Участковый - Галина Дмитриевна Гончарова

– Какая?

– Собрать что-то, потащить…

Петя покачал головой.

– Нет. И ты учти – такие вещи ведьма должна сама делать. Тебе не объясняли?

– Что именно?

– У тебя должна быть своя сумка, свой ритуальный набор…

– Ритуальный набор?

– Хотя бы минимум. Мел, соль, свечи двух-трех цветов, руны, кинжал, трава, – та же полынь, причем лучше самостоятельно собранная, шерстяные нитки, чаша – лучше фарфоровая, булавки… это я еще не все перечислил.

Ирина задумалась.

М-да.

– Сложно будет все это с собой таскать.

– Я же не таскаю. У меня все лежит в двух сумках, одна в багажнике машины, вторая, как видишь, дома.

– Почему в двух сумках?

– У меня два дублированных набора. Во-первых, не знаешь, куда тебя занесет, во-вторых, не знаешь, сколько и чего потратишь, – Петя проверял матерчатую сумку наподобие тех, с которыми ходят спортсмены. Не фирменную, потертую, самую обычную… так, посмотришь со стороны – мало ли кто и что в таких сумочках носит? А они удобные. Очень удобные.

И кармашков хватает, и места много, и легкие, и ухватистые.

– А где все это покупается?

– Где повезет найти, – погрустнел Петя. – В антикварных магазинах, на развалах, на сайтах, на распродажах… да мало ли вариантов?

– А если в интернете заказать? Что-то вроде малого набора ведьмы?

– Получишь волшебную палочку, шарф и шляпу. И метлу.

Ирина фыркнула.

– И никто не ответит за качество. Даже если что-то пришлют, то не то. Или не так. Вот ты по виду можешь полынь отличить от укропа?

– Могу, наверное. Полынь пахнет.

– А зверобой? Ромашку?

– Разве что по цветам, – задумалась Ирина. – Но да, ты прав. Надо бы выезжать на природу, или у бабушек, что ли, покупать?

– Я тебя познакомлю с одной бабулей, она травами как раз торгует. И собирает по всем правилам, и сушит как надо. Сам проверял.

Ирина кивнула.

Да, с травами сложно.

Скажем честно, травы ведьмам и колдунам нужны, но собранные и высушенные по канонам, качественные, не пополам с какой-нибудь пакостью.

Травы и в ритуалах применяются, и в снадобьях…

– Мед свой нужен, воск…

– Зачем?

– Тебе – особенно. Это те вещи, которые хорошо наговор держат. Ту же порчу снимать, думаешь, легко?

– Думаю, нет. Но я же не проклятийник?

– Это всем ведьмам доступно. А свечи, между прочим, хороши те, которые сами слеплены. И вольты лепить из воска надо. А мед хорошо наговор держит. На здоровье, на болезнь… на что сделаешь – на то и будет.

Ирина вздохнула.

– Сложно объять необъятное.

– Сложно, – Петя еще раз все проверил и повесил сумку на плечо. – Пошли. Тебе вдвойне сложно, я правильно понимаю, что силу ты получила по ритуалу, а наставница у тебя – за гранью?

Ирина насторожилась.

– Это принципиально?

– Нет. Просто советую помнить, что ты живая, а она мертвая.

– И что?

– Она не сможет уйти за грань, пока ты не станешь полноценной ведьмой…

– А как это определяется?

– Определишь. Не перепутаешь.

Ирина поежилась. Звучало многообещающе.

– А еще что?

– Она мертвая, а ты живая.

– И что?

– У нее другой взгляд, другое восприятие… там нет времени, там нет проблем, там безвременье и тишина. Твои проблемы для нее не всегда актуальны, она просто не помнит, как это – быть живой.

– Но…

– Это не вполне человек. Это, скорее, энергоинформационная матрица.

– И что из этого следует? – подошла Ирина практически к вопросу.

– Что нарочно она тебя не подставит. Но выспрашивать обо всем надо до мелочей. Обо всем, от и до. Она может просто не придать чему-то значения, а ты подставишься.

Ирина задумалась. Вспомнила охоту на мавку, поежилась…

А не помог бы тогда Кирилл… м-да.

– Я поняла. Спасибо за науку.

– Не за что. Грузись, – Петя щелкнул брелоком и вежливо распахнул перед ведьмой дверцу машины.

* * *

Пока машина колесила по вечерним улицам, Ирина решила спросить о том, что ее волновало. Не сильно, но заноза осталась, хорошо бы ее выдернуть.

– Петя, а я еще хотела спросить…

– О чем?

Услышав про даму-эгоистку-свекровь и девушку Надю, Петя только головой покачал.

– Ирина, лапочка, ты с ума сошла?

– Почему?

– По кочану.

– Роман не сможет ее переключить?

– Да смочь-то Ромка и не то сможет, если любовь есть, она и будет есть. Но… ты себе представляешь, как это будет выглядеть?

– Будет любящая бабушка.

– Которая выгонит родителей из дома, задушит малыша своей любовью и вырастит из него монстра.

– Опс…

– Не подумала?

– Не подумала, – понурилась Ирина.

– Никогда простые решения не приводят к хорошим последствиям. Запомни.

– А что может помочь в таком случае?

– Любовь к животным. К примеру. Или хобби.

– Понятно. А это Рома может переключить?

– Это – может. Ладно уж, приедет, попрошу его поглядеть на твою эгоистку. Пусть попрактикуется.

– Заранее спасибо.

– Заранее пожалуйста. Пусть мальчишка руку набивает на чем полегче…

– А…

– Это ни на что не влияет, не угрожает жизни и здоровью, не требует немедленного решения проблемы. Поэтому сын может потренироваться. Можно попробовать даже несколько раз воздействовать. А вот если нужны немедленные решения…

Ирина кивнула.

Ну да. Тренировки нужны везде, хоть в спорте, хоть в магии.

* * *

Больница.

Сначала их не хотели пускать, но удостоверение быстро открыло двери.

Оперативная необходимость. Пропустите и забудьте об этом. Точка.

Полная санитарка опасливо поглядела, но двери открыла, даже бахилы выдала и халаты, из больничных. Драные, но стерильные. Правда, выглядели они так, словно ими половину больницы вытерли, но тут уж понятно – автоклав. Стерилизация одежду не украшает, нет.

Коридоры, мертвенный бледный свет, и запах…

Запах заставлял Ирину ежиться, передергиваться, нервничать.

Запах горя, боли, человеческих страданий. Она могла определить в какой палате и сколько людей умирало, где сколько мучилось, видела остатки черной, больной энергии…

В больницу не приглашают экстрасенсов, а может, и зря.

Как можно себя чувствовать в месте, где много людей болеет, мучается, страдает, переживает… какая аура должна быть у такого места? Какой фон?

Понятное дело, самая что ни на есть плохая. А чистить ее – не чистят. Нет, не о дезинфекции речь, не о хлорке и пюржавеле.

О тоске и безнадежности, которые пропитали здание сверху донизу. И даже роддом от этого не избавлен, там ведь тоже разное случается…

Ирина поежилась. Петя понимающе поглядел на нее и фыркнул.

– Привыкай.

– Не хочу.

– Тогда радуйся.

– Чему?

– Что ты не целитель.

Ирина поежилась.

А ведь и верно… всем не поможешь, а выбирать, кто достоин жить, кто не достоин, или вообще изнурять себя в каторжной работе, пропускать через себя человеческие страдания…

– Да, мне повезло.

Петя