Испытание дружбой - Нелли Мёле

Милан и Феа приехали одновременно, катясь на своих велосипедах почти бок о бок. Меня снова больно кольнуло в живот.

Я вышла из-за мусорного контейнера, где до этого пряталась и махнула рукой, давая о себе знать.

11

Ехать или лететь?

– Привет! – сказал Милан, пристегнув свой велосипед к фонарному столбу. Мы смотрели друг другу в глаза, казалось, целую вечность. И хотя ни один из нас не произнёс ни звука, я с облегчением поняла, что у нас всё снова наладилось.

– Привет! – вдруг раздался голос Нелио, появившийся словно из ниоткуда. Я отвела взгляд от Милана.

Отряд был в сборе.

– Расскажи, как всё прошло с твоим отцом, – попросил Нелио.

Милан посмотрел на меня с недоумением.

– Ты была у своего отца?

Я не отвела взгляда.

– Да, я перелетела через горы Сильва и встретилась с отцом, – подтвердила я.

Атмосфера тут же стала холоднее и напряжённее.

Милан спросил Нелио:

– А ты, значит, знал о её плане?

– Кайя настаивала на полёте в одиночку, поэтому я не сопровождал её, – почти извиняющимся тоном ответил Нелио.

Но я понимала, к чему клонит Милан: я ведь не посвятила его в свой план, а вот Нелио – да.

Поэтому я сказала:

– Идея полететь к отцу пришла мне в голову на чердаке виллы Певчих. Вы с Феей тогда уже ушли. Я чувствовала, что должна наконец поговорить с отцом о том, что же тогда произошло.

Милан молчал.

Я огляделась по сторонам: внимательно осмотрела все дорожки, вдоль которых были расположены многочисленные садовые участки. И только, когда я убедилась, что за нами точно никто не наблюдает и нас не подслушивает, я кратко рассказала о своём вчерашнем приключении.

– Потрясающе! – воскликнула Феа, дёргая себя за косичку.

– Это ещё что! – ответила я. – Я узнала настоящую причину, по которой взрослые аваносты так боятся Ксавера Беркута.

И я вкратце рассказала об эликсире забвения.

Трое моих друзей смотрели на меня, вытаращив глаза.

– Но ведь человеческую память ты при этом не теряешь? – уточнила Феа.

– Да, – подтвердила я. – Но вот о том, что ты когда-то умел превращаться в птицу и летать, ты уже не помнишь.

– Это звучит так же нереально, как сюжет какого-нибудь фэнтези, – прошептал Нелио. – Эликсир забвения, кто бы мог подумать…

– Но он действительно существует! – сказала Феа.

– Всё плохо! – прорычал Милан. – Мой дядя знает, как держать аваностов в подчинении.

– Нужно вести себя ещё осторожнее, чем прежде, – подытожила я. – Шпион или даже шпионы Ксавера по-прежнему следят за нами. А мы до сих пор не знаем, кто именно у нас на хвосте. Не один же Корбин работает на Ксавера, – на мгновение воцарилась тишина, затем я добавила: – И нельзя привлекать внимание Ксавера необдуманными действиями или встречами. Его месть будет ужасной.

Нелио смотрел на землю и пинал гравий. Когда он поднял голову, он прямо спросил меня:

– Так ты думаешь, что участок 55 может быть ловушкой?

Я пожала плечами.

– Что-то мне подсказывает, что нет…

Однако что именно мне это подсказывало, я сама не могла объяснить.

– Давайте будем предельно осторожны, – продолжала я. – Доберёмся до нужного участка как можно незаметнее.

Ещё как только я прибыла, я обнаружила план местности на одной из стен мусорного контейнера. На нём были подписаны все садовые участки. Номер 55 находится у основной дороги примерно по центру.

Нелио встал рядом со мной и указал пальцем на заднюю часть участка.

– Можно подойти к участку с обратной стороны от главного входа, – предложил он. – Если нас кто-то поджидает, мы его сразу увидим. Или её.

Подошедший Милан заметил:

– Не думаю, что нас там кто-то ждёт. Никто же не может знать, когда именно мы приедем.

– Точно, – согласилась с ним Феа.

– То есть вы, умники, точно знаете, что за нами сейчас никто не наблюдает? – спросила я. – Шпионы на то и шпионы, чтобы вести слежку скрытно и незаметно. Возможно, преданный своему хозяину чёрный ворон уже ему выболтал, что мы направились к садам.

Милан нахмурился, но ничего не сказал.

Тихонько, на цыпочках, я двинулась вглубь поселения. Остальные за мной.

План на стене был достаточно подробным, так что нашли мы всё очень быстро. Моё сердце забилось чаще, когда мы осторожно приблизились к нужному забору. Я отодвинула в сторону ветки лаврового куста, чтобы лучше видеть сад с этой стороны. Прямо перед моим носом возникла ярко-синяя дощатая стена.

– А вот и домик, – пробормотала я и перебралась чуть правее, чтобы можно было заглянуть за угол этого небольшого здания. Милан остановился рядом со мной и прищурился. Так мы стояли несколько минут. Мы ничего не видели и не слышали, как бы ни присматривались и ни прислушивались.

– Так что, заходим? – негромко спросила Феа.

Я посмотрела на Нелио, который молча поднял вверх большой палец.

Мы по очереди перелезли через невысокий забор из толстых брёвен. Нелио первым обошел хижину и сейчас направлялся к парадной двери. Отсюда открывался вид на ухоженный садик. От старых фруктовых деревьев на центральную часть лужайки падала тень. Слева и справа были разбиты грядки, на которых росли, казалось, всевозможные овощи.

– А тут миленько, – заметила Феа.

Тут я не могла с ней не согласиться. Слева и справа от белой двери синего домика располагалось по окошку, а вся передняя часть была затенена верандой. Вдоль перил стояли горшки с пышно разросшейся розовой геранью.

– Надо выяснить, чей это сад, – сказал Милан.

– Стоило сделать это ещё до того, как приезжать сюда, – сказал Нелио, и Милан снова мрачно покосился на него.

Я тем временем остановилась у двери и, на мгновение прислушавшись, взялась за ручку. Было не заперто. Дверь с тихим скрипом открылась внутрь. Затаив дыхание, я шагнула через порог. Небольшая комната, в которой я оказалась, была обставлена очень просто, но выглядела вполне уютно. Столик с тремя стульями занимал всё пространство перед одним из двух окон. У другого окна стояло несколько потёртое кресло с табуреточкой для ног. На полках лежала всевозможная посуда, различная кухонная утварь и даже небольшая газовая плита. Всё выглядело чистым и ухоженным.

– Здесь явно кто-то часто бывает, – сказала я. – Видно, что и за садом, и за домом следят.

– Смотри-ка! – перебила меня Феа, указывая на квадратную коробку, которая лежала на круглом столике рядом с креслом. На ней была записка «Для Кайи».

Сердце тут же забилось чаще.

– Открывай скорее, – взволнованно прошептала Феа.