Неукротимый Бастард 3 - Сергей Измайлов

Ответом ему снова стала тишина. Но парень не унимался, изящным движением поправил небольшие усики и аккуратную бородку. Его чересчур живые карие глаза снова быстро пробежались по всем присутствующим, чаще всего задерживаясь на тех самых двух молчаливых девушках.

— Господа, дамы, будьте людьми, ну хоть кто-нибудь улыбнитесь! — его неуместно жизнерадостный голос уже начинал раздражать, хоть он и не говорил ничего плохого. — У меня такое чувство, будто нас не на экзамен привели, а сразу на казнь, ну нельзя же так!

— Хочешь с первого дня набиться всем в друзья? — низким голосом спокойно спросил высокий крепкий парень, сидевший напротив болтуна.

— А разве это плохо? — вскинул руки чрезмерно активный. — Ладно, раз вы все такие скучные, значит я буду веселиться за всех.

Крепыш лишь покачал головой и молча уставился в окно. Не добившись успеха сразу у всей присутствующей публики, болтун решил локализовать свои усилия и переключился на девушек, начав с ними любезничать на пару децибел тише, а здоровяк неожиданно повернулся ко мне.

— А это правда, что ты бастард? — спросил он совершенно серьёзно, без тени насмешки.

В его голосе не было ни презрения, ни высокомерия, лишь обычное человеческое любопытство. Совсем как у простого деревенского парня — просто, прямо и открыто.

— С чего ты взял? — спокойно спросил я.

— Вчера в приёмной комиссии какие-то парни говорили, — пожал плечами парень. — Вот и решил уточнить.

— Да, я бастард князя Пожарского, — сказал я, стараясь не раздражаться, эта тема меня будет преследовать ещё долго и вот очередное доказательство. — А что? Это что-то меняет?

Я внимательно посмотрел ему в глаза.

— Да ничего… — несколько растерянно ответил здоровяк, видимо почувствовал, что его вопрос мне не понравился. — Просто интересно было.

На этом разговор закончился, парень снова отвернулся к окну. Рядом с ним присел ещё один, коротко поздоровался со всеми и положил на стол открытый учебник, сохраняя при этом величественную осанку. Я сразу окрестил его для себя «царевичем».

— По-моему, он немного простоват, — едва слышно прошептал мне на ухо Дмитрий, кивая на здоровяка.

— Далеко не факт, — так же тихо ответил я. — Просто немного другое воспитание.

Тем временем чрезмерно разговорчивый сосед разочаровался в попытках найти контакт с красотками и уже переключился на Софью.

— Скажите, пожалуйста, ваше сиятельство, — обратился он к девушке. — Чем вы занимаетесь сегодня вечером? Вы только не подумайте, я не имею ввиду чего-то такого, о чём потом придётся жалеть, не окажете ли мне честь составить компанию на танцах, сударыня? Если вы так красиво выглядите с утра, боюсь представить, что будет на балу.

— Я не танцую, — спокойно и холодно ответила Софья, даже не подняв на него глаз.

— Так это же легко исправить! — оживился парень. — Я прекрасно танцую и с удовольствием вас научу.

— Я не танцую, — тем же ровным голосом, но с нажимом повторила девушка, посмотрев на него взглядом снежной королевы.

— Так ведь это поправимо…

Парень протянул к ней руку, пытаясь взять за запястье, но Софья вовремя её отдёрнула. Девушка нисколько не испугалась, лишь метнула в незнакомца раздражённый взгляд, который, впрочем, на последнего мало подействовал. Я негромко, но достаточно жёстко хлопнул ладонью по столу.

— Так, мою сестру не трогать, — я сказал это без явной угрозы, но с чётким предупреждением.

Парень едва заметно вздрогнул, откинулся на спинку стула и удивлённо поднял брови, глядя теперь на меня.

— Никто и не собирался причинить ей какой-либо вред, мил человек, — медленно протянул парень с усиками, снова поправляя их нервным движением. — Я всего лишь пригласил девушку на танцы. Такая красавица и не танцует, очень странно.

— Я ещё раз повторяю: мою сестру не трогать и не обижать. В противном случае я могу чисто по-бастардски подправить вам физиономию, мне бы этого не хотелось, но будет не впервой.

На лице говоруна впервые исчезла улыбка.

— Вам не кажется, сударь, что вы немного перегибаете? — уже заметно раздражённо спросил он, веселья в бегающем взгляде как не бывало.

— Мне кажется, что вы слишком назойливы, — ответил я довольно ровно. — Вы пытаетесь оказывать знаки внимания моей сестре, а ей это не нравится, если вы не заметили. Я, пусть и не единоутробный брат, считаю своим долгом защищать её и не подпускать к ней сомнительных личностей.

— Вы во мне сомневаетесь? — с ухмылкой спросил он, несколько остывая.

— Пока нет, потому что ничего о вас не знаю, — невозмутимо ответил я. — Но того, что уже успел увидеть, достаточно, чтобы приятных впечатлений у меня не осталось.

Парень ещё несколько секунд внимательно смотрел на меня, обдумывая наш не особо приятный диалог. Потом, видимо решив, что продолжать спор бессмысленно, отвернулся.

Те две девушки украдкой поглядывали то на него, то на меня. Высокий крепыш, которого я уже мысленно окрестил «богатырём», посмотрел на говоруна так, словно перед ним сидел человек не совсем в своём уме. Потом взглянул на меня и едва заметно кивнул.

Парень с царственной осанкой всё это время вообще не произнёс ни слова. Он не отрывал взгляда от учебника, неторопливо перелистывая страницы и делая вид, что происходящее вокруг его совершенно не касается. Такое отношение к окружению несколько странно, но вполне достойно уважения, парень делает своё дело, не распыляясь по пустякам.

Вскоре появились двое слуг, кативших тележку с уставленными тарелками и бокалами подносами. Они слаженно и быстро сервировали стол. Такого изобилия, как в замке Пожарских, здесь, конечно, не было, но завтрак оказался весьма достойным.

Разговоры постепенно стихли, все приступили к еде, стараясь соблюдать правила этикета несмотря на волнение. Две девушки вяло ковыряли вилкой содержимое тарелок, так и не решаясь попробовать. Но явно не от брезгливости или недоверия, видимо просто нет аппетита.

После завтрака все дружно направились к главному корпусу, туда уже стекались от общежитий остальные поступающие. Начало вступительного экзамена было умышленно назначено немного позже начала обычных занятий, чтобы работникам было легче отследить и организовать поток абитуриентов. По дороге к экзаменационному залу, располагавшемуся на четвёртом этаже, стояли слуги, направлявшие вновь прибывших.

Кто-то, поднимаясь по лестнице, тихо переговаривался, кто-то молчал, кто-то нервно кусал губы и теребил учебник, рискуя оступиться. Одна девушка шла, вытирая ажурным платочком слёзы и всхлипывая.

Поднявшись в просторный холл четвёртого этажа, мы увидели, как ещё одна девушка едва не потеряла сознание, сползая спиной по мраморной колонне. Её вовремя подхватили две соседки. Слуги тут же распахнули высокие окна, впуская в помещение свежий воздух. И почти сразу в набитый людьми холл, шумно хлопая крыльями, влетел