Звёздный отряд. Точка входа в аномалию - Саша Прудиус

Зоран наблюдал за моими экспериментами молча несколько минут.

Затем он остановил время для меня одним мысленным приказом:

"Достаточно".

Мир для меня вернулся к нормальной скорости, причем так же резко, как до этого замедлялся.

— Это потрясающе! — воскликнул я, чувствуя эйфорию от осознания возможностей своего тела. Мог бы теперь с легкостью обежать всю Москву по Садовому кольцу за несколько минут. Ну, конечно же, если хватит энергии.

Зоран вернул меня с небес на землю (или с орбиты на палубу):

"Эйфория — твой враг сейчас, — строго сказал он. — Сила опьяняет посильнее любого психотропного вещества".

Он создал в воздухе перед нами голографическую схему человеческого тела (моего тела), но гораздо более сложную, чем та, что я видел при трансформации:

"Твой организм теперь работает как термоядерный реактор холодного синтеза, — начал лекцию Хранитель (и почему-то я знал, что эта лекция будет долгой). — Источник энергии находится здесь, — он подсветил область моего солнечного сплетения голубым светом, — Это твой энергетический узел".

Затем схема изменилась: я увидел потоки энергии (те самые синеватые линии), текущие по каналам вдоль позвоночника к конечностям:

"Эти каналы могут пропускать определенный объем энергии в единицу времени, — продолжал Зоран. — Если ты попытаешься пропустить через них больше (как ты сделал при атаке корабля), в какой-то момент они рискуют перегреться".

На схеме каналы покраснели и начали пульсировать тревожным светом:

"Перегрев каналов вызывает неконтролируемый выброс энергии во внешнюю среду, — пояснил он. — В конечном итоге, ты можешь взорваться изнутри или превратиться в облако плазмы".

"Облако плазмы, — мысленно усмехнулся я. — В прошлой жизни боялся, что на заводе рванет котельная. Думал, что смерть будет грязной и быстрой. А теперь, выходит, могу стать красивым фейерверком. Не знаю даже, радоваться или огорчаться".

Картинка сменилась: моё тело на схеме начало светиться всё ярче и ярче…

— Стой-стой! Я все понял! Не надо показывать взрыв!

Схема погасла.

"Ты должен научиться чувствовать свой предел, — закончил Зоран, — Не доводить до взрыва".

Он подошёл ко мне и положил свою четырёхпалую руку мне на грудь:

"Закрой глаза".

Я повиновался.

Внезапно почувствовал его сознание внутри своего разума! Это не было вторжением или атакой ментального двойника из испытаний. А, скорее, было похоже на мягкое касание опытного учителя к разуму своего ученика.

Зоран открыл мне видение собственного тела изнутри. Я увидел свой энергетический реактор — ядро, скрытое в области солнечного сплетения. Небольшой шар размером с кулак пульсировал ослепительным бело-золотым светом, словно внутри меня билось крошечное солнце. От него вдоль позвоночника расходились энергетические каналы. Они светились холодным синим сиянием и напоминали артерии из жидкого сапфира, переносящие потоки силы по всему телу.

Еще я увидел клапаны — точки сужения каналов у основания черепа и в кистях рук.

"Это твои предохранители, — голос Зорана продолжал звучать прямо у меня в голове. — Когда давление энергии становится критическим, они автоматически временно сужают поток до безопасного уровня".

Он показал мне ощущение "не совсем полного бака": 90 % заряда было спокойным теплом в груди.

Ощущение 50 % заряда было похоже на звенящую тишину внутри головы и лёгкое покалывание во всём теле (наподобие, как когда отсидишь ногу).

Ощущение 10 % заряда было слабостью и сонливостью. А вот ощущение 100 % заряда было невыносимым зудом под кожей и желанием немедленно выплеснуть энергию наружу!

"Твой реактор не питается радиацией, как примитивный аккумулятор, — позже объяснил Зоран. — Он преобразует энергию окружающей среды в доступную для твоего организма форму."

Сейчас мой индикатор показывал около 65 %. После испытаний и уничтожения корабля-иллюзии резерв просел до 30 %, но постепенно восстанавливался. Реактор поглощал рассеянную энергию окружающего пространства — фоновое излучение, потоки частиц и остаточные энергетические поля корабля Хранителей. Я буквально заряжался от космоса.

Очередной урок закончился так же внезапно, как начался. Зоран убрал свою руку:

"Теперь ты знаешь из чего состоит твоя приборная панель, — сказал он. — Научись пользоваться ею интуитивно".

Я открыл глаза. Мир казался немного другим: более ярким, более чётким, более реальным, что ли. Присмотрелся и увидел тепловое излучение стен корабля и даже слабое магнитное поле Зорана, а также потоки космической пыли за бортом…

— Чувствую себя живым как никогда раньше, — прошептал вслух.

Зоран кивнул:

"Понимаю. Так чувствует себя каждый Хранитель после пробуждения силы, — сказал он. — Но помни главное правило о том, что сила дана тебе не для того, чтобы ты стал чем-то вроде божества среди своих".

Он немного помолчал, а затем добавил:

"Сила тебе дана для того, чтобы ты стал опорой и помощником для всех тех, кто в разы слабее тебя. Их спасителем".

Слова Хранителя прозвучали достаточно по-земному. Я бы сказал, по-советски, что ли.

"Как в лозунге с партсобрания, — усмехнулся я про себя. — Но там просили перевыполнять план, а не защищать слабых. Хотя суть была та же — жить не только ради себя."

Снова появилась проекция, и на этот раз мне показали Землю со стороны Луны (и это была довольно качественная симуляция).

Планета выглядела безмятежной и мирной под тонким слоем атмосферы. Но мое новое зрение позволяло видеть гораздо больше. Например, тонкие энергетические потоки над городами-миллионниками, возмущения магнитного поля над военными базами НАТО, и даже слабое свечение биополей миллиардов людей.

И где-то там, очень далеко, за Плутоном, а то и вовсе, где уже не было нашего Солнца. Я почувствовал угрозу…

Легкую дрожь, идущую от темноты. Ледяное дыхание пустоты. Ощущение, когда что-то громадное и очень голодное подбирается все ближе. Словно кто-то ледяным пальцем по позвоночнику всего человечества провел и теперь медленно и неотвратимо сама смерть подбиралась к Земле.

Тёмный Порядок… Они были ближе, гораздо ближе, чем представлялось. В другом измерении.

Я глубоко вздохнул. А ведь в прошлой жизни жил размеренно и скучно. В большинстве случаев знал, что будет завтра, послезавтра, через год. А здесь решительно ни черта не знаю. И это меня одновременно и пугает, и радует.

"Второй шанс, мать его. Давай, Алексей, не проспи вторжение"