Ван-Ван из Чайны 5 - Павел Смолин

— Попрошу у Партии возможность жениться пораньше, — решил я. — Прости — секретно, но потом…

— Да мне без разницы, — улыбнулась Катя. — Лишь бы ты рядом был.

— Буду стараться, — пообещал я.

Хрен там выйдет — папа-спортсмен в этом плане мало отличается от папы-вахтовика или например дальнобойщика. Но стараться все равно буду, отмахиваясь от всего лишнего и при любой возможности летая домой. От аэропорта сюда добираться очень удобно — на окраине коттеджного поселка, расположенного в огороженном районе Пекина недалеко от центра (Кате в универ ездить), имеется вертолетная площадка.

Хотя почему поселок «коттеджный»? Он «особняковый». Двухэтажный (немного третьего в виде мансарды тоже есть), исполинский, но при этом почему-то очень уютный особняк в самом пафосном индивидуально-жилищном районе Пекина мне подогнал лично Председатель Си Цзиньпин, и в отличие от другой недвиги на него нельзя просто забить, оставшись жить в привычной «общаге» апартаментного типа, что очень удобно. Здесь мне придется официально жить, потому что иначе получится, что подарок самого товарища Кси мне не понравился. А если не понравился подарок, значит не понравился и сам Председатель со всеми вытекающими, крайне пагубными последствиями.

Раньше властители дарили своим врагам слона, очень дорогую в содержании животинку. Враг от этого страдал, тратил много денег, слабел, а отказаться от подарка не мог. К счастью, особняк — это не слон, и жить здесь мы с Катей совсем не против.

Выстроен наш новый дом в европейском стиле, стилизован под стиль «старые деньги»: ковры, кованые люстры, картины, камин в гостиной. При этом напичкан техникой по самое «не могу» — лампочки в люстрах подчинены «умному дому» вместе с роботами-пылесосами, чайником, микроволновкой, плитой, гардинами с системой автоматического задвигания-раздвигания штор, телеком, стереосистемой и еще черт знает чем: в прихожей лежит толстенный «талмуд» с полным списком возможностей.

В подвале — сауна и спортзал с выходом в подземный гараж на пяток «легковушек». На этажах «надземных» — полный набор помещений на любой вкус, присматривать за которыми призван десяток слуг… нет, десять человек обслуживающего персонала — Катя немножко деформирована тяжелым наследием СССР, поэтому нужно быть аккуратнее.

На участке — огромном! — имеются пруд, этнический, очень красивый сад, за которым присматривает бородатый лысый дедушка (вот его «слугой» назвать у меня язык не повернется, минимум «ландшафтный дизайнер»!), беседка с грилем, небольшой пруд с карпами, симпатичный кирпичный сарайчик для инвентаря и гостевой дом, достаточно просторный, чтобы вместить тренера Ло (а у него ведь тоже подаренной недвиги уже полно), некоторое количество охраны и Фэй Го с Шу Жу: она отсюда на работу в свою школу будет ездить, а потом, когда Фэй Го пойдет на повышение (уже скоро) в виде нормальной работы в штаб-квартире без необходимости мотаться по миру за мной, переедут в свою квартиру. Жаль, мне нравится мой телохранитель, но жизнь течет, и у всех она своя.

Еще из инфраструктуры стоит отметить здание бассейна и большую детскую площадку. Все новое, всем этим никто не пользовался. На территории поселка есть два теннисных корта, небольшой скверик со скамейками и баскетбольная площадка.

Женщину надо слушать, иногда даже слушаться, а беременную женщину слушать нужно вдвойне, и ходить при этом по струнке: тяжелое это дело, нового человека в мир приводить, лучше не нервировать любимую лишний раз, а напротив, обеспечивать полный покой и уют.

— Может на Хайнань? — предложил я. — Возьмешь академический отпуск.

— Нет, я хотя бы этот курс закончить хочу, — отказалась Катя.

— Хорошо, — не стал настаивать я.

Вот теперь я с полной уверенностью могу назвать себя счастливым человеком.

Глава 8

С утра, закинув по пути Катю в универ (просто так говорить принято, по факту там не «по пути», а добрый крюк), я направился к штаб-квартире Центрального телевидения Китая. Так-то «моё» место на Пятом канале сети, он отвечает за спорт, но в случае если запись пройдет особо удачно, эфирным временем пожертвует аж главный, Первый канал. Озвученная телевизионщиками во время согласования причина, по которой мы едем в штаб-квартиру, а не профильную студию одного из каналов, вызвала у меня умиление: мол, новое оборудование телеканалами доставить не успели, а в штаб-квартиру — да, и функционеры хотят, чтобы я на экране смотрелся как можно красивее. Курам на смех — просто важные телевизионные дядьки хотят познакомиться с «Золотым драконом Китая», которого чествовал лично Председатель Кси прямо у врат Запретного города.

Не осуждаю — мне-то все равно, где записываться, а на штаб-квартиру всея китайского телевидения посмотреть интересно: они не так давно, в 2008-м, переехали в новое, повышенной архитектурности здание в виде изогнутой на 90 градусов в области верхней «перекладинки» буквы «П», сияющей на солнышке стеклянными панелями.

Столица Поднебесной давно проснулась — спешили на работу те, кто начинает ее попозже, жгли «переводы на тот свет» владельцы магазинов, лавочек и забегаловок, прося у предков направить побольше клиентов, стайками толпились у автобусных остановок школьники, многочисленные столичные дворники наводили чистоту, а на дорогах, как и положено в уважающем себя мегаполисе, стояли пробки. К счастью, нам на общих основаниях перемещаться не надо — у нас есть машины сопровождения с мигалками, которые бодрыми гудками раздвигали машины, «пробивая» нам относительно свободный коридор. Я к всяческим «мигалкам» отношусь плохо, но для собственной делаю исключение — не заслужил разве? Не доказал, что мое время очень ценно? Ну и всё.

Сегодняшнее утро началось смешно и грустно одновременно — с просьбы от Фу Шуньшуя обратиться к фанатам и попросить их не ломать свои зубы: лихая щель в моем верхнем левом резце моментально вошла в моду, и в Интернете развернулся флешмоб, согласно условиям которого ребята и девчата в домашних условиях принялись отламывать себе кусок зуба или вообще выдирать его целиком. Записал видосик, попросив народ перестать — сам я к зубному на «художественную реконструкцию» завтра пойду, а пока остается надеяться, что зубки себе попортит хотя бы часть китайской молодежи, а не она вся.

Весело и в русском интернета — там странные граждане после серии «разборов» нашего с Иваном двухчасового разговора о России приняли мое молчание за слабость и объявили свою победу. Отчасти так оно и есть — в интернет-срачах побеждает как правило тот, кто высказался последним — но у нас здесь не рядовое сотрясание воздуха, а вещи поглубже. Вброшенные мной «мессенджи» заметили и другие люди — те, кто сейчас