Фантастика 2026-106 - Игорь Евгеньевич Кулаков

Я встал и подошел к окну. Темнота. Только редкие огни факелов.

— Вчера я отправил гонца к Степану с запросом про известь. Простой вопрос: «Есть ли на складах?». Ответ пришел сегодня к обеду. Сутки! Сутки, Карл! — я осекся, вспомнив, что никто здесь не знает мема. — Сутки мы сидим и ждем, пока лошадь проскачет туда и обратно. А если распутица? А если бандиты? А если срочно нужно изменить рецепт плавки, потому что руда пошла другая?

Тишина в кабинете стала плотной. Все понимали, о чем я. Расстояния в России — это проклятие похуже дураков.

— Мы управляем империей, как слепые котята, — продолжал я, расхаживая по комнате. — Пока я узнаю о проблеме в Тагиле, там уже либо завод сгорит, либо вы его почините, но не так, как надо. Мне нужна скорость.

Я резко повернулся к столу.

— Радио.

Слово повисло в воздухе. Черепановы уже видели «ящик с искрами», но пока не осознавали его потенциала.

— «Серия Б», — сказал я. — У нас на складе Лисьего Хвоста лежит десяток готовых комплектов. Архип, помнишь?

— Помню, Андрей Петрович, — кивнул кузнец. — В ящиках, промасленные. Ждут своего часа.

— Час настал. Почему, черт побери, они у нас пылятся, когда мы тут с ума сходим от информационного голода?

— Какого голода? — спросил Архип, я лишь отмахнулся.

Раевский поправил очки.

— Андрей Петрович, но ведь дальность… «Серия Б» бьет на тридцать верст, при прямой видимости. И то, если с высокой горы и в ясную погоду. А до Лисьего Хвоста — шестьдесят. Лес, холмы… Сигнал дважды затухнет на полпути.

Я усмехнулся.

— Саша, ты мыслишь как ученый в лаборатории. «Идеальные условия». А ты мысли как военный. Если пуля не долетает до врага, что мы делаем? Мы подходим ближе. Или ставим цепочку стрелков.

Я склонился над картой.

— Смотрите сюда. Вот Лисий Хвост. Вот Невьянск. Прямая линия. Что между ними?

Фома, который до этого молча точил нож в углу, подошел к столу. Его глаза, привыкшие читать местность лучше любой карты, сощурились.

— Тайга там, Андрей Петрович. Речка Шайтанка петляет. Болота есть.

— А высоты? — спросил я. — Холмы? Горы?

— Есть, — Фома ткнул грубым пальцем в точку на карте, примерно посередине пути. — Вот тут. Деревня Шайтанка. Она аккурат на горке стоит, высокой такой, лысой. Оттуда в хорошую погоду и заводские трубы видать, и наш прииск, если дым идет.

— Шайтанка… — пробормотал я. — Идеально.

Я посмотрел на Раевского.

— Ретранслятор, Саша. Промежуточная станция. Мы ставим там мачту. Высокую, саженей в десять. Вешаем антенну. Сажаем радиста с запасом батарей и провизии. Сигнал из Лисьего летит в Шайтанку. Радист принимает, записывает и тут же отстукивает дальше, в Невьянск.

Раевский быстро прикинул в уме.

— Тридцать верст в одну сторону, тридцать в другую… Все равно многовато для надежного приема, Андрей Петрович. Особенно если дождь.

— Значит, делим еще, — я был неумолим. — Ставим не одну, а три. Через каждые пятнадцать верст. Цепочка. Живая цепь из приёмо-передатчиков.

Я начал чертить крестики на карте.

— Шайтанка — это узел. База. Но нам нужны еще точки. Фома, вспоминай. Где есть высоты? Церкви? Колокольни? Самые высокие сосны?

Следопыт задумался, шевеля губами.

— Ну… Если от Лисьего идти… Там есть «Ведьмин палец», скала такая. Высокая. Потом Шайтанка. А ближе к сюда… Тут деревня Быньги. Там церковь старая, старообрядческая. Колокольня высокая, крепкая.

— Церковь — это хорошо, — кивнул я. — С попами договоримся. Скажем, громоотвод ставим. Богоугодное дело, храм от пожара небесного спасаем. Они только рады будут.

Я быстро набросал схему.

— Итого: Лисий Хвост — Ведьмин палец — Шайтанка — Быньги — Невьянск. Четыре точки. По пятнадцать верст. Это «Серия Б» возьмет уверенно.

— А до Тагила? — спросил Ефим Черепанов, глядя на карту завороженно, как на икону.

— А до Тагила еще сорок верст, — я продолжил чертить линию на север. — Там тоже нужны точки. Фома?

— Там Шурала есть, — отозвался Фома. — И гора Лисья, прямо у самого Тагила. С нее весь завод как на ладони.

— Отлично. Шурала и гора Лисья. Еще два узла.

Я выпрямился, глядя на получившуюся паутину крестиков.

— Шесть станций, господа. Шесть точек, где будут сидеть наши люди. День и ночь. Услышал писк — записал, передал дальше. Скорость передачи — минута на ретранслятор. От Лисьего до Тагила — десять минут. Десять минут, Ефим! Не сутки, не двое. Десять гребаных минут!

Кузьмич в углу перекрестился.

— Свят, свят, свят… — прошептал он. — Голоса по воздуху… Бесовщина, прости Господи. Но полезная бесовщина.

— А люди? — спросил Архип, всегда думавший о практической стороне. — Где мы столько грамотных возьмем? Азбуку вашу морзянскую знать надо.

— Школа, — напомнил я. — На Лисьем у нас уже целый класс оболтусов, которые эту морзянку щелкают быстрее, чем семечки. Ванька, Петька, Анюта… Они молодые, у них мозги гибкие. Им это в радость, как игра. Вот их и посадим.

— Детей? — удивился Мирон. — На ответственное дело?

— Именно детей, Мирон. Они, кстати, не на много младше тебя. Да и взрослый мужик там со скуки сдохнет или напьется. А пацану дай форму красивую, назови «оператором императорской связи» — он будет сидеть и слушать эфир, как молитву. Для них это магия, приключение.

Я повернулся к Раевскому.

— Саша, завтра утром берешь «Ерофеича». Грузишь комплекты «Серии Б». Забираешь из школы лучших учеников — проведи экзамен, самых шустрых отбери. И едешь по точкам.

Я начал загибать пальцы:

— Первое: договориться с местными. Старосты, попы — всех купить, уговорить, запугать, если надо. Нам нужны крыша над головой и доступ на высоту.

— Второе: установить мачты. Антенны — повыше. Заземление — обязательно, а то спалим аппаратуру первой же грозой.

— Третье: посадить людей. Оставить им запас еды, дров, свечей. И инструкции. Жесткие. Пропустил сеанс связи — выпорю лично.

— Понял, — кивнул Раевский, уже прикидывая в уме список необходимого. — Только… батареи. На холоде они садятся быстрее.

— Значит, сделаем термосы. Ящики с опилками, внутрь — бутылки с горячей водой менять. Или