"Фантастика 2026-8". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Северский

Схватив стоявшее на столе огромное блюдо венецианской работы с остатками вчерашнего салата, Артем угрожающе поднял его над головой. Софья Александровна, вмиг утратив свою светскость, взвизгнула.

— Положи, сволочь! — она добавила еще то, что вообще никак нельзя напечатать, а потом обратила отчаянный взгляд к мужу: — Марат, да сделай что-нибудь!

— Кажется, у меня где-то был записан адрес Жени, я сейчас только вспомнил, что он мне на днях его продиктовал, — Марат Васильевич начал торопливо рыться в кармане пиджака, — сейчас найду, положи пока блюдо, Артем, еще уронишь.

— Не положу, пока не дашь.

— Соня, принеси ручку!

Софья Александровна торопливо подала мужу ручку, но когда он, переписав адрес Жени Муромцева, хотел подать сыну листок, она перехватила его руку.

— Сначала пусть блюдо поставит!

Произошла передача ценностей из рук в руки, и спустя сорок минут, расплатившись с таксистом, Артем Доронин вошел в подъезд дома, где много лет назад жила Ада Эрнестовна.

Долгий звонок в дверь пробудил, наконец, Женю от крепкого сна. Не сразу сообразив, что и как, он открыл глаза, повертел головой и каждой клеточкой тела припомнил самую сладостную в своей жизни ночь. Поскольку Зойки не было — ни рядом с ним, ни в соседней комнате, — у него спросонок почему-то возникла нелепая мысль, что это она так настойчиво трезвонит и стучит в дверь.

Схватив первую попавшуюся под руку тряпку — ею оказалась его впопыхах сброшенная накануне рубашка, — Женя обернул ею бедра и бросился отворять дверь. Отворил и тут же, получив мощный удар в челюсть, был отброшен назад ворвавшимся в квартиру Артемом Дорониным. Врожденная стыдливость помешала Жене оказать достойное сопротивление — руки его продолжали удерживать обернутую вокруг пояса рубашку. Поэтому разъяренный Артем от души врезал ему еще пару раз, а потом отшвырнул в сторону и бросился в комнату с криком:

— Зоя!

Зои нигде не было, но Артем не мог ошибиться — о ее не столь давнем присутствии здесь говорили витавшие в воздухе остатки знакомого аромата и выразительно раскиданная постель. Обманутый жених метался по квартире, разбрасывая попадавшиеся по дороге стулья. Женя набросил висевший в прихожей халат и тоже поплелся в комнату. Один глаз у него заплыл, челюсть ныла, душа страдала от унижения, но сейчас он чувствовал себя не в силах вступить в единоборство с напоминавшим взбесившегося льва Артемом, к тому же сточки зрения мужских понятий о справедливости последний был безусловно прав. Поэтому, устало упав на диван, Женя со вздохом произнес:

— Да нет ее здесь, успокойся.

— А где? — Доронин угрожающе вперил в него сверкающий взгляд.

— Я не больше твоего знаю — ушла, мне не сказала.

Слова его звучали достаточно искренне, да и не верить у Артема, в общем-то, не было оснований, поэтому он взял стул, развернул спинкой вперед и, усевшись на него верхом напротив Жени, продолжил допрос.

— В котором часу ушла?

— Не знаю, говорю же: я заснул и только проснулся. Раз нигде нет, значит, ушла.

— Ладно, тогда я по-другому построю вопрос: в котором часу утра вы закончили трахаться?

Женя покосился здоровым глазом на брошенного жениха — вроде бы успокоился — и ответил честно:

— Часа в четыре, может, в пять. Если честно, я тогда уже плохо соображал.

Неожиданно для него Артем ухмыльнулся.

— Понятно, она может так заездить, что свет белым не покажется. Однако вот в чем вопрос: у нее не было ни копейки, я специально за этим следил, чтобы она не сбежала. Так куда же она могла пойти без денег? Ты давал ей деньги?

— Ничего не давал, она и не просила, — взгляд Жени внезапно уперся в лежавший на столе открытый бумажник, и он подскочил, — ах, черт!

— Много не хватает? — с некоторым даже сочувствием спросил Артем, видя, как его собеседник, пересчитав рубли и доллары, начал яростно рыться в карманах пиджака — может, куда-то в другое место сунул.

— Обокрала, зараза! — отбросив пиджак, Женя в гневе схватил Доронина за воротник. — Вы оба с ней меня обокрали, возвращай мои деньги!

— Ручки-то убери, — ничуть не обидевшись, возразил Артем, — я-то причем? Я тебя что, просил ее вчера увозить? Сам и напросился.

— Сука! — Женя в ярости заметался по комнате. — Это ей так не пройдет, я сейчас в милицию позвоню, пусть ее задержат!

— Ну и что ты скажешь в милиции? — явно потешаясь, поинтересовался Артем. — Она тебя что, в автобусе или в магазине обчистила? Ты сам ее сюда привел, она тебя обслужила по всей форме и взяла то, что ей положено за труд. Скажешь, она плохо с тобой поработала?

— Какой труд?

— Обычный — Зойка проститутка, ты еще не понял?

— Проститутка? Ты шутишь? — от удивления уцелевший в битве глаз Жени полез на лоб. — Но как же — ты ведь собирался… на ней жениться?

— Я и сейчас собираюсь, какая мне разница? Она сводит с ума, доводит до экстаза, как ни одна другая женщина. Да что я тебе рассказываю, ты сам это нынче понял!

— Гм. Да, но, — Женя смущенно потрогал заплывший глаз, — как-то все-таки… Жениться на проститутке… Ладно, это, конечно, твое личное дело. Прости, что так некстати вмешался в твою жизнь.

— Ерунда, я, по здравому размышлению, тоже зря раскипятился. Понимаешь, меня постоянно мучает страх, что она полюбит кого-нибудь, не меня. Секс для проститутки — ерунда, она за деньги с кем угодно будет трахаться, а вот ее любовь… Но раз она от тебя тоже сбежала, то меня это уже не колышет. Ты холодного к глазу приложи. Больно?

— Ну, не так, чтобы испытывать райское блаженство, но терпимо, — хмыкнул Женя и, провожая Доронина до двери, не удержался, спросил: — И что ты теперь намерен делать?

— Поеду за ней — я примерно знаю, где ее искать. Тебе, правда, не скажу, — рассмеялся Артем.

Уже заперев за ним дверь, Женя ахнул, пораженный ужасной мыслью, и полез в платяной шкаф. Порывшись немного, он с облегчением вздохнул — пачка «зеленых» была на своем месте.

На утренний рейс Артем опоздал и, подумав, решил не ждать вечернего, а лететь через Москву. В результате до гостиницы он добрался к шести вечера. Номер уже за ним не числился, но дежурная беспрекословно дала ключ.

— Вернулись? А мы в ваш номер никого не заселили, сейчас я вас быстренько назад оформлю.

Бутылка с бренди стояла в шкафчике на своем месте, Доронин плеснул себе в стакан