Фантастика 2026-44 - Мария Александровна Ермакова

На этот раз процесс занял дольше. Источник бурлил и пенился минут десять, может, больше. Когда мужчина наконец вынырнул, он изменился ещё сильнее.

Его кожа стала серой, почти каменной. Руки удлинились, пальцы закончились когтями. Когда он открыл рот, чтобы закричать, я увидела ряды острых зубов.

На его лице было несколько красных меток. Дом Пламени.

Так это продолжалось снова и снова. Одного за другим нас тащили к Источнику. Кто-то сопротивлялся, кто-то шёл покорно. Результаты были разными — некоторые выходили почти неизменными, только с метками на лице. Другие... другие превращались во что-то ужасающее.

Один мужчина вышел с крыльями, растущими из спины. Женщина средних лет получила щупальца вместо одной руки. Молодой парень, который выглядел не старше восемнадцати, вышел покрытым чешуёй.

И с каждым разом я всё ближе и ближе подходила к передней линии.

Гриша сжимал мою руку так сильно, что я боялась, что он сломает мне кости. Максим молился вполголоса. Суён просто смотрела прямо перед собой пустым взглядом.

— Следующая, — произнёс Сайлас, и на этот раз его палец указал прямо на меня.

Время словно остановилось. Я не могла пошевелиться. Не могла дышать. Не могла думать.

— Нин! — закричал Гриша, пытаясь удержать меня, но существа в масках уже двигались ко мне.

Их руки были холодными и твёрдыми, как лёд. Они подняли меня и повели к Источнику. Я пыталась сопротивляться, но мои ноги не слушались. Я пыталась кричать, но из горла не выходило ни звука.

Мы подошли к краю. Жидкость в Источнике пенилась и бурлила, словно предвкушая. Я могла почувствовать её запах — металл и озон, кровь и что-то ещё, что-то древнее и ужасающее.

— Не бойся, дитя, — прошептал Сайлас, откуда-то появившийся рядом со мной. — Это твоя судьба. Прими её.

Я повернула голову, чтобы посмотреть на него, и открыла рот, чтобы что-то сказать. Может, попросить его остановить это. Может, просто попрощаться.

Но в этот момент существа отпустили меня, и жидкость потянулась ко мне.

Последнее, что я увидела перед тем, как меня затянуло под поверхность, были глаза Сайласа — полные чего-то похожего на сожаление.

А потом — только тьма, холод и боль, бесконечная, всепоглощающая боль.

И голоса. Множество голосов, говорящих на языке, который я не знала, но каким-то образом понимала.

Добро пожаловать домой, дочь наша.

Пришло время пасть.

Пришло время стать.

И я падала, падала, падала в бездну, не зная, выйду ли я когда-нибудь обратно, и если выйду — останусь ли я собой, или стану чем-то совершенно иным.

Глава 12

Сайлас

Я мог лишь молиться Вечным, что не опоздал хоть на одно мгновение. Сердце бешено колотилось в груди, пока я вглядывался в неподвижную гладь источника. Та самая порывистая девушка, что с таким упрямством покинула пещеры в поисках ответов, так и не всплыла. Всё шло как положено, пока я не ощутил — что-то пошло не так. Пульс ритуала сбился, и единый удар сердца растянулся в бездну вечности.

Не раздумывая более, я шагнул в тёмные воды. Холод пронзил до костей, но я почти сразу наткнулся на её тело — бездыханное и невесомое, застывшее в неестественной позе прямо под поверхностью. Я вынес её на руках, будто пёрышко, хотя тяжесть случившегося давила куда сильнее физической ноши. Уложив на холодный камень платформы, я опустился на колени — и только тут смог разглядеть её как следует.

И тут меня объяло настоящее изумление. На её лице не было ни намёка на священные чернила, ни малейшего отголоска маски. Ни единого витка таинственных письмён, что должны были определить её судьбу в этом мире. Но что потрясло меня больше всего — её плоть не претерпела изменений. Она не превратилась в одну из многих тварей, что кишат в Нижнемирье. Она осталась человеком. Смертной. Этого не могло быть. Этого никогда не случалось за всю историю нашего рода.

Руки сами потянулись к её запястью. Я отодвинул мокрый рукав тонкой куртки, ища на запястье знак избранницы Вечных — и не нашёл. Пустота. Лишь чистая кожа, на которой не осталось и следа божественного прикосновения.

Внезапно её тело дёрнулось, затрепетало в моих руках с неистовой силой. Она билась в конвульсиях, не приходя в сознание, и это было страшно наблюдать. Я понял — кровь Вечных отвергает свой сосуд. Ядовитый ихор изливается из неё обратно, не желая оставаться в смертной оболочке. Я перевернул её на бок, помогая отвратительной жидкости излиться на отполированный камень. Смотрел, как она стекает с её губ и ноздрей, устремляясь обратно в источник, будто ничего и не было.

Когда её тело окончательно освободилось, я снова приложил пальцы к шее, ища пульс. Но мне не дано было узнать, жива ли она — в тот же миг она судорожно вздохнула, спина выгнулась дугой, а глаза распахнулись, полные немого ужаса. Жива. По крайней мере, в этот миг.

— Лежи смирно, — прошептал я, но она уже металась в панике, её руки вцепились в мои одежды.

Взгляд ярко-голубых глаз на мгновение встретился с моим — и помутнел, откатился назад, когда она вновь погрузилась в пучину беспамятства.

— Что случилось? — услышал я голос Торнеуса.

Я лишь безнадёжно покачал головой, не в силах найти слов. Какие могли быть объяснения тому, что бросило вызов самим основам нашего мира?

— Сайлас, идиот, что ты натворил? — прошипел Томин.

Этот пухлый человечек в белых одеждах смотрел на меня свысока с кончика своего клюва. Его оскорбления давно потеряли для меня всякий смысл — никто из собравшихся не питал к этому старцу из моего же Дома Глубин ни капли уважения.

— Томин, прочь с глаз моих! — резко оборвала его Элисара.

Её дикий образ, украшения в заплетённых волосах, поблёскивающие при каждом движении, — всё это казалось сейчас воплощением здравого смысла.