И пеплом стали звезды - Рина Сивая

Я недовольно смотрела в затылок старого знакомого, решая, насколько я могла ему верить. В свете сложившихся обстоятельств, когда сам полковник оказался предателем, столь хрупкой вещью, как доверие, разбрасываться было глупо.

Вероятно, Улье почувствовал мой взгляд, раз неопределенно повел плечами и грозно рявкнул:

— Трасс, я пытаюсь спасти твою жизнь! Пошевеливайся!

За все годы, что я знала Улье, он никогда не позволял себе повысить на кого-то голос, а сейчас почти кричал на меня. Меня! Ту, которую когда-то называл младшей сестренкой! Но в его крике слышалось не злость, а отчаяние и страх.

Выбора у меня, на самом деле, не было: либо сейчас я доверяла капитану, который значительно изменился с нашей последней встречи, либо умирала от рук сумасшедшего полковника. Я выбрала жизнь.

— Правильный выбор, — отреагировал Ив на звук расстегнутой молнии, но оборачиваться не стал. — Думаю, ты уже успела догадаться, что полковник Элиас — не тот, за кого себя выдает.

— Он заявил, что я — сепаратистка, которая сначала уничтожила отряд из двенадцати истребителей, а потом пробралась на флагман и якобы кого-то сдала при допросе, — выдала я, избавляясь от привычной мне формы. Учитывая, что места не было, я просто оставила ее на ближайщей ступенке. Синяя ткань безжизненно сползла на решетчатый пол.

— Да, у него даже есть запись этого допроса, — не стал обнадеживать меня Ив.

— Он ничего не записывал, — влезая в новый комбинезон, заявила я. Грубый материал неприятно соприкасался с кожей, а непривычные застежки давили во всех возможных местах, но я даже не попыталась возмутиться.

— Если он не записывал разговор с тобой, это не значит, что он не записывал и другие свои беседы.

— То есть, — догадалась я, — раньше он побеседовал с одной девушкой, которую теперь будет выдавать за меня?

— Да, — без предупреждения Ив обернулся — к счастью, в тот момент я уже застегивала последние пуговицы. Оценив мою готовность, Улье одобрительно кивнул и два раза ударил в перегородку. Та сразу же отъехала. Свет коридора ударил в глаза. — Вряд ли он будет выдавать ее за тебя, слишком уж громкая у тебя фамилия. У вас в отряде были другие девушки?

Мы вновь быстрым шагом шли по коридорам в компании двоих солдат за спиной, но на этот раз Ив не держал меня за руку. Со стороны мы наверняка выглядели как инженер и капитан, спешащие устранять какую-то аварию. Я опустила голову, стараясь не встречаться ни с кем взглядом.

Гул корабля казался теперь враждебным, каждое слово эхом отдавалось в висках.

— Были, еще двое.

Улье снова кивнул и зашел в лифт. Его спутники вошли следом и не пустили пытавшегося влезть в кабину зантонца. Двери с шипением закрылись. Вниз мы ехали вчетвером, что и позволило капитану свободно говорить дальше.

— Тебя же, как нежелательного свидетеля, необходимо убрать. Твой истребитель, к сожалению, уже уничтожили — я даже не успел до него добраться. Жаль, записи с него были бы кстати.

Ив произнес это с искренним сожалением, но по его лицу было видно, что это лишь одна из многих мучавщих его проблем.

Слова Улье натолкнули меня на вопрос, который следовало бы задать самым первым:

— А какова твоя роль в этой истории? — Мой голос прозвучал тише, но тверже, чем я ожидала.

Допустим, он не одобрял действия полковника, но это не значило, что Ив — на моей стороне. Поэтому и доверять ему я не должна. Но в этом лифте я с ним и двумя его подельниками, которые легко раскроят мне голову о стену, если я вдруг сделаю что-то не то.

— Роль спасителя попавших в беду девушек, — усмехнулся Улье, но улыбка не добралась до его глаз. Я была совершенно не в том настроении, чтобы воспринимать шутки. К счастью, капитан это понял. — Я должен был раскрыть планы Элиаса и вывести его на чистую воду. Ради этого меня и отправили на «Остион». Но твое появление поломало все планы.

Он провел рукой по лицу, и в этом жесте читалась усталость и раздражение.

— Почему? — Ив попытался отвернуться, но я не дала, схватив его за запястье. Его рука была напряжена, как буксировочный трос. Краем глаза я заметила, как солдаты подобрались, и повернулась так, чтобы всегда держать их в поле зрения. — Почему ты мне помогаешь?

В моей голове скопилось слишком много вопросов. В последнюю нашу встречу Ив сообщал, что его переводят в статисты — он должен был отправиться на один из флагманов, чтобы заниматься оценкой транспортных путей, целесообразности переброса флота или другой ерундой, лишь отдаленно связанной с военными действиями. Так о каком «должен был раскрыть» могла идти речь? Простые статисты таким точно не занимались.

Но лифт двигался вниз слишком быстро, чтобы я могла вывалить на капитана весь список своих сомнений. Пришлось выбирать наиболее приоритетные.

Улье странно улыбнулся. Это была не та мягкая, почти братская улыбка, что я помнила. В ней была горечь и что-то еще, чего я не могла понять.

— Потому что ты — Лин Трасс, — произнес он так, словно это все объясняло. Но сразу же продолжил, не дожидаясь моего закономерного возмущения. — Будь на твоем месте кто-то еще, я бы пожертвовал этой жизнью ради дела, но ты — дочь человека, который меня воспитал и дал мне все, что я имею в своей жизни.

Его голос дрогнул, когда он произнес «воспитал».

— Пусть мы и не общаемся, я до сих пор считаю тебя своей младшей сестрой, Лин. Кем бы я был, если бы просто стоял и смотрел, как тебя убивают?

Ив посмотрел на меня прямо, и в его глазах на мгновение мелькнула та самая старая, знакомая теплота, прежде чем их снова скрыла маска оперативника.

И я окончательно поверила, что никаким «статистом» Улье никогда и не был.

Тогда кто же он?

Глава 13

И все же его спонтанная речь что-то задела в моей душе. Что-то старое и почти забытое, как наши посиделки в отцовском кресле капитана коробля — разумеется, пока адмирал этого не видел. Я всегда знала, что моего отца Ив чуть ли не боготворил, но не думала, что его признательность к адмиралу Трассу была настолько глубокой. И привязанность ко мне. Это мило, но… Слишком опасно, чтобы безоговорочно верить.

— Ив, которого я знала, никогда бы не пожертвовал чужой жизнью ради дела, — выдохнула я, все еще не отпуская его руку, хотя мои пальцы уже сводило судорогой. Я искала в его глазах того мальчишку, который