"Фантастика 2026-183". Компиляция. Книги 1-27 - Алла Железнова

— Возьми, пап, — прошептал мальчишка. — Я сам делал. Сталь сороковая, закалил в масле. Она крепкая. Держи при себе, чтобы помнил: мы тебя в Ново-Устье ждем.

Пальцы Макса сомкнулись вокруг гладкого металла. Он опустил поделку сына в нагрудный карман — туда, где солдаты прежних войн носили смертные жетоны.

— Сохраню. Достойная работа, мастер Воронов, — Макс поднялся и пожал протянутую ладонь Громова. Рука старика была жесткой, как наковальня.

— Не учи старого, Максимилиан, — хрипло бросил механик. — Парня в обиду не дам. К моему горну чужаки на версту не подойдут, а если имперская сволочь нагрянет — мы их из доменной летки расплавом умоем. Ступайте. И Лиру береги.

Лира ждала на срезе шлюза. Соправительница была в глухом вакуумном скафандре без шлема, ее темные волосы удерживала стальная лента интерфейса. Она крепко прижала сына к груди, шепнула ему несколько слов — щеки мальчика вспыхнули гордым румянцем, — и решительно шагнула внутрь.

Люки закрылись. С глухим шипением встали на упоры массивные затворы. «Старый Грешник II» отдал швартовы и погрузился в лазурную гладь залива, уходя по наклонному гидроканалу в бездну пресноводного океана.

Погружение на отметку две тысячи восемьсот метров заняло сорок минут.

За бронестеклом мостика синева сменилась непроницаемым черным мраком. Давление за бортом достигло двухсот восьмидесяти атмосфер. Корпус корабля изредка потрескивал, принимая чудовищную тяжесть воды; автоматика мерно стравливала балласт, удерживая крен.

В лучах поисковых прожекторов из донных отложений поднялось гигантское кольцо Первых.

Оно покоилось на базальтовой плите — тороид полукилометрового диаметра из реликтового матового сплава, не знавшего коррозии. На внешнем ободе плавно провернулись секции механического коммутатора: работала сложнейшая гравитационная механика, деформирующая метрику пространства.

— Ключ шестого вектора зафиксирован в кристалле, — раздался в динамиках бесстрастный голос матрицы Евы. — Квантовый контур принимает ответный сигнал. Напряженность поля нарастает. Переход через тридцать секунд.

— Зафиксировать перегрузочные упоры, — скомандовал Макс, опускаясь в кресло. Лира села рядом, ее руки легли на аварийную панель сброса реактора.

В центре реликтового кольца вода исчезла.

Гравитационный барьер сжался, отсекая чудовищную массу океана упругим силовым полем, и в образовавшемся вакууме вспыхнула белая искра. В следующее мгновение она развернулась в вихревую воронку пространственного тоннеля.

«Старый Грешник II» дал импульс носовыми дюзами и вошел в бездну.

Краткий миг перехода отозвался привычным давлением на виски: рецепторы Макса зафиксировали сдвиг метрики континуума, после чего обзорные экраны мостика вспыхнули новой панорамой.

Фрегат вынырнул в ледяной пустоте.

Здесь не было ни океанских глубин, ни багряного солнца Кроноса-4.

Корабль завис на дальней границе мертвого сектора в рукаве Малого Магелланова Облака. Прямо по курсу тускло тлел угасающий красный карлик, почти не дававший теплового излучения. Вокруг звезды медленно вращался пояс древних астероидов, скованных метановым льдом.

А в самом сердце этого безжизненного пояса, удерживаемая гравитационными якорями к трем расколотым планетоидам, висела цель.

Это была колоссальная конструкция диаметром в пятьдесят километров — скелет циклопического комплекса, сложенный из тысяч строгих шестиугольных ячеек. Ни проблеска огней на броне, ни единого радиосигнала в эфире.

— Добрались, — тихо выговорил подошедший к обзорному экрану профессор Соколов, благоговейно касаясь бронестекла. — Хранилище Архива Первых. Миллионы лет абсолютного молчания...

