Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

Недолго думая, озвучиваю эти её мысли так, чтобы слышали все, но от своего имени:

— … Моэко-тян, не парься. Ему, фигурально, зажали интересные части анатомии дверью — он и сам понимает, что творит. Также, он не может не понимать, что будет первым и самым большим пострадавшим от собственных рук — в конечном итоге.

— Будущее ещё не случилось, — замечает работник Комиссии по ценным бумагам, которого никто не спрашивал. — Вам бы о себе подумать.

Незримая тень Принцессы Акисино, отбрасываемая сюда, становится более выпуклой.

— Ты прав, Такидзиро-кун. Но пока апелляция, пока разбирательства в его адрес, — Моэко без затей кивает в сторону его чести. — Это не одна неделя пройдёт или месяц. Даже если мы сейчас все каналы поставим на уши, существуют чёткие сроки производств. А там счёт идёт на часы — мне что-то подсказывает, я знаю, что будет написано в решении одним из главных пунктов.

— Мне самому не очень приятно вести это дело, — на удивление равнодушно выдаёт из-за судейского стола его хозяин. — Если б на моём месте сидел кто-то другой…

Прозвучавшие намеки его не слишком задели — решения для себя этот человек принял, с их последствиями смирился, какими бы ни были.

— Рино-сан, предыдущего судью, устранили ваши подельники, у которых вы накануне приняли заказ на меня, — мне незачем сдерживаться. — Вы заготовили стандартные формулировки, наскоро обстряпали позицию суда. Ваша позиция более чем не бесспорна, но, отрабатывая гонорар, вы связались со знакомыми в апелляции следующей инстанции — пытались заручиться их поддержкой. На то и расчёт, правильно? Но тут такое дело. Ваша честь, вы уверены, что смогли там договориться окончательно?

— Ух ты. — Моэко наклоняется чтобы заглянуть мне в лицо. — И что сказали его подельники из верхнего суда? Пообещали решение на первой апелляции не отменять?

— Не прямо, — «огорчаюсь» я. — Этот судья, несмотря на все усилия, твёрдых гарантий оттуда не получил, хотя и старался.

— Подробности? — борёкудан идеальна в роли партнёра словесного пинг-понга.

— Наш судья перед звонком коллегам разговаривал не с Ней напрямую, а с хорошим знакомым из Её аппарата.

— Агентсво кабмина по делам Престола?

— Угу. Обещаний посредника хватило ему самому, — киваю на судейский стол, — вон как старается, поскольку знает собеседника лично. Но для верхнего судьи, его товарища, двух прокладок-посредников оказалось многовато — парень из верхнего суда так и сказал его чести. «Гарантии хороши, когда их можно пощупать, а когда между Её аморфными обещаниями и судьёй из апелляции больше одного человека, вес этих обещаний предсказуемо снижается по экспоненте». Не дословно, но по смыслу так.

— Миёси-сан! — владелец мантии вспыхивает возмущением.

Даже за молоточком тянется, которого до сих пор не касался.

— Ходатайствуем об отводе судьи. — Моэко фонит непоколебимой уверенностью.

Примерно с такими же ощущениями её отец действовал на территории полицейского спецотряда несколько часов назад.

— Сделаю документ через две минуты, — моя спутница извлекает из папки бланк, ручку и начинает писать. — Прошу подождать, ваша честь, в связи с вновь открывшимися обстоятельствами.

— Основания вашего ходатайства?

— Судья не беспристрастен, объективность правосудия отсутствует по определению.

— А кому по процедуре подаётся это ходатайство? — я раньше не сталкивался (особенно здесь), интересуюсь шёпотом.

— Ему же. — Моэко продолжает писать, кивая вперёд.

Обвинение и сотрудники регулятора изображают застывшие скульптуры.

— А если он это ходатайство отклонит? Он же заинтересованное лицо? — ведь в самом деле может.

— Высший Судебный Совет существует не только на бумаге. Думаю, кое-каких моих новых возможностей хватит, чтоб получить реакцию на произвол оттуда немедленно. — Моэко искренне верит в то, что говорит, заполняя чистые строки. — Заведомая пристрастность судьи — я очень хорошо знаю, что делать в этой ситуации.

Не говорим вслух, но оба понимаем: в наше время все телефонные беседы оставляют следы в сети. У Высшего Судебного Совета — свои инструменты и, как ни цинично, своя кормушка. На такой беспредел низового судьи они скорее всего действительно отреагируют остро и стремительно — вплоть до немедленной выемки записи бесед сидящего перед нами у сотового оператора, благо, распоряжение суда на это ВСС в состоянии родить в прямом смысле за секунду.

Если же запись беседы «потеряется» или будет «абсолютно случайно» не сохранена оператором — ВСС будет считать это прямым подтверждением обвинений в адрес отклонившего ходатайство о своём отводе. А там, видимо, и до занимательных действий недалеко — из разряда полиграфа.

Шут его знает, может и до интересного допроса под интересным внутривенным препаратом дойти — не знаю насчёт Японии, но обычно высшие судебные советы в принципиальных вопросах не церемонятся. Опять же, шкурные интересы, хотя и не афишируемые — если в обществе гласность и хотя бы двухпартийность, верхушка Судебной ветви власти в лишние бесплатные приключения старается не попадать.

Что им Принцесса. Говоря цинично, ВСС — вершина иерархии, одной из трёх. А в случае реализации её планов они с первого места мягко перемещаются минимум на второе.

Видимо, за происходящим в зале кто-то всё же наблюдает, несмотря на «закрытость заседания», поскольку через полминуты одна из дверей распахивается и внутрь ну очень быстро входит главный чиновник этого здания.

Ходатайство Моэко об отводе судьи удовлетворяют, не отходя от кассы.

* * *

Дату основного заседания перенесли, поскольку ходатайство об отводе судьи удовлетворили. Борёкудан мысленно бушевала, поскольку появившийся в зале дежурный судья по срочному (!) встречному ходатайству истца распорядился об абсолютно противозаконных ограничениях для ответчика — молниеносно прибывшие техники прямо в зале нацепили на Такидзиро следящий браслет, «чтоб гарантировать следующую явку»:

— Вам запрещено покидать пределы Хонсю до следующего заседания. В случае необходимости, при условии предварительного уведомления с вашей стороны, вам разрешается выезжать из Токио. ¹

Можно подумать, технические специалисты доступны по щелчку пальца в режиме реального времени. Понятно же, что всё было заранее предопределено, подстроено и даже видимостью закона никто не заморочился.

Неунывающий Решетников подмигнул ей, давая понять, что тоже оценил: инженеры явно сидели наготове.

Они действительно считают, что им это сойдёт с рук? Химэ Эдогава-кай пристально разглядывала визави и прикидывала, какой из групп будет лучше поручить деликатную задачу. Игра в бейсбол судейскими головами — нисколько не монополия армейцев либо НАЙТЁ, в неё могут играть и