Ненормальный практик 9 - Отшельник Извращённый

поговорка. Графиня Шувалова умерла три года назад, но её внучка продолжает дело, так что связи при дворе сохранены. Морозовский полк расформирован официально, при этом люди всегда рядом, четыреста штыков по первому зову. Погоды они не сделают в какой-то войне, а вот как управленческий военный аппарат в возрождённом княжестве ОЧЕНЬ даже. Люди опытные — знают что к чему, так что пристроим. Ну и наконец, бабушка. Она в безопасности, до этого уезжала в Архангельск, но три года назад, когда приезжала прощаться с графиней Шуваловой, осталась в пригороде Петербурга, под охраной. Цела, здорова. Ждёт меня, родная. Может, не по праву рождения, но всё же она стала первым якорем для меня в этом мире, за что ей спасибо, особенно за её тёплую заботу, которой, порой, так не хватает простому человеку, затерявшемуся среди миров.

— Хорошо, разберёмся со всем, полковник. Вы отлично постарались, благодарю за службу, — киваю, когда он закончил.

— М-мой князь, не стоит, — сглатывает тот. — Я всего лишь выполнял свои обязанности.

— И сделали это выше всяких похвал, — снова благодарно киваю ему. Людей нужно хвалить, особенно, когда они этого заслуживают. — Кстати, у меня к вам поручение, полковник. — сам кручу родовой перстень, что он уже вернул мне обратно.

— Слушаю, Ваша Светлость.

Вынимаю из-за пазухи шкатулку. Деревянную, обитую медными уголками, и ставлю на стол поверх карты.

— Доставьте это бабушке. К завтрашнему утру ящик должен быть у неё. Желательно лишний раз не ронять и не подвергать эфирному воздействию, в целом же — не хрустальная ваза, так что никаких особых осторожностей.

Морозов смотрит на ящик. По-любому ему интересно, но спрашивать, что внутри, не стал. Просто кивнул.

— Мой лучший верховой выедет через час.

Вот как можно его не уважать? Получил приказ — сразу исполняет. Без лишних слов и вопросов. Настоящий солдат.

— Кстати, — улыбаюсь, примеряя перстень, н-да, не люблю всякие безделушки, и это колечко не исключение. — Сегодня вечером я буду на балу, в Константиновском дворце. Открыто. Под своим именем.

Морозов замер. Усы перестали шевелиться.

— Как Александр… Северов? — произнёс он медленно. — Перед всем двором, Ваша Светлость?

— Перед двором. Перед императором. Перед британской делегацией. Перед всеми. Время пришло.

Молчание.

В серых глазах советника проносится буря. Сколько лет ожидания, сколько тайн, шёпота, подпольных встреч. И вот — наследник без чьей-либо помощи возвращается. Да и ещё как? Прямиком на императорский бал, под своим именем, в полный рост, как говорится.

— Полковник, только не надо поднимать людей, да и вообще кому-либо сообщать. Итак вскоре услышат. Просто решил поделиться с вами лично. Я вернулся. И скоро Северное Княжество получит новый шанс. Сейчас главное, чтобы эта шкатулка была у бабушки к утру. Это всё что требуется.

Морозов встал. Выпрямился. И, накинув фуражку, козырнул. Ладно, второй раз за день смотрится уже не так драматично, да и у него тоже слёзы кончились, теперь в глазах только огонь.

— Будет исполнено, мой князь!

Встаю. Подхожу к нему и кладу ладонь на плечо. Крепко. Он нёс невероятную ношу все эти годы. Достойный человек, честь имеет, что редкость.

— Спасибо, Пётр Алексеевич, — называю его по имени-отчеству впервые.

Усы дрогнули. Он кивнул, сдерживая эмоции.

— Разрешите идти, отдавать распоряжения?

— Конечно. И спасибо за прекрасный чай.

* * *

Ладно, чай я просто пригубил, но не мог же я обидеть тётушку Марию? Не то полковник бы ей точно устроил. В общем, проблему с чаем надо как-то решать, ведь куда ни плюнь — он везде! Да в Британии его не так пьют, как в Российской Империи!

Дом Морозовых я уже покинул, и добрался до второй остановки. Тайная цитадель? Подпольное производство? Не-а. Но тактическое местечко! Цветочная лавка на Невском. Маленькая, уютная, светлая, с колокольчиком на двери и кругленькой хозяйкой, тонувшей в необъятном фартуке и розах.

— Чем могу помочь, юноша? — она расцветает улыбкой. Прости, крошка, но у меня не встаёт на полненьких. Вернее — встаёт, но мы должны оказаться на острове и я прям сильно-сильно изголодаться.

— Мне бы два букета, миледи. И ещё, есть ли у вас доставка?

— По всему Петербургу, милочек! Вам цветы для кого? Поздравить кого-то или для дамы сердца? — хозяйка заговорщицки подмигивает.

— Для дам, — уточняю. — Двух.

— О-о-о! — она расплывается в улыбочке. — Какой шалун!

Н-да. Если бы она знала, что дам не две, впрочем, не будем считать. Сам же, разглядывая кучу букетов, даю тётке подсказку:

— Первый букет для женщины зрелой, умной, сдержанной. Северянки. Она не любит показуху, но ценит красоту. Думаю, ей подойдут тёмные тона. Что-то строгое, элегантное.

Хозяйка задумалась:

— Поняла! — и засуетилась среди вёдер с цветами.

Через пять минут собрала букет из тёмно-бордовых роз с веточками можжевельника и серебристого эвкалипта. Вышло сдержанно, при этом с глубинным подтекстом, собственно, как и сама Фрея.

— Будут ли предпочтения для второго? — уточняет цветочница.

— Хм-м, — тут задумываюсь. Ингрид я знаю не настолько ГЛУБОКО, хе-х, и всё же. — Она яркая, сильный характер, прямая. Я бы сказал, настоящая воительница. Думаю, прилюдно она скорее сломает цветок, чем понюхает. Но втайне любит полевые. Сама как-то обмолвилась, вот только тогда на дворе была зима. Но намёк её был понят.

— А вы очень внимательны к своим женщинам, — хозяйка хмыкнула и через три минуты собрала букет из васильков, ромашек и диких маков, не полевые — выращенные в теплице, и всё же, смотрелись здорово. Перевязаны простой льняной лентой. Буйные, яркие, пахнущие свободой. Прям воплощение Ингрид.

— Записки напишем? — подняла цветочница пустые карточки.

— Без записок.

— Совсем?

— Так будет лучше. Они поймут.

Та удивлённо приподняла брови, но спорить не стала.

Оставил ей адрес — один из особняков Романовых-Распутиных, где сейчас гостили Фрея и Ингрид, Корнелия сама рассказала прошлой ночью, что они буквально в квартале по соседству. Букеты доставят к пяти.

Заплатил. Вышел. Вроде бы всё. Пора возвращаться в «Сонный карп», а там и бал.

* * *

ИНТЕРЛЮДИЯ

В одном из многочисленных особняков Романовых-Распутиных, в гостиной второго этажа, Фрея разбирала документацию от вождя Хальвдана, её достали и здесь в Петербурге! Благо она готовит себе смену на должность советницы. Сама же устала, ну сколько можно? Хальвдан с остальными старейшинами вообще разленились! Ну какого чёрта она должна