Фантастика 2026-55 - Александра Шервинская

— Хм… а ты хитрец, Грей. Вариант, как я погляжу, беспроигрышный?

— Такова моя суть… — оскалился он.

— Ты даже не удосужился остановить время?

— А зачем? Здесь меня знают. Я немного пожил среди людей. Знаешь, даже понравилось. Если Ирия может позволить себе ходить по тавернам, то чем я хуже?

— Только веди себя прилично. Люди ранимы.

— Это да, тут не поспоришь. Матушка сказала то же самое. Знаешь, стыдно признаться, но я ведь боюсь ее до жути! Клянусь прикидываться смертным, что бы не случилось. Так… мне можно здесь появляться время от времени?

— Посмотрим.

— Что ж, рад, что мы пришли к соглашению… Я передам твои слова!

Грей исчез, так же, как это делала Ирия. Каков наглец… Ужин ему подавай. Когда Генри узнает, кто рвется вкусить его стряпни — с ума сойдет. Сразу переименует таверну. Что-то вроде «Приют драконов» или «Хмельной дракон». Может не говорить ему?

* * *

Еще через полчаса на горизонте появился Анри под руку с Гаей. Завидев меня они сразу заулыбались.

— Патрик, а это правда, что ты попросил руки Натали? — смущаясь, спросила Гая.

— Да, это так.

— Когда свадьба?

— Как только Сокол закончит храм и расставит алтари.

— У нас к тебе предложение. Вернее просьба! — волнуясь, выпалил Анри.

— Какая?

— Я… попросил руки Гаи. Она дала согласие.

— Ну наконец-то! — я аж на ноги подскочил.

— Да, да… знал бы ты чего мне это стоило. Так вот, может быть мы сыграем свадьбы в один день? А потом вместе отметим?

— Не думаю, что Натали будет возражать. Я очень рад за вас, честное слово!

— Ты… как-то странно светишься в темноте, — заметила Гая.

— Да? — я взглянул на свои руки и замер на пару секунд, думая, что ответить. — Наверное это благословение Галатеи. Ведь она снова мой фамильяр.

— А… точно! Бруно мне говорил об этом. Выглядит просто нереально. Ты прям как фея.

— Фей! — усмехнулся Анри. — Только бескрылый.

— Ну хорошо! Пойдем, — Гая потянула его за собой. — Не будем ему докучать…

Я снова остался один. Странно, я не просил Галатею о благословении. Подумав, опустил руку в воду и посмотрел, что будет. Источник усилил свое сияние и почти сразу сменил цвет на золотистый. Столб эфира, вернее мана, которая обволакивала его, тоже окрасилась в этот цвет. Я поднял голову верх и резко выдернул руку, пока кто-то еще этого не заметил, ибо эфирный океан высоко над головой начал поблескивать золотом…

— Черт! — вырвалось из груди. Кажется, я начал понимать, чего так испугались драконы. Да что они? Мне самому стало жутко! Что именно Грей имел в виду, говоря о девятом драконе⁈

Нет, нет, все не так. Я всего лишь поверхностно испытал единение с Богом, когда лежал в саркофаге! На какое-то мгновение ощутил толику его истинной мощи. Я — простой человек, я ошибаюсь и делаю глупости. Надеюсь, это пройдет. Просто последствия пребывания в саркофаге…

Я решил прогуляться по Мирному, подышать его воздухом. Сокол уже начал строительство Храма. Здание заложили метрах в трехстах от источника. А рядом часовня, для своих, так сказать. На сей раз, алтарь Ирии будет стоять там же, где и алтари остальных сестер. Уж не знаю, изменились ли их отношения, но здесь все Боги станут едины.

Город обретал свою неповторимую красоту. Сокол, как самый грамотный из нас в деле строительства, стал главным архитектором и набрал себе команду из местных. Дело пошло хорошо! Стройматериалов хватало с лихвой. Сектор ва-кари уже порядком отстроили. Но торопиться в этом деле нельзя, все время возникают какие-то тонкости и загвоздки. ИИ, конечно, здорово помогает в этом плане, но решает не все.

Майор Фургаев со своей несравненной Эмбрайер, занялся обустройством мраморного города. Она смотрит на него влюбленными глазами, а тот все время краснеет. Похоже, между ними уже что-то было… Туда перекинули часть кораблей, заложили строительство оборонных сооружений. Сумрачные эльфы оказались на удивление понятливыми и добрыми созданиями. Им нравилось работать в полях, когда никто не стоит над душой, а вечером, в хорошей компании, веселиться всласть. В рационе мирного появились разнообразные грибы из шахт и тоннелей.

Альтурия — маг из Тарсиса, получив от меня немного крови дракона и остатки виверны, что все еще хранились в инвентаре, разом решила все наши проблемы с провизией. Она создала удобрения, которые позволили снимать урожай каждые две недели. Разве не чудо? Кроме того, в Мирный наведались гости из тех мест, где она выросла. Можно сказать — семья воссоединилась.

Лу, со своим боевым ангелом побывала дома, но решила вернуться к Санаре. Она привязалась к ребенку, да и Тис с Каори стали ее закадычными подружками.

Великая Княгиня Оливия Нангул решила не возвращаться на Дарнал. Ни ее, ни Ташу там уже ничего не держало. Тем более, что верфи и фамильный дом я забрал с собой, оставив только голые скалы. Им двоим, в порядке исключения, было разрешено держать рабов. Виконт Сурье и лысый Роланд, возможно, и не заслужили такой мягкой участи. Они молили о смерти, но ведь я проповедую милосердие… Опять же, эти двое много знают об Альянсе, вдруг что всплывет? А они — вот они. Под юбкой у… Не будем уточнять подробности интимной жизни читы Нангул. У орков свои причуды.

Ксандр быстро нашел общий язык с отцом. Им было, что вспомнить. События их молодости, как оказалось, тесно переплелись. Мы создали авиагруппу, ввели обязательное патрулирование. Пилотами «Сойко», почти поголовно, стали соплеменники Сатти. Рогатые зверолюди, которым Ксандр с пеленок привил любовь к небу, так и рвались за штурвал.

Сама Сатти выбрала работу в госпитале. Тут я как следует приложил руку. Дневники Альбера стали настольным пособием для врачей военного госпиталя и лекарей из местного населения. Квинтэссенция магии, алхимии и традиционных методов лечения давала поразительные результаты.

Белокурую девочку из Солуса подвергли тщательному медицинскому исследованию. Мои опасения подтвердились. Она тоже была источником заразы, но, к тому времени, как мы ее нашли, бедный ребенок уже выработал иммунитет к заразе и потому выжил. Тетя Валя дала ей имя Снежка и взяла над ребенком шефство. Вскоре, девочка ожила, начала улыбаться, выучила несколько слов.

О причинах целебной силы источника знали лишь избранные. В нем запретили купаться и что-либо мыть. Источник объявили священным местом. Собственно, так оно и было.