Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

Если не найдёшь, бери банки с белой краской и, например, красной. Надо на всех зданиях написать крупными цифрами числительное «500». Чтобы знали, враги, чья это отныне собственность. Поставь на краю, ближе к вечеру заберём.

– Класс! – штурман поднял к небу большой палец.

– У нас лестницы нет, – проворчала Кретова.

– Зачем нужна лестница, если есть гравилёт? Поднялся, завис и малюй себе, – с искренним недоумением ответил вновь назначенный Бэнкси, и сконфузившаяся Ирина сухо закашлялась.

Итого, из девяти осмотренных вагонов материальные ценности имелись в трёх. Не самая лучшая пропорция. И всё же это удача. Напротив перрона вагонов не было, они, в том числе три цистерны, стояли дальше к востоку. Заранее договорившись, что осматривать вагоны и здания будем системно, по порядку и ничего не пропуская, мы пошли к кирпичной водонапорной башне, хотя Спика ворчал:

– Чего там смотреть-то, трубы старые да ржавчину?

– Дверь есть, значит, заходим, – строго сказала Кретова.

– Вот увидите, только время спалим.

Естественно, башня оказалась безнапорной, давление сюда давно не подаётся. Все подобные сооружения похожи друг на друга. Они могут быть круглыми в сечении или многоугольными, для узкой или широкой колеи. Эта могла обслуживать паровозы любой колеи, хотя путей узкоколейки на разъезде не было. Лишь пятнадцатиметровый отрезок непосредственно под башней.

Экипировка водой паровозов производилась через настенные раздаточные краны, расположенные на стене башне. Этим объясняется увеличение диаметра строения снизу вверх: к нижней узкой части подходили паровозы узкой колеи так, чтобы хватило длины нижнего настенного крана до горловин их водяных баков; путь широкой колеи был чуть дальше от башни, чтобы паровоз мог брать воду через верхний настенный кран на широкой части здания. Входная дверь одна, внизу, хотя я видел башни-колонки, у которых наверх вела внешняя железная лестница. И одно небольшое оконце наверху. Словно щель в доте.

Мы полезли внутрь, не подозревая, во что сейчас влипнем.

Прав был Спика, внутри смотреть оказалось не на что.

Допотопная запорная и раздаточная арматура, много труб и нечто похожее на рабочее место. На осмотр хватило трёх минут, в течение которых я понял, что группа уже зажралась. А ведь только начали! Тем не менее, даже абсолютно пустой вагон на нищей Жестянке имеет огромную ценность.

– Ловить тут нечего, пошли дальше, – вынес вердикт штурман, очень довольный столь удачным предсказанием, и первым спустился вниз.

Он открыл дверь, громко сказал «Ой!», словно увидев чудовище, и тут же захлопнул, закидывая крючок петлю.

– Волки, братцы! – выплеснул свой испуг штурман, не дожидаясь вопросов.

– Твою мать!

Волков я встречал редко, вблизи Пятисотки в основном попадается шакальё.

– Какие, сколько? – я оттолкнул его в сторону и прильнул к небольшой щели, стараясь рассмотреть хоть что-нибудь.

– Рыжие с серым, похоже, степняки! Только большие очень и шкурой потемней! Успел увидеть троих и ещё хвост, все взрослые. Значит, не меньше четырёх. Перед дверью – вожак размером с трамвай! Тише разговаривайте!

– Ну, сейчас наговоришь… – нахмурилась Кретова, стаскивая сплеча СКС. – И кто же это у нас не захотел взять гравилёт, а? Что теперь делать будем?

– Еда и вода есть, – напомнил Спика.

– Раз четверо, значит, там целая стая. Их больше. Денис, чё молчишь?

– Предложил, мой был косяк, – неохотно повинился я. – Что делать… Что делать, да? Ясно одно: стая нам спокойно работать не даст.

– Мочить надо! Всех! – горячо выдохнул Спика.

– Нельзя мочить всех, им на смену из саванны тут же явится другая стая. Это же оазис. Их настёгивать надо, пока не появится рефлекс. Чтобы даже не думали подходить к человеку.

– Чёрт! И как ты их настегаешь, а, Рубин? Пока что мы в ловушке. Не в рукопашную же…

– В ножи не пойдём, – согласился я. – Так сколько их?

– Я сейчас! – с этими словами пулей Спика умчался наверх и вскоре вернулся с безнадёжными сведениями.

– Ни черта не вижу! Сюда бы этого сраного архитектора… Из амбразуры будет виден только паровоз, если он встанет внизу, земля вообще не просматривается. Шестерых насчитал, но прямо внизу ещё сидят, сволочи… Есть возможность чуть-чуть высунуть репу или руку с револьвером, но тогда не прицелишься. Да и ствол легко выронить.

– Говорил же тебе, сделай страховочный ремешок, как у меня! – рыкнул я, снимая рюкзак. – Так, есть решение!

– Ты что надумал? – с подозрением поинтересовалась Кретова.

– Гранатой их рвану. Карманная артиллерия всегда себя оправдывает.

– Той, которую вы в карьере испытывали? Башню уронишь!

– Не уроню, не боись. А ты что предлагаешь, командир? Стенка на стенку? Короче. Поднимитесь на лестницу повыше. Сразу после взрыва открывайте дверь и шмаляйте во всё что движется.

Окно в операторской действительно больше напоминало амбразуру, ещё и лишённая стёкол крестообразная рама вмонтирована далековато от улицы… Если высунуться? Открыл и вытянул голову, насколько смог. Тесно, зараза, обзор отвратительный. Но кое-что я успел заметить и оценить. Мне показалось, что эти волки действительно несколько крупнее степных. У страха глаза с диоптриями, известное дело. Хорошо, что прицельно метать не придётся, не отскочит.

– Граната! – предупредил я, поджигая запал.

Бам-м!

Тряхнуло гораздо сильней, чем в карьере, с потолка дружно посыпалась штукатурка. Внизу раздался многоголосый вой, затем захлопали выстрелы с громкими матами в паузах, и я рванул к своим с «парабеллумом» в руке.

Неподалёку от входа в водонапорную башню лежали четыре неподвижных волчьих туши. Я рассчитывал, что будет больше. Умные зверюги успели сообразить, что шипящий и дымящийся на земле предмет может быть опасным и успели отскочить подальше. Да и осколки пошли высоковато, судя по отметинам. Спика всё ещё стрелял из «ремингтона» в сторону леса, торопясь задеть удирающих волков.

– Хватит уже, мажешь, копать пора, – остановила буйного стрелка Кретова.

– Видели, как боец Пикачёв их шуганул! Скилл вырос! – он повернулся, глядя на нас бешеными глазами. – Человек – царь природы!

– Если у него есть граната, – уточнил я, похлопав его по плечу.

Глава 17

Сюрпризы разъезда у озера

Я ошибся, входная дверь вокзала была чуть приоткрыта. В такую щель легко пролезет мелкий зверь, включая шакала, они на Жестянке тощие. Или домашнего кота, может мы когда-нибудь и найдём себе усатую игрушку. Проход есть, значит крысы и мыши внутри всё проверили, попробовали на зуб. Будь туго открывающиеся ворота гаража приоткрыты, внутри бы обнаружились только скелеты. Да и автомобиль крысы не пощадят. Не знаю, почему они так любят автомобильную технику, особенно им нравится грызть высоковольтные провода, идущие от трамблёра к свечам зажигания. Так что «кюбелю» повезло.

Открытую дверь отметил и Спика.

– Хана ништякам, хвостатые всё попялили, – грустно предрёк он у входа. – Давайте хоть