"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

что рождается в авторских муках, у Тёмы должно выходить запросто, словно икая. То есть сначала я пишу за нормального человека, долго размышляю и через день или два вычёркиваю видимые глупости, а остаток выдаю за мысли Артёма. Вот что у меня получилось в этот раз.

* * *

Я понимал, что этот человек, скорее всего, не Антон и не Востриков, может, вообще не русский. Но он всё равно инвалид. Его и так ничего хорошего в жизни не ждёт, а разоблачённого вражеского агента тем более!

Мне приказано только доложить, бить и обижать дядьку сильно выходит за рамки. Поэтому я взял как бы у Антона список парней, у кого нашли не рекомендованные изображения, пообещал поговорить и отбыл исполнять обязанности.

На первой же лекции я, прежде всего, рассказал, как страдает командующий Центра, и призвал слушателей ему помочь, а потом вернулся к основной теме. В конце второй перемены ребята понесли мне первые материалы «для Антона».

Перед обедом я их мог держать только двумя руками, в планшетку они не помещались. Бояре Герасименко, Плохих и Веселов положили свои пачки в стопку, что стояла от меня в стороне, пока я ел.

После обеда я осторожно понёс её в кабинет начальника, дежурный сержант учтиво придержал двери. Вот поставил я стопку на стол сильно удивленного типа Вострикова и сказал, что это всё ему. И в другой раз пускай он сразу мне скажет, что ему надо, а по тумбочкам пацанов больше не лазит.

Он заторможено покивал, а я вызвал с его телефона машину. Вот в «москвиче» я сказал Валере, что Антон Востриков показал мне открытку с голой Катей. Попыток его задержать и поговорить я не предпринял, по моему поведению трудно понять, что я кого-то на порно-открытках узнал…

Старший лейтенант Рыбин прямо с автоматом попытался выйти из машины. Наверное, хотел арестовать Антона. Я приказал:

— Сидеть, — и вытащил из кобуры «Парабеллум». — Поехали в уголовку.

Чтоб заставить выполнять свои приказы, я убью любого, и Валера с водителем это хорошо знали. Поехали, а я продолжил разговор. Мне тупо по-боярски лень связываться с вражеским агентом, тем более не хочется ждать Валеру. Только поэтому меня сначала отвезут в управление уголовным розыском.

Далее при мне Валера позвонит своему начальнику и скажет, что я жду его и Виталия Логинова для важного разговора. Потом старший лейтенант до приезда начальства сидит ровно под моим личным присмотром и не дёргается — я нервный и стреляю при малейшем поводе.

Мы вместе подошли к дверям кабинета. Валера с автоматом за спиной, я с «Парабеллумом» в широком боковом кармане шинели почти незаметно держал его под прицелом.

Женя пришёл ровно в два и открыл замок, я попросил всех входить. Чтоб не мешал, взял пока у Валеры автомат. Тот позвонил майору Гудкову и присел рядом с Женей на диванчик. Я же со скучающим лицом сидел за столом, навёл на них дисковый автомат и молчал. Разговаривать ни с кем не хотелось.

Через двадцать минут я почувствовал в коридоре двух сильных магов. В двери постучали, я велел Евгению открыть. В кабинет вошли Гена и Виталик, всё с одного взгляда поняли и сами уселись на диванчик. Первым заговорил Гена:

— Всем привет. Тёма, тебе показали открытки?

— Да, — сказал я, вставая.

Подошёл к нему и протянул автомат. Тот оружие взял, передал его Валере и спросил меня:

— И каким образом?

— У себя в кабинете показал Антон Востриков среди других открыток, — сообщил я. — Сказал, что обнаружил их в тумбочках у парней.

— А ты? — осведомился Виталик.

— Собрал у ребят порнографию и передал Антону, чтоб тот больше не проверял тумбочки, — ответил я, возвращаясь к столу и недовольно добавил. — Нет! Вы хотели, чтоб я его сразу стал бить⁈

— Ты всё сделал верно, — сказал Геннадий и заметил. — Но никто ж не думал, что открытки тебе покажут лично. Считалось, что в карман пальто подбросят в раздевалке, — он горестно вздохнул. — Я дорогое наблюдение установил.

— Что-то не заметил я присутствия посторонних, — проговорил я.

— Поставили скрытую автоматическую фотокамеру, включается на движение, может делать по кадру в секунду, — ответил майор.

— Так это ж почти две пачки в минуту! — воскликнул я.

— Там особые пачки, как короба с пулемётными лентами, — сказал Гудков. — Их и замучились прятать больше всего. А оказывается, всё зря!

Мне сразу припомнился хозяйственный шкаф уборщицы, больше аппаратуру совать некуда. Получается, уборщица тоже «на связи»? Хотя в таком Центре «на связи» должен быть весь персонал.

— Ну почему всё зря? — задумчиво возразил Виталий. — То, что Востриков лично показал Тёме фотографии, многое о нём говорит.

— Да, интересный перец, надо за ним понаблюдать, — согласился Гена. — Пусть пока думает, что Артём открыткам не придал значения.

— То есть его начальство решит, что Тёму заранее подготовили, — сказал Логинов. — Надо уделить особое внимание связям Антона.

— Само собой, — буркнул Гудков.

— И у меня возникает вопрос, — сказал я мягко. — Я в этом деле более не нужен?

— В этом пока нет, — проворчал Гудков. — А дальше ещё не знаю.

— А дальше идите в жопу, не злите зверя, — посоветовал я Гене ровным тоном и обратился к Виталию. — Мне понравилось работать с волшебными кристаллами. Твоему подкомитету срочно нужно разрешение…

— Получить его очень непросто, — глухо сказал майор Гудков. — Мы можем тебя снабжать камнями, пока ты с нами сотрудничаешь.

Я, не повернув к нему головы, спросил Логинова:

— Разве этот смешной человек ещё не разговаривал с боярами?

— Он не говорил с тотемными воинами и боярами, — ответил Виталик. — Я ему потом всё объясню. Разрешение сделаю, но без снабжения. Кристаллы придётся покупать самим, это очень дорого!

— Гена продаст со скидкой, — душевно улыбнулся я.

— И ничего я не продам! — возразил Гудков. — Самим мало!

— Потом поговорим, — поспешил сказать ему Виталий.

— Тогда я пошёл, — сказал я благодушно и невзначай спросил. — Машина и охрана мне ещё положена?

— Да, положена, — мрачно проворчал майор Гудков.

— Пошли, Валера, — молвил я, вставая.

* * *

Первым делом поехали в гордуму. Московским боярам отдельное обслуживание, а фронтовиков принимают без очереди…