Фантастика 2026-94 - Николай Владленович Басов

на лыжах. Нога ныла тупой, но терпимой болью, дыхание вырывалось облачками пара, а сердце колотилось не только от нагрузки. Лес расступался постепенно: сначала редкие ели, потом открытый склон, покрытый толстым слоем нетронутого снега. Примерно через сорок минут он поднялся на небольшой гребень и замер.

Далеко внизу, в широкой ложбине, двигалась колонна — девять тёмных фигурок, вытянувшихся цепочкой. Они шли размеренно, как муравьи по белому листу. Лыжи оставляли за ними две параллельные борозды, которые блестели на солнце. Артём оттолкнулся палками и помчался вниз по склону. Снег скрипел под полозьями, ветер бил в лицо, выжимая слёзы из глаз. Он нагонял быстро — сказывалась лёгкость Юриного рюкзака и свежие силы. Когда расстояние сократилось метров до двухсот, он уже различал отдельные силуэты: широкую спину Золотарёва впереди, яркую шапку одной из девушек.

— Стойте! — закричал Артём, приставив ладони ко рту. Голос разнёсся по заснеженной ложбине звонко и резко.

— Эй, ребята! Остановитесь! Подождите меня!

Колонна замедлилась. Головной — Игорь Дятлов — повернулся первым. За ним остановились остальные, недоумённо оглядываясь. Артём подлетел ближе, тормозя “плугом”, и резко воткнул палки в снег. Дыхание у него сбилось, всё таки в сорок лет дыхалка уже была не та что в двадцать, плюс быстрый спуск и ноющая нога дали о себе знать. Он поднял руку в примирительном жесте давая понять, что хочет им что-то сказать, как только сердце перестанет выскакивать из груди.

— Ребята… пять минут. Сделайте короткий привал. Мне нужно вам кое-что сказать. Очень важное— это касается вашего дальнейшего похода на перевал.

Раздался разноголосый гул. Кто-то удивлённо присвистнул увидев Артёма. Игорь Дятлов сдвинул брови, опираясь на палки.

— Артём? Почему вы не поехали с Юрой? Дядя Миша приехал за вами? Что-то случилось?

Артём перевёл дыхание и заметил, как взгляды группы скользнули по его лыжам и рюкзаку. Они конечно же узнали вещи Юры Юдина. На лицах мелькнуло недоумение, потом — тень подозрения. Рустем Слободин нахмурился, Колеватов переглянулся с Тибо-Бриньолем. Зина Колмогорова приоткрыла рот, а Люда Дубинина невольно сделала шаг назад.

— Нет, с Юрой всё хорошо, думаю он на у полпути уже в санях к Вижаю с этим дядей Мишей. Дело в том, то что я хочу вам сказать одновременно попросил сказать вам и он и, если б не нога, то приехал на лыжах сам, чтобы сообщить вам эту информацию…

— Таак, а почему на тебе его лыжи и вещмешок? Ты забрал их у него?— Подозрительно спросил Слободин.

Артёму пришлось собрать все силы, чтобы голос не дрогнул.

— Послушайте, я же говорю: Юра уехал с дядей Мишей на санях. Он в безопасности. Я сам попросил его одолжить мне его лыжи и вещмешок с частью припасов и снаряжением, чтобы догнать вас и попытаться отговорить идти дальше, потому что он сказал, у него были плохие предчувствия насчёт этого похода. Очень плохие. И я подумал… дело в том, что я как бы тоже чувствую, что с вами может случиться беда. Не знаю, откуда это, но внутри всё кричит, что на перевале что-то не так.

— Предчувствия? — переспросил Тибо-Бриньоль с лёгкой усмешкой. — Серьёзно? Мы идём по утверждённому маршруту, у нас есть карта, снаряжение, опыт. Какие ещё предчувствия?

— Я знаю, что это звучит глупо, — Артём чувствовал, как земля уходит из-под ног, но продолжал. — Но вы же наверняка слышали ту женщину в Вижае. Манси. Она говорила вам про эту…как её… Гору мёртвых…Холатчахль.

— Может и говорила,— уклончиво ответил Игорь Дятлов, — только я не пойму откуда ты знаешь об этом?

— Так это, Юра мне в браке рассказал всё.

Говорит, что мол вы собирались, как раз уже в грузовик погрузиться, а перед этим он, ты и Саша Колеватов к местному леснику ходили, хотели у него на старые карты взглянуть, чтобы маршрут более детально понять. У него жена вроде потомственная обрусевшая манси. Пожилая, в национальной одежде. Она говорила с вами о горе, куда вы идёте. Верно?

Несколько человек кивнули. Зина Колмогорова тихо сказала:

— Да, была такая…

— Она говорила несколько названий Холатчахль и Холат-Сяхыл, — продолжил Артём. — У манси это значит “Гора мертвецов” или “Мёртвая вершина”. Она просила вас не ходить туда. Говорила, что на этой горе не водятся ни звери, ни птицы — даже деревья не растут на ней. Местные охотники обходят её за многие километры. Говорила, что люди, которые туда поднимаются, часто не возвращаются живыми. Что там “плохое место”, где нарушаются законы природы, где можно сойти с ума или просто исчезнуть. Она повторяла вам : “Не ходите на Холатчахль. Там смерть живёт”. И ещё про древнюю легенду — будто когда-то там, во время большого потопа, погибло девять человек из их народа, и с тех пор гора забирает по девять жизней…—Артём говорил дальше, смешивая то, что “узнал от Юры”, с тем, что помнил сам о трагедии, но без намёка на будущее. Он говорил о странных предчувствиях, о том, что в этих краях иногда случаются вещи, которым нет объяснения: внезапные бури, которые налетают ниоткуда, странные звуки по ночам, места, где компас начинает врать. Говорил, что лучше перестраховаться — свернуть маршрут, обойти гору стороной или вообще вернуться и выбрать другой перевал. “Не стоит рисковать, — повторял он. — Мы все молодые, у всех планы, семьи… Зачем лезть туда, где даже местные боятся ходить?”

Ребята слушали молча. Когда он закончил, повисла пауза. Потом раздались голоса.

— Сказки, — фыркнул Кривонищенко. — Местный фольклор. Манси вообще много чего рассказывают про духов и проклятые места.

— Это не сказки. Это опыт поколений, которые живут в этой тайге с рождения.— Возразил Артём.— Говорю вам, Юра мне лично признался, что боится идти туда потому что несколько раз видел то что случится дальше с вами, да и я тоже имею плохие предчувствия.

— На ту гору туристы давно ходят, и ничего, — пожал плечами Колеватов. — Манси — народ тёмный, суеверный.

— А что, если не просто суеверный? — Артём повернулся к нему. — Что, если они знают то, чего не знаем мы? Я не прошу верить в духов. Я прошу: измените маршрут. Обойдите перевал стороной. Вернитесь хотя бы на пару километров и подождите, день-два пока не утихнет… не знаю… пока не станет яснее, может то что ждёт вас там оно пройдёт…

Дятлов молчал, скрестив руки