"Фантастика 2026-5". Компиляция. Книги 1-29 - Настя Любимка

Асгар… Совпадение ли? Асгар Ратан — друг лорда Изира и первая жертва матери Хейли.

— Асгар, почему Хейли дала тебе это имя?

— Усмирите огонь, пожалуйста.

Мое волнение и так обходилось мне дорого, а после исчезновения стихии воды огненный дар становился бесконтрольным. Я медленно сел на пол и принялся выполнять дыхательные упражнения. Пять минут тянулись как целая вечность. Жар утихал, тело больше не лизали языки пламени, а Асгар уменьшился до размеров обычного человека и тоже опустился рядом со мной.

— Когда Хейли была маленькой, ей снился страшный сон. Несколько недель он мучил девочку, а последствием этого сна стали обожженные пятки. До сих пор на ее ступнях имеются шрамы.

Мне хотелось перебить демона и спросить, какое отношение это имеет к его имени, но я промолчал.

— Она бежала по раскаленной пустыне и звала неизвестного для нее человека. Хейли ощущала в нем потребность: невыносимую, тягучую. Только он мог ей помочь. Она не знала, почему и в чем заключается его помощь. Но этот человек был нужен как воздух. Этим человеком был Асгар — первая жертва ее матери.

Демон вытянул ноги и прикрыл красные глаза.

— Еще в первый день, когда Хейли появилась в академии, все демоны почувствовали в ней родную кровь. Не просто отголосок, а сильный импульс. Он, словно огонек, завораживал. Мы не могли ее пропустить. Все, будто по команде, сделали стойку. Наблюдали за ней, ожидая, что она вступит с нами в контакт.

— Поэтому ты так для нее расстарался? — Я хотел и одновременно опасался услышать продолжение. А вдруг выяснится, что Хейли такая же, как и ее мать? Нет, не может быть! За то время, которое мы были вместе, я бы это понял. В ее мыслях и делах нет жажды власти. Хейли словно соткана из любви и сострадания, и как бы пафосно и глупо это ни прозвучало, но она была светлой во всем.

— Если речь об изменениях личных комнат, то да, но потом… В ней выжженная кровь. Тот сон, что мучил маленькую девочку, был навеян двумя существами — Духом рода и ее матерью. Первый спасал единственное продолжение рода Сизери, вторая пыталась пробудить в ней способности суккубы. Победил Дух рода.

Асгар открыл глаза и внимательно посмотрел на меня.

— Об этом сне я узнал в тот момент, когда Хейли дала мне это имя.

— Значит, в тебе она видела того неизвестного, в ком ощущала невыносимую потребность?

— Да.

— Когда она узнала о выжженной крови?

— В Светлую Ночь… — Мне показалось или в голосе демона проскользнула печаль?

— В Ночь Гуляний? Это когда вы покинули академию… Куда ты ее отвел?!

— Хейли хотела увидеть маму… И застала ее за разговором с леди Найдель. Тогда она и узнала о природе дара своей матери, и не только ее. Позже Хейли все рассказала леди Хелене. Несмотря на боль, что причинил ей Леон, она хотела ему помочь.

— Почему она не рассказала мне?

— Вы уверены, что вам требуется ответ на этот вопрос?

— Да уж спасибо, сам догадался, что в тот момент она меня ненавидела. — Своим поведением великовозрастного идиота я добился этого.

— Не доверяла, — поправил меня демон. — И была растеряна.

— Не важно. — Я сжал кулаки. — Главное — другое. В ней течет кровь проклятых созданий, которую сумел выжечь Дух рода, но… вы все равно ее почувствовали. Как так?

— Она не сможет передать проклятую кровь своим детям, но для всех нас, порождений Безымянного, останется ее носителем.

— Интересный эффект. — Непонятная сила, что изгнана из тела и не сможет пробудиться, тем не менее является видимой и узнаваемой среди «своих».

— Он помог ей во дворце Четвертого Королевства.

— Что?

— Я думал, вы потребуете ответов раньше. — Асгар подтянул одну ногу под себя. — Вряд ли вы помните все, что с вами случилось. Думаю, лишь первые трое суток после запечатывания и пару часов из остальных дней.

— Мы пробыли в заточении не четыре дня? — спросил я, а сам боялся услышать ответ.

— Больше. Время, которое вы для себя отметили на лечение у лекарей, вы провели на поле боя, то есть во дворце.

— Две недели?! — Я вскочил на ноги, опять забыв о контроле эмоций, и, конечно, вновь пылал. Как и окружающие меня предметы.

— Я вовремя, — мрачно заявил отец, вскидывая руки вверх. Секунда, и начавшийся пожар затопила вода. — Демон, убирайся прочь, или тебя ждет развоплощение.

Интересно, он специально сделал вид, что не узнал конкретно этого демона?

— Ошибаешься, — я криво усмехнулся. — Это тебе здесь делать нечего.

Мне понадобилась толика силы, чтобы отца снесло ревом пламени. С грохотом затворилась дверь.

— Я рад, что ваш разум наконец открыт для информации. — Асгар завис в воздухе. — Но вам нельзя находиться в четырех стенах. Чтобы не сойти с ума, сила должна выплескиваться.

— А раньше ты не мог сказать? — прорычал я, но вовремя одернул себя. Пусть это и демон, но не он причина моего положения. Совершенно не он.

— Ваш отец сыграл на том, что я призвал Хейли, когда вам угрожала опасность. Даже теперь вы готовы растерзать меня…

— Да, я и сейчас не особо рад этому! — огрызнулся и осекся. — Ты хочешь сказать, что пока я был в беспамятстве, отец позволил себе заглушить некоторые мои чувства?

— Вы и так подвержены множеству ментальных атак. — Асгар пожал плечами. — Со временем вы бы обо всем догадались. Королю невыгодна ваша свобода. Неизвестную силу легче контролировать, когда она заточена.

Мне не хотелось в это верить. Не хотелось знать, что отец вновь играет втемную. Мало того, использует меня. Рано делать выводы. Я должен узнать все, что происходило, пока я был в Храме, и самое главное то, что произошло с нами в стане врага.

— К Альгару, — отдал я приказ демону и закрыл глаза.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Уже десять минут мы сидим в абсолютной тишине. Я не знаю, с чего нужно начать. Как остальные участники сражения во дворце Четвертого Королевства, я никаких клятв о разглашении не давала. Но стоит мне открыть рот, как мое повествование обрастет вопросами, к примеру, как я туда попала, и если начну ужиматься, не желая открывать всего, то и все сказанное мной окажется под угрозой неверия.

Еще раз как следует взвесила все за и против. Я пришла к единственно верному решению: быть откровенной до конца.

— Разговор будет долгим, — сообщила, наконец.

— Хейли, ты не будешь против, если твою историю выслушаю