Фантастика 2026-114 - Екатерина Владимировна Скибинских

Первожрец вытянул вперёд раскрытую ладонь, и с неё сорвался вихрь зелёных огней. Они, переплетаясь в полёте, впечатались в землю, и от места удара во все стороны по траве пошли небольшие волны. Стебли и листья, принесённые волнами, врезались в остатки стен святилища и там уже складывались в барьер.

— Вам отсюда не сбежать, ягнята. — Прошипел жрец, собирая в ладонях Материю Жизни. — Вы останетесь со мной навечно!

Глава XXXI. Жертвенные ягнята

Первожрец вытягивал бурлящий шар зелёной Материи, придавая ему форму. Нападать на него по-прежнему никто не спешил: Астерот был уже почти полностью скован заклинанием паралича, Шианхут и Убийца были заперты на другой стороне разлома, а Лира — слишком напугана, чтобы что-то противопоставить Друиду, почти завершившему вознесение.

Лира, больше надеясь на удачу, чем на собственные навыки стрельбы, направила арбалет на занятого своим оружием Первожреца. Её рука дрожала, прицелиться было невозможно, а эльф продолжал спокойно висеть в воздухе, нисколько не боясь направленного на него оружия.

С щелчком болт полетел вперёд, наливаясь оранжевым свечением. Ничтожное расстояние в несколько шагов он преодолевал, казалось, пару часов, но в итоге всё-таки врезался в кожу жреца. Послышался стук, будто им ударили о металл, а не мягкую плоть, и снаряд упал в глубину чернеющего под друидом разлома.

— Тебе этого недостаточно, правда ведь? Давай, попробуй ещё раз. — Со снисходительной улыбкой друид развернулся так, чтобы девушке открылась его грудь. Плавным движением он отодвинул плащ, обнажая правое плечо и рёбра. — Считай это форой. Стреляй.

Лира сначала замялась, проводила удивлённым взглядом широкую ладонь друида, вернувшуюся к формированию оружия, затем перевела взгляд на оголённую грудь. Нацелилась и неверяще посмотрела, как очередной выстрел не принёс результата. Выстрелила ещё и ещё раз, попробовала под другим углом, но после всех попыток немного смуглая кожа Первожреца не блестела от крови и не была утыкана стрелами. Напротив, она была идеально целая.

— Убедилась. — Кивнул друид. — Ты бесполезна, тщедушное ты тельце. Он таскает тебя с собой просто для того, чтобы рядом был кто-то живой, вот и всё. Поэтому ты будешь последней жертвой… Пусть хоть где-то принесёшь пользу.

Астерот хотел ответить, но не смог: голосовые связки, как и губы, уже парализовало. Всё, что ему оставалось — просто смотреть на то, как Первожрец медленно подводит их отряд к тому, что они просто жертвы. Эльф игрался, наслаждаясь страхом, что сковывал Лиру получше паралича, беспомощностью Тёмного вдали от своих Иссушённых…

— Ответьте мне вот на какой вопрос, — Материя в руках Друида уже больше стала похожа на кнут. Он подкидывал его в ладонях, примеряясь к непривычному оружию. Впервые с момента своего появления он отлетел от разлома, ослабив контроль за Иссушёнными. — Как вы могли допустить саму мысль о том, что вы, ничтожные по своей сути создания, сможете как-то помешать мне?! — Первожрец нарочито медленно двигался к Астероту. Его лицо тронула садистская улыбка, стоило оказаться вплотную к скованному заклинанием магу. Холодные пальцы вцепились в подбородок и приподняли голову. — Помнишь, совсем недавно ты так же измывался над эльфийкой? Прижал её к дереву, грозился убить, а в итоге превратил в… это. — Резкий разворот, удар кнутом, и Убийца повисла на перекинутой через ветвь Перводрева Материи. Иссушённая дёргалась, пытаясь вырваться, но куда ей тягаться с почти вознёсшимся?

Шианхут по приказу Астерота прыгнул и почти перелетел разлом, не хватило всего чуть-чуть. Он уцепился руками в латных перчатках за землю, но та под его весом поползла вниз, и он взялся за траву. Тонкие стебли тоже не выдержали закованного в тяжёлую броню воина, хрустнули, и он полетел вниз, в подземелье.

Зелёный росчерк, и кнут из Материи, не отпуская Убийцу, обвился вокруг шеи Шианхута. Астерот не успел заметить, как это всё произошло, увидев лишь висящих рядом друг с другом Иссушённых. Оружие Первожреца раздвоилось, и теперь от небольшой рукояти исходило уже две толстые нити Материи, надёжно обвязавшиеся вокруг Иссушённых.

— На что надо было рассчитывать, чтобы так глупо лишиться своих слуг? Разве одно маленькое отродье ещё не осознало, что на этом его жизненный путь оборвётся? Что бессмысленно сопротивляться, потому что иначе будет хуже? — Под его взглядом паралич, до того замедлившийся, продолжил распространяться по телу. Всего секунда, и Астерот силится набрать воздуха в замершую грудь: остановились дыхательные мышцы. — Ваше сопротивление лишь приближает момент смерти. Понял? — Первожрец склонил голову к лицу Тёмного и оказался настолько близко, что можно было почувствовать его дыхание. Лёгкое, почти незаметное, но лишившийся воздуха Астерот готов был убить даже за такое. Сознание меркло, уступая глубоким инстинктам, записанным на подкорке. Перед глазами поплыло, начало казаться, что он видит свет… Сейчас.

Из тела мага вырвалась во все стороны Тьма. Она срезала петли, затягивавшиеся на Иссушённых, оттолкнула Первожреца и бережно окутала Цита. Полуэльф жадно впитывал Материю, и Тёмный с мрачным удовлетворением отметил зажёгшуюся совсем рядом с ним жизнь. Ритуал для него тоже был почти завершён, оставалось лишь одно — убить другого потенциального Хранителя, чтобы не делить с ним титул и силу. Мирный вариант рассматривать было бессмысленно.

Волна Материи, пройдя по телу, согнала наложенное заклинание. Наконец-то получилось сделать резкий вдох, обжёгший горло потоком воздуха, вернулось ощущение рук и Материи в собственном теле. В первые секунды после того, как отдышался, микропорталом ушёл подальше от Первожреца, становясь рядом с Лирой. За это время успел стабилизироваться Цит.

Контролировать Хранителя — задача не из лёгких, и Астерот решил прибегнуть к использованию моего Дара: собрав свою волю, всего одним мощным уколом пробился к его нервной системе и начал ускорять работу мозга. Через несколько секунд Цит уже стоял, пусть и пошатываясь, и оглядывался по сторонам, будто пытаясь вспомнить, куда его занесло и как.

Для него мир внешне не изменился, но внутренне — весьма. Силы Хранителя, пусть и не до конца обретённые и подчинённые, открывали каждую частицу этого мира с совершенно иной стороны. Всё казалось одновременно родным, потому что это его мир, и чуждым из-за наличия в нём соперника. Первожреца.

— Что, решил, что у вас есть хоть какой-то шанс? — Верховный Друид усмехнулся, скручивая в руке двойной кнут. — Хорошо. Не хотите преклониться сразу — придётся показать вам настоящую силу.

Рука эльфа поднялась так быстро, что для обычного человека смазалась бы в