— Молчание бывает обманчивым, профессор, — Лира щелкнула тумблером боевого радара, и ее голос стал жестким, как металл. — Макс, смотри в сектор три-ноль. Там не только древний каркас. На внешнем швартовом контуре висят три неопознанных вымпела. Силуэты имперские. Ударные крейсеры проекта «Каратель». И судя по остаточному теплу на радиаторах дюз, их реакторы заглушили совсем недавно.

Глава 15 Трофеи мертвого рукава

— Заглушить активную локацию, перейти на пассивный оптический контур, — не повышая голоса, скомандовал Макс.

Судовая мыслящая матрица Евы среагировала мгновенно: мощные сканирующие излучатели фрегата погасли, свернув электромагнитный купол. «Старый Грешник II» превратился в холодный, лишенный радиоизлучения осколок скалы, дрейфующий по инерции в гравитационной тени метанового астероида.

Лира не отрывала взгляда от тактического экрана. Ее тонкие пальцы плавно вели калибровку сенсорной панели, вычленяя из фонового реликтового шума слабые инфракрасные аномалии.

— Три «Карателя», проект «Ноль-Четыре», — тихо произнесла соправительница. — Флаг адмирала фон Берга, личный карательный дивизион дома Вальдемара. Батареи главного калибра обесточены, контуры защитных полей на холодном остатке. Они держат минимальную жизнь на борту от вспомогательных плутониевых генераторов.

— Почему молчат маршевые реакторы? — прищурился Макс.

— А потому, командир, что наш удар по «Октагону» достал их даже на краю бездны, — Лира коротко и жестко усмехнулась. — Баки пусты. У них нет дейтерия, чтобы разжечь термоядерные контуры. Вальдемар зашвырнул сюда этот отряд еще до гибели топливного узла — искали древние энергомодули или технологический перевес, способный спасти Хунту от краха. А когда резервуары взлетели на воздух, каратели оказались заперты в мертвом секторе без связи, снабжения и горючего на обратный прокол.

— Глядите на соту номер двенадцать, — подал голос профессор Соколов, увеличивая разрешение на центральном проекторе.

От носовых шлюзов всех трех имперских вымпелов к циклопической стене Архива тянулись гофрированные герметичные рукава-переходы пятиметрового диаметра. Но самое страшное открылось на срезе стыковки: древняя броня в этом секторе была испещрена глубокими черными кавернами.

— Варвары... — выдохнул профессор, и его сухой голос задрожал от ярости архивариуса. — Они не знают кодов сопряжения! Они кромсают обшивку термоядерными бурами и кумулятивными зарядами! Если эти дикари пробьют кристаллические шины центрального банка данных, сработает протокол аварийной самоочистки. Миллионы лет эволюции сотрутся в ноль за микросекунду!

— Не сотрутся, профессор, — Макс повернулся к коммуникатору внутренней связи. — Варра, готовность номер один. Штурмовому взводу занять исходные в шлюзе. Игнациусу — полная расконсервация тактических систем. Крак, берешь звено полевых мастеров, идете во втором эшелоне.

— Принято, командир! — сухо прострекотала хитинка по линии гарнитуры. — Плазменные резаки и резонансные ключи к бою готовы.

План сложился за секунды. Вступать в линейную артиллерийскую дуэль одному легкому фрегату против трех ударных крейсеров было бы чистым безумием даже при их заглушенных реакторах: суммарный бортовой залп крупнокалиберных орудий имперцев стер бы «Старый Грешник II» в пыль. Однако вымпелы противника оказались намертво скованы переходными рукавами, словно кандалами. Они не могли маневрировать, не перерубив подачу кислорода собственным штурмовым группам внутри комплекса.

— По кораблям не бьем, — Макс защелкнул гермоворотник бронекостюма и принял от Лиры карабин с подствольным кинетическим блоком. — Высаживаемся прямо в технологический пролом