Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

Вернулся к прогулкам в парке и по району вокруг моего дома. Вдохновение потихоньку возвращалось. Новые события подстегнули угасавшие эмоции и чувства. Это мне нравилось! Несколько новых картин я выставил на продажу. На своем сайте написал, что «Великий художник вернулся. Новая Эра!» Немного напыщенно, но нужно было как-то привлекать внимание пользователей в сети.

С годами развития моего творчества появилось несколько конкурентов, которые стали копировать мой стиль в разных вариация. Рисовали аниме-персонажей, а потом сажали гротескных и пафосных героев, за решетку. «Выпустите меня, я порву врагов и весь мир следом!» Очень забавно! В какой-то момент я даже подумал получить патент на свой художественный стиль. Но как бы это выглядело? Запатентовать черные линии на фоне чего-то жизнерадостного? Звучит, как отличный вариант для пациента психбольницы.

Помню, еще чуть позднее на просторах всемирной паутины возник какой-то китайский художник, который вообще стал копировать мои работы. При этом использовал ненавистную мне всем сердцем и душой нейросеть. Ох, как же я ненавидел это слово! Звучало, как оскорбление для искусства. Единственное для чего должна она использоваться, это для рутинных работ, а человеку - творить. Иначе какой смысл?..

Ох, уж эти азиаты! Замечали, как в нас просыпается расист, когда кто-то другой расы неблагоприятно влияет на твою жизнь? В общем пришлось мне этому художнику написать прямо на китайском языке и попросить искать свои источники вдохновения. Приятно, что китаец оказался сговорчивым и прислушался ко мне. Рисовать он не перестал, зато больше не копировал мои картины. И на том спасибо!

Тем временем в доме появилось то, что не могло не приковывать к себе внимание. Никогда в жизни я так часто не бегал в туалет. Чаще других мест. Нет, не подумайте, никак проблем с моим здоровьем не было. Лишний раз приглядывал за купюрным кустиком, который рос в моей ванной.

- Ты ведь живой, красавчик-купюрованчик? – говорил я с ним и поглаживал осторожно его стебли и листики-купюры.

И почему самые трогательные чувства возникают, когда начинаешь говорить с тем, кто не может тебе ответить? Наверное, от осознания, что имеешь некую власть над этим, можешь сделать, что угодно, но лучше позаботиться о нем. Господи, я говорил с кустом из купюр! Сны под температурой в сорок градусов. Временам меня охватывали приступы смеха.

- Все Герберт, ты сошел с ума! – это еще ничего. – Так, купюрованчик… Попрошу не двигаться, - я поставил холст прямо в ванной комнате и принялся рисовать. Кустик очень хорошо позировал. Может поэтому многие художники больше любили писать натюрморты и пейзажи. Хитрецы!

За пару дней купюрованчик вырос почти на метр в высоту. Я ощущал себя, словно ученый-натуралист. Осторожно я переложил кустик в тазик. Сначала использовал для его корней полотенце, но затем прикупил в хозяйственном магазине пакетик с грунтом. Надеюсь, от земли ему хуже не станет. Для моего нового купюрного друга только самое лучшее. Я что, правда думал об этом?..

Никогда прежде я не заводил домашних питомцев. Думал, что не смогу уделять им должного внимания. А теперь гладил серовато-зелено-желтый-кустик и с чувством какого-то дикого умиления наблюдал, как его маленькие веточки, будто лапки животного, тянулись ко мне и осторожно поглаживали пальцы. У меня внутри, словно прорывало плотину эмоций. Теплое чувство разливалось в груди, поднималось к голове, стремилось ко всем остальным частям тела. Аж дрожь временами охватывала.

- Это так невероятно! – повторял я.

Вскоре тазик сменился мраморной дорогой вазон. Полностью белой, но ненадолго. В руках-то художника! Я всячески изрисовал ее поверхность. Попробовал себя в абстракционизме, хотя никогда не любил этот стиль. Мое правил: «Если чего-то не видишь, то оно не стоит внимания!» А делать на этом деньги… С таким же успехом можно продавать воздух в баночках. И ведь кому-то удавалось. Долбаный мир позволял им это.

Новый вазон со своим питомцем я поставил прямо в зале, но так, чтобы не было видно из окон. Я поражался себе, что вообще начал этим заниматься. Наверное, это стало частью чего-то нового в моей жизни. И уж точно сказать, без капли преувеличения, – уникального! У кого еще на свете найдется в буквальном смысле денежное дерево?

Кустик продолжал расти, а из некоторых его веточек стали возникать усики, как у горошка. Жизнерадостно они хватались за любую опору, овивая все подряд. Забавно. Я не придумал ничего лучшего, как поставить к стене за купюрованчиком сетку наподобие тех, которые видел в своем любимом кафе.

- Да уж, с тобой лучше на дачу, на простор! А что, может когда-нибудь… Обеспечишь меня! – засмеялся я.

М-да , наверное, вот так и проверятся дружба! Чего я от него ждал? Купюры, как никак. Поливал его. Один раз подсыпал удобрений. И реально очень испугался, когда после них кустик немного завял. Пришлось все резко возвращать назад. Мое сердце тогда походило на подожженную динамитную шашку, взорвалось бы вместе со всем домом.

Выросшие купюры с купюрованчика, которые временами отваливались и падали на пол, были не совсем похожи на подлинные. То размазанная картинка, то не хватало символов, то номиналы произвольные. Хотя я бы не отказался от купюр в 99, 999 или даже 9999 рублей. Уделал бы с легкостью и злорадным удовольствием продавцов - любителей делать обманчивые скидки для потребителей, которых вечно считали дурачками.

Однажды я аж остолбенел, когда я увидел на купюре… Внимание, возьмите в грудь побольше воздуха.... В общем, самого себя. Нет, не в виде президентского портрета, а произвольно, в разных позах, как я смотрел на купюрованчик. А если не меня, то на купюрах возникало окружение комнат квартиры. Получается, у него были глаза – повсюду. Буквально. Он подобно фотопленке записывал в себя все, что видел вокруг и рисовал на купюрах. Удивительно!

- Вот тебе и органическая живая камера наблюдения! – смеялся я.

Смеха было меньше, когда я однажды увидел на купюре изображение Лоры. Она заходила ко мне. Наблюдала за мной, когда я спал, а потом долго с удивленными глазами, смахивающим на два блюдца, осматривала купюрованчик. Не очень это правильно с ее стороны. Но парочку забавных купюр с ней я добавил себе в коллекцию. Интересно, а Лорандия рассказал о находке Марату? Оставалось только гадать.

- В общем, вот так, Стюарт! Что думаешь? – рассказывал я другу по телефону все свои последние наблюдения и действия с купюрованчиком.

- А что я могу думать-то? – слышалось удивленное на той стороне. – Откуда мне знать? Это вообще все непонятно.