Фантастика 2026-102 - Николай Петрович Марчук

тряпку на более менее подходящие полоски. А дальше - все просто. Туго перемотал растянутый голеностоп. При этом не забывая произносить древние наговоры и заговоры, поминая всех причастных к моему переносу. Начиная от собственного деда и заканчивая грёбаным, божественным пантеоном. Без которого, я просто уверен, точно не обошлось. Только непонятно, кого там дед попросил, так что досталось всем без исключения.

Двигаться стало, не скажу что легче. Но как-то сподручнее, что ли? Ещё бы, что-то типа костыля найти или хотя бы палки подходящей. Тогда бы и вообще прекрасно стало. Но, чего нет - того нет. Будем использовать то что есть, то есть ничего. Кстати, пока оказывал сам себе первую помощь, солнышко показалось из-за горизонта. Радости это не добавило. Роса стала богаче. Каждый шаг, который и так давался с трудом, добавлял сырости моей одежде. А когда подскользнулся и рухнул в траву, то понял, что душ мне точно не нужен. Я теперь сама сырость. Про туфли вообще молчу. Мало того, что перевязанная нога не влезла в туфель и пришлось идти разутым, так ещё и обутая нога промокла насквозь. Теперь ступня скользила внутри обуви. Что, ясен пень, мне не добавляло настроения.

В какой-то момент, я подумал, что больше не смогу сделать ни одного шага. Ещё и эти дурацкие мысли, насчёт обещания деду, постоянно отвлекали. Но, в самый подходящий момент, я заметил в траве горку из старых шпал. Которой сразу же воспользовался. Посидеть и отдохнуть - это то что надо, в моем случае. Уже достаточно рассвело, чтобы осмотреть, наконец-то, получше свои травмы, а заодно одежду и документы, что мне достались. Информация - это наше всё! А выход "в люди", пока отложим. Ненадолго.

Одет я, не так уж и плохо. Грязный конечно, но это исправимо. Я не в курсе, конечно же, какая сейчас мода. Но, этот комсомольский активист был одет и обут вполне себе достойно. Покопавшись в памяти я, к своему удивлению, узнал такую вещь. Оказывается, в детдоме, все дети обшивались в прикреплённой артели, на это дело, специально из бюджета, выделялись деньги. А вот обувь, до прошлого года, шил наёмный мастер, но, опять-таки все затраты на материалы и работу, оплачивались из фондов детдома. Раз в полгода сапожник приходил, снимал мерки, забирал, если было нужно, какую-то часть обуви для ремонта и делал новую. Конечно же, какую-то часть одежды и обуви получали по заявкам с фабрик. Но это больше для дошкольников. Зимой ещё проще. Валенки и поршни для всех без исключения. С прошлого года, стало ещё легче. В обиход вернулась школьная форма - общая для всех. Кстати, детские дома получили новую форму в первую очередь. У меня тоже такая форма была. В рюкзаке! Блин.

Ладно. В остатке, имеем пошитый по заказу костюм. Специально для выпускников нашего детского дома. Это директор ввёл такое новшество. Ничего особенного. Пиджак и брюки серого цвета. К ним тонкий, чёрный, брючный ремень. Голубая сорочка. Чёрные туфли. Хотя, я бы назвал эту модель - полуботинками. Но в памяти, почему-то, фигурируют именно туфли.

Офигеть - не встать! Документы были спрятаны в ложном кармане. Ребята из детдома оказались теми ещё затейниками в плане защиты от возможной кражи. Но, это всё мелочи. Самое главное, что документы в порядке и ни грамма не пострадали. Хотя пиджак промок насквозь. Шёлковый, потайной карман выручил и в этой ситуации. Паспорт, комсомольский билет - это для предъявления. Конверт из вощёной бумаги с документами в мореходное училище (запечатанный). Переданный мне директором, прямо перед отъездом, под честное слово - хранить и лелеять до самой приёмной комиссии. Слава старшей группе детского дома! Конверт не пострадал и выглядел целым. А насчёт милиции, теперь, можно не беспокоиться. Все документы присутствуют и находятся в прямом доступе. Дополнительный бонус это двести рублей. Оплатить учёбу и немного на первое время. Чтобы с голоду не помереть. Теперь можно и к людям выходить. Тем более, что полностью рассвело.

Понимание всего, что произошло со мной, придёт позже - сейчас же мне надо выйти к людям. И конечно же, первым делом заявить о покушении и краже моих вещей. Пошёл я, потихонечку. Посмотрю на предков.

Глава 2

Глава 2

— Нет, товарищ лейтенант! В лицо я их не видел, - потирая распухшее ухо, ответил я, - да и темно там было. Мне показалось, что светильник в тамбуре специально загородили чем-то.

— Как это возможно, - спросил лейтенант транспортной милиции. - там же постоянно горят два светильника?

— Не знаю, - резко ответил я. - некогда мне было разглядывать! Тут бы живым остаться. Я только вошёл в тамбур, как тут же получил в ухо. Ещё и сзади, кто-то напал и держал за руки. Пока вырвался, пока защищался только и успел, что понять количество этих уродов.

— Я, конечно, передам описание на Киевский вокзал в отдел транспортной милиции, - лейтенант вытер лоб платком и что-то дописал в блокноте, - но, мне так кажется, что уже поздно. Сбежали эти гаврики. Сошли с поезда в Малоярославце или ещё где. Остановок много до Москвы.

— Вы попробуйте, - стал настаивать я, - у одного, и это точно, повреждено правое ухо. Очень сильно повреждено. Я чувствовал, что оно было скользким, когда выпустил из кулака. А это уже примета - какая никакая!

— Понимаю я всё, - быстро проговорил лейтенант, всматриваясь в свои записи в блокноте. - но и ты меня пойми. Единственная примета - надорванное ухо! Да, надо мной вся Москва смеяться будет! С такими уликами.

— Не забудьте добавить, что один хромает, - я постарался сделать ударение на последнем слове, - каблуки у моих туфлей хорошие. Бил я в полную силу. Не жалел гадов.

— Хорошо! - как отрезал, произнёс лейтенант. - выйди на улицу, покури пока. А я позвоню куда надо.

Следователь потянулся к телефонному аппарату, что стоял на столе. Я же, выходя в дверь, бросил через плечо:

— Не курю я, и вам не советую.

Лейтенант проводил меня удивлённым взглядом и начал набирать номер, крутя диск телефона.

Я вышел на улицу. На лавочке сидел дежурный по переезду и сигналист одновременно. Пожилой мужчина с уставшим лицом. Он держал в одной руке свёрнутый жёлтый флажок. В другой, между пальцев, была зажата папироса. Резко затянувшись, он произнёс,