Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

— … Да в тебя просто древний бог вселился. Он подошёл ко мне, чтобы поговорить, — произнёс я, почувствовав, как сознание Громова сбросило оцепенение, вызванное страхом перед Безумным богом.

— Очень смешно, Громов. Кажется, я просто сильно перенапрягся во время битвы. Вот и того… отключился, — мрачно проговорил парень, массируя виски подушечками пальцев.

— Мой вариант лучше.

— Сомневаюсь, — сказал барон и спросил: — А если по правде, то чего я к тебе подошёл-то?

— Ты сказал, что хочешь вместе со мной отправиться на разведку.

— Да-а? Как я мог такое ляпнуть? — искренне удивился смертный, округлив зенки, но уже через миг задумчиво добавил: — Впрочем, все так и есть. Я пойду с тобой. Надо только взять ещё трёх мощных магов. И один из них чтоб обязательно имел атрибут, исцеляющий других людей.

— Угу, — согласился я, задумавшись о своей непростой ситуации.

О́дин и вправду мог решить убить меня. Тогда даже хорошо, что я под куполом. Казалось бы, мне теперь совсем не с руки разрушать его. Но с другой стороны, если я быстро не выберусь отсюда, то потеряю шикарную возможность убить Маммону. Банально не попаду в её главный храм, где на днях появится богиня.

М-да, есть о чём подумать. Но пока буду всё же действовать согласно старому плану. Купол надо разрушить и потом разобраться с Маммоной.

В конце концов, Безумный бог действительно мог солгать. А если что, я смогу скрыться от палачей Одина на территории Пустоши. Там ведь властвует Хаос. Наберусь там сил и буду действовать.

— Громов, смотри какая драма, — отвлёк меня от мыслей слегка насмешливый голос Лисова, глядящего на Румянцева.

Здоровяк что-то настойчиво шептал своей пышечке. А той уже было не до смеха, которым она, возможно, и покорила Доброслава. Девушка вцепилась в руку парню и не отпускала, состроив умоляющую мордашку. У неё даже глаза влажно заблестели. Но всё же она сдалась после нескольких слов Румянцева. Отпустила его и повесила голову. Парень быстро чмокнул её в темечко и подошёл ко мне.

— Громов, есть ещё место в твоём отряде? — громыхнул он надо мной.

— Конечно, будешь третьим всадником, — проговорил я, поднявшись с корточек.

Моя голова оказалась всего лишь на уровне рта лысого здоровяка.

— Всадником? — столкнул брови над переносицей Румянцев.

— Ага. Я решил назвать наш отряд «Всадники Постапокалипсиса».

— Странное название, — подал голос Лисов.

Ну ещё бы. Люди же в этом мире не знали о персонажах Иоанна Богослова. Зато меня никто не будет упрекать в неканоничности количества всадников. Нас же будет не четверо, а пятеро.

— Дамы и господа добровольцы, все сюда! — громко сказал барон Орлов, стоя в центре помещения, пропитанного влагой, неприятным теплом и напряжением.

Смертные потянулись к барону. Я тоже подошёл и сообщил, что в мою команду уже записались Лисов и Румянцев, посему нам нужны ещё два бойца, один из которых должен быть лекарем.

Неожиданно Белова выказала желание вступить в мою группу. Возможно, ко мне бы пошла и Огнева, но её уже отправили к капитану Морозову, собравшему очень крепкую банду из сильных магов.

Мне же предоставили юную большеглазую шатенку с серыми глазами и бледным строгим лицом учительницы младших классов. Её звали Мария Ежова, она владела всего двумя атрибутами, но оба были максимального уровня. Первый мог исцелять раны, а второй покрывал тело девушки чем-то похожим на очень крепкий и гибкий хрусталь, защищающий её как от магии, так и от физического урона.

— Повезло, — удовлетворённо шепнул мне Лисов, благосклонно глядя на Марию, которая с шелестом кольчуги подошла к графине Беловой. — Ежова хороший лекарь и с нервишками у неё всё в порядке. Правда, она шуток не понимает и, на мой взгляд, слишком уж серьёзная.

— Для нашей разбитной компашки — это даже хорошо, — проговорил я.

— А теперь попрошу подойти ко мне только командиров отрядов! — громко сказал барон Орлов.

К нему подошли шесть человек, включая меня. И только я был кадетом, все остальные — либо преподы, либо тренеры. Многие учащиеся подметили данный факт и зашептались: кто-то с завистью, кто-то с осуждением, а кто-то высказался в мою поддержку.

Барон же обвёл командиров суровым взглядом и начал тыкать в карту города толстым пальцем с жёлтым от никотина ногтем, попутно объясняя, какая группа каким из районов займётся. И сразу же вышел небольшой спор между капитаном Морозовым и Орловым. Барон сперва отдал капитану крайнюю западную часть, но Морозов настоял на том, что ему следует идти в центр. Мол, там наверняка опаснее всего. Орлов, подумав, удовлетворил его просьбу и переключился на меня.

Моей группе он отдал район между центром и улицей князя Бестужева.

Другим командирам барон Морозов тоже показал на карте их районы, после чего каждый отряд получил самодельные факелы, по две винтовки, баллончики к ним и боеприпасы.

Напоследок Орлов сказал в тишине напутственную речь, и все группы вышли из здания, провожаемые людьми, желающими нам удачи.

Мы без проблем миновали территорию академии и разделились за воротами.

— Белова, ты же хорошо знаешь город? — спросил я, поведя свой отряд по узкой тёмной улочке, будто вышедшей из фильма ужасов.

Нигде не горел свет, машины стояли безжизненными коробками, под ногами поблёскивали лужи. Окна ощерились осколками разбитых стёкол, кое-где словно лианы со столбов свисали провода, а в воздухе порой звучало отдалённое рычание чудовищ и полные ужаса вопли людей. От них у неподготовленного человека наверняка кровь стыла в жилах, а по коже носились мурашки.

— Да, — кивнула графиня, напряжённо хмуря брови.

— Замечательно, а то я не слишком хорошо помню расположение улиц, — сказал я и посмотрел на небо. — Факелы пока зажигать не будем. Кое-что и так видно. А то огонь привлечёт монстров.

— Что это там? — быстро проговорил барон Лисов, указав рукой в конец улицы.

Там появился туман. Он стелился по земле, окутывал белёсо-серым одеялом дома, погребал под собой автомобили и пожирал тротуары.

— Туман, — проронил Румянцев, удивлённо посмотрев на барона. — Вы что же, туман раньше не видели?

— Да я вижу, что туман. Меня волнует другое — уж не ядовит ли он?

Мария задумчиво хмыкнула и сощурила глаза.

— Сейчас проверю, — сказал я и