Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

что мой брат Анселм, граф де Бриенн пропал, и наши упорные поиски ни к чему не привели. Я всё более опасаюсь худшего, но, помимо горечи от тяжёлой утраты, меня страшит то, что из-за неясности в его судьбе могут возникнуть сложности с передачей титула, поскольку невозможно определить, кто является наследником: его новорожденный сын или я.

— Что произошло, кавалер? — спросил Жоан, явно заинтригованный его словами.

— Мой брат несколько лет назад потерял двух сыновей, мальчики катались по озеру, когда неожиданно налетел шквал ветра и перевернул лодку. Они утонули. Анселм был безутешен, к тому же его огорчало и то, что он разом потерял двух наследников, что для любого мужчины является трагедией. Он уже не так молод, а его супруга, на которой он женился по сговору наших родителей, старше его на шесть лет, и надежды на то, что ему удастся снова обзавестись сыном, почти не было. Однако моя невестка, графиня Генриетта, осознавая свой долг, неоднократно ездила на поклонение к святыням и, наконец, вымолила своё чудо. Брат был рад этому, но беременность его жены протекала тяжело, он боялся и за неё, и за ребёнка, и решил заручиться поддержкой святой Лурдес. Собрав богатые дары для храма, он отправился в Сен-Марко, чтоб просить нашу покровительницу о помощи в этом деле. Я оставался в поместье и заботился о Генриетте. К нашей всеобщей радости она произвела на свет здорового мальчика. Я тут же помчался в Сен-Марко, чтоб обрадовать брата, но, приехав в наш городской дом, узнал от слуг, что Анселм там не появлялся. Не появлялись там и рыцари, сопровождавшие его. От них не было никаких вестей. Я приказал отправить на поиски наших слуг, но они ничего не смогли найти. Им удалось только узнать, что отряд брата видели в нескольких населённых пунктах по дороге до Рошамбо, а после этого его след оборвался. Мне так и не удалось ничего выяснить. Я всё ещё надеюсь, что он жив, и всё же опасаюсь, что он мог стать жертвой разбойников, позарившихся на богатый груз, который он вёз в Сен-Марко. И если это так, то меня тревожит, что его тело так и не найдено. Пока его смерть не установлена, не может быть решён вопрос о наследстве, но даже после того, как он будет признан умершим, возникнет вопрос о моменте его гибели. Дело в том, что правила наследования в наших краях отличаются от принятых в Сен-Марко. По старому обычаю, которому следуют и де Бриенны, главе рода могут наследовать только уже рождённые к моменту его смерти сыновья, при их отсутствии титул переходит к следующему по старшинству брату. Родившийся после его смерти сын наследует за отцом только, когда иные наследники отсутствуют. Таким образом, если мой брат умер до рождения сына, его наследником являюсь я. Однако, мне в любом случае не хотелось бы ущемлять права моего племянника, ведь и он может быть законным наследником, если его отец был похищен и умер уже после его рождения.

— То есть вы хотите, чтоб мы способствовали выяснению обстоятельств исчезновения вашего брата? — спросил король.

— У меня не остаётся другого выбора, ваше величество, — вздохнул кавалер де Бриенн. — Следы моего брата теряются в Рошамбо, но эта провинция принадлежит вам, ею управляет ваш наместник граф де Невер, и я при всём желании не могу заставить его провести расследование. А он в ответ на мои просьбы утверждает, что на вверенных ему землях царит порядок, нет никаких разбойников, и с моим братом там ничего случиться не могло.

Он с мольбой посмотрел на Жоана, и тот перевёл вопросительный взгляд на Вайолета.

— Я полагаю, что достаточно будет вашего приказа де Неверу провести тщательное расследование, — проговорил тот.

— Не получим ли мы тот же ответ, что и кавалер де Бриенн? — усомнился в правильности такого решения сенешаль. — Граф де Невер преданный нам человек, он действительно управляет Рошамбо твёрдой рукой, но при этом он несколько заносчив и самоуверен. Какова была стоимость даров, которые вёз в Сен-Марко ваш брат? — обернулся он к де Бриенну.

— Там были золотые и серебряные изделия, некоторые украшены драгоценными камнями. Судя по описи, общая их стоимость составляет примерно сто тысяч золотых марок.

— Недурно, — пробормотал Вайолет. — Но что ни сделаешь, чтоб обзавестись наследником… Может, имеет смысл поручить это дело тайной полиции, ваше величество? Сыщики графа Раймунда разузнают всё быстро и без лишнего шума.

Король какое-то время раздумывал, а потом взглянул на своего секретаря.

— Жискар, прикажите немедля вызвать ко мне барона де Сегюра.

Марк в это время был в гостях у своего друга Герлана. Молодой алкорец вернулся в Сен-Марко вместе со своей красавицей-женой и поселился в небольшом уютном домике недалеко от городских ворот, купленном для них заботливым тестем. Весь вечер Марк слушал хвастливые речи пожилого купца, который всеми силами старался убедить знатного гостя в том, что имеет влияние при дворе альдора, обожает свою дочь и сделает для её счастья что угодно, даже если ради этого придётся потратиться. Герлан мрачно посматривал на него, не решаясь, тем не менее, возражать и только измученным взглядом показывал Марку, как извёл его этот болтун, но что делать, если всё благосостояние молодой семьи основано на его милостях? Его супруга, сидя тут же, бросала на красавца-барона томные взгляды, на что тот отвечал вежливой улыбкой. А в углу маленькой залы сидел угрюмый Эдам, которому пришлось вернуться к прежнему хозяину.

Появление на пороге дома королевского гонца Марк воспринял с облегчением и, извинившись, поспешил покинуть несчастного Герлана в обществе его новых родичей и расстроенного оруженосца. Вскочив в седло, он промчался вслед за гонцом по Королевской улице и вскоре уже шёл по длинной анфиладе комнат, двери которых перед ним предупредительно распахивали стоявшие в карауле гвардейцы и расторопные лакеи.

В приёмной он увидел кавалера, показавшегося ему знакомым, и, поприветствовав его, вошёл в кабинет. Там он застал короля, стоявшего у камина, и Вайолета, присевшего в кресло у стола. Обменявшись с бароном сдержанными поклонами, коннетабль кратко изложил ему просьбу кавалера де Бриенна.

— Разберись с этим делом, Марк, — произнёс король, подходя к нему, и выражение его лица напомнило ему Эдама, безжалостно оставленного им в новом доме. Король устал от государственных дел, ему хотелось развлекаться, а его всё ещё удерживали в кабинете. Однако он не позволял себе открыто жаловаться, и даже старался изобразить искреннюю озабоченность судьбой графа де Бриенна, которого мельком видел год назад в ставке короля Ричарда. — Граф —