том, что куда-то в Евразию… вроде бы даже в Россию садится гигантская космическая тихоходка. Если учесть, что ни радар, ни сканер её не видят…

— Не нужно ничего докладывать, — настойчиво сообщил Ермаков. — Просто спросим, как обстановка.

— Но как же⁈ — Изумился Иван. — Мы ведь обязаны!

— Мы обязаны докладывать о падающих на Землю объектах, — повторил точную формулировку Макс. — На случай, если их пропустила служба контроля. О падающих. Как по-твоему, эта тихоходка падает?

— Нет, мне кажется, это управляемый полёт.

— Вот и молчим тогда.

Макс быстро связался с диспетчером, и ожидаемо услышал о том, что никаких происшествий нет и не было за последние сутки. Тихоходка к тому времени уже скрылась из вида. Скорее всего, опустилась где-то на поверхности.

— Если ничего незапланированного за последние сутки не случилось, значит это было запланировано, ясно? — Уточнил он у Ивана. — Может, какой-нибудь секретный проект, или ещё что-нибудь такое, не предназначенное для посторонних глаз. А может, нам это вообще показалось. Свет Венеры отразился в верхних слоях атмосферы, взрыв болотного газа… Мало ли, какие миражи бывают. И всё, заканчивай с играми. Моя очередь дежурить.

Если бы Ермаков не проходил недавно обязательного психологического тестирования, точно усомнился бы в собственной адекватности. Какая, к