Газлайтер. Компиляция. Том 1-41 - Григорий Володин

Это первый Целитель, что помогал моему роду. Она сейчас работает с учёными Горнорудовых по линии химерологии. София представляет там мой род. Думаю, я помогу девушке добиться больших результатов, а заодно и роду своему помогу с ростом боевой мощи.

И тут приходит сообщение от Киры. Некромантка докладывает об объявившемся Феаноре.

Вот это номер Воитель выкинул! Если он всерьёз решил вплавь добраться до Валара… ну, доплыть он, конечно, не доплывёт. Физически невозможно. Но сам факт, что он, по словам Брикса, в одиночку разгромил отряд атлантов — уже звоночек. Значит, совсем съехал с катушек.

Придётся что-то с этим делать. И быстро.

Захожу в холл отеля. В лаунж-зоне на диване сидит девушка в вызывающей одежде, которая не даёт усомниться в роде занятий фройляйн. Тем более когда она улыбается мне с призывом. Здесь, в Пруссии, девушки лёгкого поведения не просто узаконены — могут работать в отелях. На это выдаётся специальная лицензия. Главное, чтобы вели себя вежливо.

Я не отреагировал, и она сама подходит ко мне, хотя вроде как и других посетителей хватает:

— Может, пригласите девушку на чай, господин?

Я смотрю на неё.

— Я только что с археологического семинара, фройляйн. А через два часа улетаю. Чаи я буду пить уже с жёнами, простите.

Разворачиваюсь и иду к лифту. Но не успеваю нажать вызов — как подходят двое в форме. Один показывает удостоверение:

— Господин Росов, прошу проследовать с нами.

Пожимаю плечами и следую за полицейскими в машину. Итак, могли ли меня схватить из-за динозавра? Вряд ли. Василиск «включён», и никакой сканер не увидит во мне мага.

В участке — классика. Лампа, допрос. Следователь с лицом, как недожаренный бифштекс, хмурый, с голосом как наждак:

— Господин Росов! Мы знаем, что вы находились вблизи места похищения подданного Пруссии — Вильгельма Мерца. — Ого, и где же я там спалился? Разве что дорожная камера увидела лицо в такси. — У нас есть записи с дорожных камер!

О, точно. Ну, это не страшно. Подумаешь, рядом катался.

— Признавайтесь, вы шпион русской разведки! — обличающе тычет следователь в меня жирным пальцем.

— Покажите записи, господин офицер, — спокойно прошу я, не зря же в допросной стоит телевизор с видеомагнитофоном.

— Пожалуйста, — хмыкает следователь.

Он тянется к коробке на столе, начинает копаться в уликах. Роется-роется. Лицо темнеет.

— Где записи⁈ — рычит следователь. — Они были в коробке!

Я пожимаю плечами.

— О чём вы? Это что, какая-то хитрая стратегия допроса?

Ломтик, конечно, уже забрал кассеты. Работает малой чисто.

Следователь, побагровев, переворачивает коробку, да только кроме каких-то протокольных бумажек, там ничего.

Через пару минут в дверь стучится и входит мужчина в костюме, с портфелем и идеальной выправкой, явно бывший офицер. Он немедленно набрасывается на следователя с требованиями:

— Я адвокат из русского посольства. По какому обвинению вы задержали подданного Царства Росова Константина?

— Обвинений нет, — бурчит следователь. — Он сейчас проходит как подозреваемый.

— Тогда вы должны немедленно отпустить Константина Константиновича. Прямо сейчас. Иначе ждите дипломатический скандал!

— Мы имеем право задержать его на сутки! — орёт следователь и кивает конвоирам.

Сутки. Ну ладно.

Меня уводят в изолятор. Народа тут хватает. Камера рассчитана на восемь человек, но две койки свободные. В углу сидит тип с бандитской рожей. Сначала просто косится на меня, потом начинает дергаться, будто ему не сидится спокойно.

— Ты кто такой будешь? — спрашивает, вытягивая шею. — Чё за умный вид? Археолог, что ли?

Я молчу. Он пересаживается поближе, будто случайно, опирается о край моей койки, дышит в лицо перегаром.

— Говорят, вчера одного аристо нашего похитили. Не ты случаем был? — прищуривается, ищет реакцию.

Очевидно, подсадной. Должен «разговорить» или спровоцировать на драку, чтобы меня удержали здесь подольше.

Но я играю проще.

На верхней койке устроился амбал, пережёвывая шоколадку и с тоской облизывая этикетку. Через Ломтика незаметно передаю ему батончик с кухни в Невинске. Увидев лакомство у себя на коленях, он сначала не верит своему счастью, а потом сразу разворачивает и жадно начинает есть. А внутри обёртки приложена записка:

«Хочешь ещё? Защити вот этого русского парня».

Он читает, поднимает глаза. Смотрит на меня. Потом — на бандита. Ну точно, подсадной.

А потом делает то, за что я ему и заплатил. Через пару минут бандита уносят в санчасть. Мой защитник получает горку батончиков, но кстати, через полчаса его выпускают на свободу, чтобы не мешал другим парням работать, видимо.

Впрочем, как оказалось, санитария изолятора оставляет желать лучшего. А потому на других наезжающих подсадных внезапно начинают набрасываться крысы, кусают тараканы, а одного даже удав из толчка обвил — натурально, из унитаза выскочил и шипит. Откуда в канализации взялась змея — понятия не имею, но она явно пришлась кстати.

В итоге я спокойно лежу на лучшем месте, вытянувшись, как у себя дома. Остальные сокамерники делают вид, что меня не существует, старательно отводят глаза. Что ж… сутки, значит? Прекрасно. Можно и помедитировать.

* * *

Цитадель Лорда Тени, Та Сторона

— Милорд, поступил доклад с Острова Некромантии, — докладывает вассал. — Король Брикс намерен присягнуть другому государю.

Лорд Тень замирает.

— Кому?.. — глухо спрашивает он.

— Филинову, — отвечает вассал.

— Что?!! — взрывается Лорд, вскакивая. — Филинов слишком искусен в защите своих владений! Его глушилки блокируют мои переходы! Если Остров Некромантии перейдёт под его контроль, он получит доступ к Лабиринту… и сможет перекрыть путь к Всплеску Первозданной Тьмы!

Резкий вдох. Рык — сдавленный, глухой, как раскат далёкого грома:

— Этот Филинов… самая страшная напасть за последние пятьсот лет!

Григорий Володин

Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 31

Глава 1

Арендованное поместье Франсуа д’Авилон, Москва

— Филинов выдвинул ультиматум, — раздражённо сообщил Франсуа, глядя на помощника. Этот парень был ему как лучший друг, охранник и секретарь одновременно. Франсуа все вопросы решал исключительно через него. — Он требует объяснений, зачем нам понадобилась Колыбель. И, вдобавок, настаивает на извинениях. Причём, конечно же, в материальном эквиваленте.

Сдерживая раздражение, маркиз сжал пальцы в кулак.

— Извинения — ладно. Тут, призна́ю, Дантес действительно напортачил с тем, что пытался убить Филинова… А мы его заказчики. От этого не отвертеться. Но Филинов что-то учуял. Он чувствует, что Колыбель — не просто кровать, что помогает младенцам лучше