Всадник на белом коне 1-3 - Юрий В. Морозевич

— Обязательно, — хмуро произнес Камил. — А ты что-то имеешь против?

— Упаси меня Юп! Кто я такой, чтобы давать советы?.. Хотя, если откровенно, предостеречь не помешало бы. Только вряд ли ты станешь слушать.

Камил промолчал. Мэтт воспринял такое поведение напарника как разрешение, а потому уверенно продолжил:

— Женщина она, безусловно, красивая, тут даже спору нет. Способная вскружить голову кому угодно, а не только молодому одинокому грагалу в самом расцвете лет. Полагаю, не народилась еще на белый свет такая особь мужского пола, которая не обернулась бы при ее появлении. Что, конечно же, не является для нее секретом... много лет она пользуется почти мистическим влиянием на мужчин с неизменным, надо сказать, успехом. Да ты и сам наверняка ощутил ее чары в полной, что называется, мере.

— И что же в этом плохого? — мрачно осведомился Камил. — Подобное можно сказать практически о любой красивой женщине.

— Верно, — согласился Мэтт. — Вот только наша героиня — случай особый. Она из тех женщин, которым абсолютно чужды всякие романтические чувства... цветочки там, вздохи при луне и прочее... Не знаю, способна ли она вообще кого-нибудь любить... кроме себя, конечно. Мужчин она попросту использует, добавляя одного за другим в свою, так сказать, коллекцию. Присасывается, словно пиявка, выпивает досуха и отбрасывает за ненадобностью. Не хотелось бы, чтобы и с тобой приключилась подобная неприятность.

— И как велика эта... хм... коллекция? — после долгой паузы осведомился Камил.

— Думаю, не сильно ошибусь, если скажу, что процентов девяносто мужского контингента базы «Светозар». Или даже больше. Можешь утешиться тем, что в этом смысле ты далеко не уникален.

— А ты? Тоже... хм... экспонат?

— Бог миловал, — ответил Мэтт. — Вовремя понял, что к чему. К тому же знаю ее гораздо дольше всех прочих... успел, как говорится, разглядеть во всех подробностях.

— Это как?

— Вместе учились в межпланетке... Помнится, пела она замечательно. Когда выходила на нашу скромную студенческую сцену, весь четвертый курс обжимал эту диву глазами...

— Ты сейчас говоришь только за себя, или за того парня тоже?

— За всех особей мужского пола!

Камил саркастически хмыкнул и после небольшой паузы сказал:

— Не понимаю, какого черта ты мне все это излагаешь? Кто я тебе? Так, залетный грагал с другого края Вселенной... сегодня здесь, завтра там...

— Ты мой друг, — серьезно ответил Мэтт. — А кто еще, кроме друзей, скажет правду?

— Ладно... спасибо за трогательную заботу о моем нравственном благополучии. Только я и так уже все про нее понял... сегодня ночью. Жозефина — сногсшибательная женщина, вот только внешняя красота никак не подразумевает красоту внутреннюю. К великому моему сожалению.

— Значит, успела все-таки, — злобно процедил Мэтт. — Вот стерва.

— Все! — Камил решительно пресек разговор. — Хватит о грустном! У нас впереди проблема куда посерьезней, чем моральный облик девицы с непомерно раздутым самомнением. К тому же речь ее изобилует трюизмами, а меня это бесит.

— Что верно, то верно, — согласился напарник.

Тем временем тусклый каменный шар существенно приблизившейся планеты захватил все видимое поле обзора. Под днищем драккара медленно проплывали протяженные горные цепи, сменявшиеся обширными слегка красноватыми равнинами, изредка пересеченными глубокими изломанными трещинами. И повсюду бесчисленное количество ударных кратеров самых разнообразных размеров, от мелких, не более пары десятков метров в диаметре, до гигантов, поперечник которых измерялся десятками и сотнями километров. Эрида... богиня раздора и хаоса.

Далекий мир... пустынный мир... совершенно не способный заинтересовать кого-нибудь помимо горстки дотошных планетологов, готовых годами копаться в бесплодных камнях и пыли в поисках... чего? Непонятно. Нет здесь ничего такого, чего нельзя было бы отыскать в других, гораздо более привлекательных районах солнечной системы. Ни один, даже самый ценный природный ресурс никогда не оправдает разработку и транспортировку в центральные, обжитые районы Внеземелья. Разве что удастся раскопать нечто такое... такое... о чем сейчас никто не имеет вообще никакого представления. Вроде какого-нибудь минерала... хм... скажем, из темной материи, вовсю демонстрирующего свойства антигравитации. Тогда — да... тогда — может быть... Только все это фантастика, даже ненаучная. Нет здесь ничего интересного, даже льда, даже каких-то особенных камней... Ни-че-го.

Вернее, ничего не было до тех пор, пока не оказалось, что в недалеком прошлом Эрида стала объектом внимания небезызвестных «луноедов», прославившихся ограблением спутников Урана и Сатурна, а также неудачной попыткой покушения на существенную часть Марса. Аномальная зона, открытая по большому счету совершенно случайно автоматическим разведчиком «Eris Prospector 36», выглядела в достаточной степени необычно, чтобы привлечь внимание даже самого равнодушного наблюдателя: абсолютно гладкая круглая равнина без каких-либо признаков ударных кратеров в окружении хаотичной горной страны... словно срез, сделанный взмахом какого-то неведомого чрезвычайно острого инструмента... вроде сказочного меча-кладенца. Нечто подобное двести с лишним лет назад увидели первооткрыватели Ледовой Плеши на Обероне.

Кстати, «Eris Prospector» постигла та же участь, что и ставший легендарным рейдер «Леопард» в системе Урана: исчез бесследно, успев передать всего лишь одно-единственное изображение. Которое и послужило основанием для переброски в этот район экспериментального исследовательского комплекса «Светозар» с отрядом десантников «Снежный кот» на борту.

Кратковременный импульс реверс-моторами заставил драккар перейти на более крутую траекторию спуска. Камил буквально уронил «Эпиорнис» и выровнял машину лишь у самой поверхности, заставив зависнуть всего в паре десятков метров над протяженной каменной россыпью, упиравшейся в мрачные высокие холмы — фактическую границу, ограждавшую аномальную зону по периметру. В равномерный гул донных двигателей вклинились новые звуки: отчетливо различимое жужжание, с которым из глубоких пазов выдвинулись ступоходы, и финальные щелчки фиксаторов. На панели успокоительным зеленым светом загорелись четыре индикатора, беззвучно утверждавшие: машина полностью готова к посадке. Камил аккуратно снизил тягу практически до нуля и мягко опустил драккар на поверхность Эриды. Легкое покачивание корпуса... и наступившая вместе с отсечкой двигателей абсолютная тишина.

— Прибыли, — сказал он.

— Почему так далеко? — недовольно проворчал Мэтт. — До Зоны как минимум километр.

— Можно подумать, тебя кто-то заставляет топать туда пешком.

— Пешком я бы туда вообще не пошел. А если уж совсем честно, то и на нашем железном коне тоже.

— А зачем тогда напросился? — удивился Камил. — Я бы и в одиночку справился.

— Кто-то же должен за тобой присматривать, — буркнул Мэтт. — А то от недосыпа ты здесь такого наворотишь...

Камил только усмехнулся, радуясь тому, что напарник не видит выражения лица под зеркальной маской. Мэтт так яростно отстаивал перед руководством базы необходимость своего участия в рискованном предприятии, что невольно закрадывалась мысль, будто у него с Зоной личные счеты. Тем более что ни о каком недосыпе тогда даже речи не было.

Руководство в конце концов дрогнуло под неистовым