"Фантастика 2026-94". Компиляция. Книги 1-22 - Николай Владленович Басов

— Мы с тобой, выходит, братья по несчастью, — начал Артём с лёгкой улыбкой. — У тебя седалищный нерв прихватило, у меня нога после падения… Оба теперь не в строю.

Юра хмыкнул, не отрываясь от работы.

— Похоже на то. Только я уже третий день хромаю, а ты только сегодня…присоединился, так сказать.

Артём кивнул.

— А ты чем занимаешься обычно? Ну, когда не в походах и нога не болит?

Юра пожал плечами.

— Учусь. Радиотехнический факультет, как и Игорь с Рустемом. Люблю технику, приёмники собирать. Ещё фотографирую немного — у меня “Зоркий” есть, плёнку сам проявляю. А так… книги читаю. Особенно нравятсям про полярников—Нансена, Амундсена… Мечтаю когда-нибудь на Северный полюс попасть, хотя бы на мыс Челюскина и совершить такой же переход на лыжах, как эти героические люди в своё время.—

Он улыбнулся краешком губ, продолжая строгать. Фигурка уже начала обретать очертания — похоже, получался медвежонок.

— А ты? — спросил Юра. — Ты же не из наших… Откуда взялся-то вообще?

Артём на секунду замешкался, подбирая слова для ответа:

— Я… учитель истории. В школе преподаю. И сам, честно говоря, люблю походы. Только вот по настоящему выбраться покататься на лыжах удалось только в этом году, да и то не очень удачно, лыжи сломал ещё и в расщелину умудрился провалиться, спасибо вашим ребятам спасли. Эх, жаль нет с собой какого-нибудь GPS-трекера, по нему бы меня спасатели уже давно нашли.

Юра поднял бровь.

— GPS-трекер? Это что за зверь?

— Ну… такая штука, которая показывает, где ты находишься. По спутникам.

Юра тихо рассмеялся.

— Спутники… Ты точно головой сильно приложился, Артём. Спутники — это фантастика пока что. Хотя, почему фантастика? В пятьдесят седьмом наша страна первой в мире сумели создать и запустить искусственный спутник какой облетел вокруг земли, а ещё ты слышал мы собираемся отправить такие спутники к Луне, чтобы изучить её поверхность?!… Но вот, чтобы с помощью них кого-то находили…лет через двадцать, может так и будет, но пока не слышал о таком.

Артём почувствовал, как внутри снова шевельнулся холодок. Он решил не углубляться в будущее и продолжил:

— А ты почему именно с этой группой пошёл? Игорь говорил, вы давно вместе ходите?

— Да, не первый поход, — кивнул Юра, сдувая стружку с фигурки. — С Игорем ещё со стройотряда знакомы. Хороший он парень. Надёжный. Зина вот… она ему нравится, по-моему, хотя оба делают вид, что ничего такого. Люда — та вообще огонь, всегда всех подбадривает. А я… я просто люблю ходить. Когда идёшь — думаешь о разном. О жизни, о том, что дальше будет, опять таки компания ребят у нас замечательная.

Артём внимательно смотрел на него. Юра говорил спокойно, без пафоса, но в голосе чувствовалась настоящая любовь к походам — та самая, которую он читал в воспоминаниях единственного выжившего.

— Слушай… — Артём понизил голос, чтобы никто не услышал. — А можно задам тебе между нами один вопрос, но ответь на него только честно?

Юра насторожился, но кивнул.

— Защемление нерва в ноге— это единственная причина, почему ты решил сойти с маршрута? Или… было что-то ещё?

Юра замер. Ножик на мгновение остановился.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну… — Артём подбирал слова. — Иногда человек чувствует что-то. Предчувствие там или какие-то видения…Или знает больше, чем говорит. … Может, ты понял, что дальше будет тяжело? Или услышал что-то странное перед выходом?

Юра посмотрел на него долгим взглядом. Потом вдруг широко улыбнулся — слишком широко и как-то неправдоподобно.

— Слушай, ты прям как следователь из уголовки—”Знает больше, чем говорит”… Да ладно тебе! Ногу прихватило — вот и вся причина. Продуло в кузове, когда ехали. Дядя Миша ещё шутил: “Юра, ты как барышня, чуть ветерком обдуло тебя — и уже болеешь”. Так что нет тут никакой тайны. Просто здоровье подвело.

Артём, как учитель истории, привыкший вытягивать из учеников информацию о предмете не отступал.

— Юра, я не следователь. Просто… мне кажется, ты чего-то недоговариваешь. Не потому ли ты уходишь, что знаешь про этот маршрут больше, чем остальные? Может, кто-то из местных предупреждал? Или сам что-то почувствовал?

Юра отложил ножик и фигурку. В его взгляде мелькнуло раздражение, смешанное с усталостью.

— Слушай, Артём… Ты хороший мужик, но давай без этого. Я ухожу из-за ноги. Точка. Завтра сядем с дядей Мишей на сани и поедем в Вижай. Там я сяду на поезд и домой. Всё! Никаких тайн, никаких предчувствий. У меня просто защемило тройничный нерв вот и всё.

Артём придвинулся к нему ближе и тихим заговорщицким тоном произнёс:

— А если я скажу, что знаю, чем этот поход закончится? Что девять человек не вернутся? Что через несколько недель их найдут мёртвыми у подножия горы Холатчахль… и никто до сих пор не знает, что там произошло…

Юра побледнел. На секунду в бараке будто стало тише — даже треск буржуйки отступил на задний план.

— Ты… что несёшь? — голос у него дрогнул. — Это уже не смешно.

Артём не отвёл взгляд.

— А я и не шучу. Если б я тебе сказал, что…попал сюда из будущего, поэтому знаю эту историю, знаю что ждёт группу и знаю, что ты единственный, кто выжил только потому что не пошёл с ними дальше. Вот поэтому и спрашиваю — ты уходишь только из-за ноги? Или ты тоже что-то почувствовал? Может, знал что-то, о чём не говоришь даже Игорю?

Юра долго молчал. Потом резко встал, поморщившись от боли в ноге, и засунул недостроганную фигурку в карман.

— Знаешь что, Артём… Ложись-ка ты спать. Голова у тебя после удара совсем не в порядке. Завтра с утра всё по-другому покажется. А я… я просто домой еду. Из-за ноги. И точка.

Он отвернулся и захромал к своему спальному мешку в углу, явно давая понять, что разговор окончен.

Артём остался сидеть, глядя на стружки на полу. Червь сомнения теперь грыз выгрызал у него целые лабиринты внутри. Если это была всё же, всего лишь реконструкция похода по маршруту погибшей группы Дятлова, слишком уж реалистичная, да и совпадений по разным мелочам слишком много выходит. Отсюда напрашивается вывод, что…он действительно попал каким-то образом в прошлое и видит настоящую, ещё живую группу