Вампиры: Кольцо безумия. Душа дракона. Крест и крыло - Галина Дмитриевна Гончарова

так, как их вожак. А вожак отлично помнил, как Юля до последнего стояла за других. Не за себя. За други своя. Как держалась против демона. Как выручала незнакомых ей людей. Как защищала свою стаю – в том числе и от Ивана Тульского.

И даже вампиры – эти гнусные твари, в которых от человека была только внешняя форма, и те относились к ней достаточно хорошо.

Они отлично помнили Андрэ. Помнили его жестокость и изощренные пытки, помнили наказания и придирки – и сравнивали его с Мечиславом.

Никто не назвал бы Мечислава мягким и добрым. Этот вампир мог быть той еще сволочью. Но он никогда и никого не наказывал просто ради развлечения. Не придирался, лишь бы придраться. Не пытал никого просто от скуки. И защищал своих людей перед кем угодно. Совет?!

Пусть!

Это – его люди. И он сам разберется, что с ними делать.

Где-то в глубине души Славка даже уважал его. Немного. Но Юля, Юля…

Чем она лучше него?! Чем?!

Якобы силой?! Так это надо еще разобраться, как она ее получила! Может, это вовсе и не ее сила, а вампира. Невелика заслуга – прыгнуть к кому-то в постель…

Хотя… перед собой Славке было сложно притворяться. Он отлично знал, что Юля выросла полностью копией деда. И больше всего не мог ей простить именно это. Не мог и не хотел.

Если бы Славка заглянул к себе в душу, он бы увидел там восхищение собственным дедом. Его решительностью, силой, жесткостью… так мальчики восхищаются книжными героями. Но – не дотягивают до них в реальной жизни. И вроде бы никого это не возмущает. Ясно же, что в книгах все врут. И такого не бывает. А тут… дед был рядом. И Славка знал, что тот никогда не притворяется. Не врет. И дерется до последнего.

А сам не смог.

Именно это грызло его внутри.

Он не принял боя. Он сбежал от реальности, которая ему не понравилась. А Юля осталась.

Он совсем не похож на деда. А Юля – его копия. Он помнил разговор с дедом в его офисе. И помнил Юлю. Помнил одинаково жестокие глаза, одинаково сжатые губы, одинаково вздернутые подбородки… это было не только внешнее сходство. Они оба готовы были драться. И просто давили его, как мелкую мошку. Пока он не сломался.

Он даже отдаленно не был таким, как дед. Он не потянул. Не смог. Вместо него смогла сестра. Встала, приняла груз на свои плечи – и шагала вперед. И ему не было места на ее дороге. Восхищение и ненависть переплетались так тесно, что Славка не мог отличить одно от другого.

Ругайся, не ругайся… он завидовал… и именно поэтому ненавидел. И не мог простить Клару. Даже не Клару, а разрушение мира, в котором он был героем. Спасителем, бросившим вызов оборотням и вампирам. В какой-то миг все перевернулось – и из героя он оказался обычной пешкой. Да еще и непроходной. А так, на размен, чтобы зацепить вражескую королеву. А Юля и была – королевой…

Печальные мысли оборвал телефонный звонок.

– Да?!

– Станислав Евгеньевич Леоверенский?

Славка насторожился. Голос был ему совершенно незнаком. Или все-таки? Где-то он его слышал… кажется…

Лисий слух был намного острее человеческого, но Славка (и это тоже грызло его хуже кислоты) был достаточно слабым лисом. Так, середнячок. Не будь он Юлиным братом, никто и не стал бы… опять – она! Черт!!!

– Да, это я. А вы кто?

– Вряд ли вы меня помните. Мы встречались. И я хотела бы с вами поговорить.

– О чем?

– Вы сейчас один, так?

– Да.

– Я рада этому. Я давно хотела с вами поговорить…

– И о чем же?

– Станислав Евгеньевич, согласитесь, это ужасно несправедливо! ВЫ – умный, красивый сильный молодой человек – и находитесь в таком положении. А ваша сестрица, хотя ничем не лучше вас…

– Не продолжайте. Я понял. Именно об этом?

– О да. Я хотела не только поговорить, но и предложить вам путь к исправлению этой несправедливости. А это ведь именно так! Эта ситуация – ужасная ошибка. И оскорбление для вас. Вы достойны намного большего, чем быть просто мелким лисом на посылках! И вы это знаете…

Голос завораживал. Это был не вампирский голос, но подчинял он ничуть не хуже. И Славка понимал, что не в силах бросить трубку. Что многое действительно так и обстоит, как говорит незнакомка. Это ведь неправильно! Он старше Юли! Умнее! Опытнее! И должен подчиняться каким-то тварям, которые бросаются в огонь и в воду по первому движению ее пальца?!

Отвратительная несправедливость! Вот именно!

Славка был неправ. И где-то в глубине души осознавал это. Знал, что многое из случившегося с ним справедливо. И если бы не Юля, все окончилось бы гораздо хуже. Но… как говорили раньше, грех сладок, а человек падок. И падать тоже – сладко.

Славка не стал исключением. Он прокашлялся – и солидно сказал в трубку:

– Что ж. Я не против обсудить эту ситуацию более подробно. Где и когда?

– Я найду вас на днях, – прощебетала трубка. – Надо не вызвать подозрений ни у кого из заинтересованных лиц. Проверьте, нет ли за вами слежки. А я позвоню вам завтра, примерно в это же время. Можно?

– Звоните, – разрешил Славка, бросая взгляд на календарь. В это время дня он был полностью свободен. Вот ближе к вечеру… незнакомка почти идеально подгадала время. А может, и гадать не пришлось. Но над этим Славка не задумывался. Он попрощался и положил трубку.

Можно сказать многое.

И каждый имеет право на свою точку зрения. Для кого-то Славка был бы не предателем, а жертвой сложившихся обстоятельств. Но это – ранее…

А сейчас – сейчас он отлично понимал, что звонок не несет ничего хорошего его сестре. Даже наоборот. Иначе не стала бы женщина так таиться. Не стала бы звонить с телефона с антиопределителем номера. Не стала бы говорить о слежке.

Славка на миг подумал о смешной девочке, которую оставил уже почти десять лет назад.

Стоило бы ей позвонить?

Да – или нет?

Сейчас звучит нередко, так же, как и тогда: «Ты бы пошел с ним в разведку? Нет – или да?!»

Иногда поэты говорят вернее всех. Славка знал, что на этот раз все серьезно. Догадывался, что может подставить и сестру, и Мечислава, и своих деда и мать… но звонить никуда не стал.

Представил жесткие Юлины глаза. Представил лицо деда. И покачал