Повелитель дронов 6 - Юрий Винокуров

на солнце Пелопоннеса, возомнил себя античным рабовладельцем. Скупил местный отель, оборудовал подвалы, похищал местных девушек и устраивал закрытые аукционы. Эллинская тайная полиция вскрыла гнойник, но урод успел сбежать в Россию, спрятавшись за спинами адвокатов. Император, узнав материалы дела, лично приказал гвардии вытащить графа из постели, заковать в кандалы и передать эллинам прямо в руки. «Эта мразь не наша, судите по своим законам», — сказал он тогда. А сейчас они бьют в спину, все до единого.

— А что Северное Королевство? — спросил Александр. — Они тоже прислали счёт за наших агентов, списки которых слил Барышников?

Министр иностранных дел торопливо замотал головой.

— Никак нет, Ваше Величество, от северян полная тишина. Никаких нот или претензий. Секретные счета наших резидентов заморожены, сами агенты высланы в течение двадцати четырёх часов без скандалов в прессе.

— Хоть кто-то в этом дурдоме ещё помнит правила игры, — кивнул Император и перевёл взгляд на другой конец стола, где сидел министр внутренних дел. — Перейдём к внутренним проблемам. Что с Приморьем?

— Ваше Величество… Мой долг предупредить. Указ о присвоении Феликсу Бездушному княжеского титула и передаче ему полномочий вызвал крайнее негодование в высшем свете.

— Ну и пусть.

— Но поймите, Государь! Рейтинг доверия к роду Бездушных среди знати отрицательный. Их никто не поддерживает! Вы поручаете этому юнцу перехват ядерной субмарины! У него нет ни флота, ни опыта командования такими операциями! Он провалит задачу, и тогда…

— Довольно. Вы говорите мне о рейтингах и поддержке? А где сейчас эта ваша хвалёная аристократия? Где те, у кого высокие рейтинги? Я скажу вам — они закрылись в своих родовых поместьях, нагнали гвардейцев, активировали купола и сидят, поджав хвосты. Ни один из них не ответил на призыв Генштаба выделить силы для укрепления границ. Все ждут, чем закончится кризис, чтобы потом примкнуть к победителю. Империя обескровлена, а они прячут ресурсы. И вы знаете, почему они ненавидят Бездушных. Я тоже знаю. Покойный Эдуард Бездушный на каждой ассамблее тыкал вас всех носом в вашу же грязь. Напоминал, что дворянин обязан защищать свой народ, а не выжимать из него последние соки. Они не боялись влезть в разборки, когда сильный жрал слабого. И поэтому вы позволили Барышникову уничтожить этот род. Вы молчали, когда их убивали.

Сказать в ответ было нечего. Тот же Феликс — мальчишка, лишившийся всего, на которого началась настоящая охота, ни разу не ударил первым по мирным родам, вёл честный бизнес с теми, кто сохранил лицо, с теми же Башатовыми.

— Ваше Величество, но всё же… — рискнул подать голос глава департамента внутренней безопасности, — ещё не поздно отозвать указ. Этот Феликс совершенно неуправляем, у него явно мания величия! Он назначает собственных мэров, игнорирует законы…

— А вы не понимаете одного простого факта, господа, — улыбнулся Император. — Не имеет никакого значения, справится он с подводной лодкой или нет. Решение по Приморью я принял ещё неделю назад, когда смотрел, как этот парень эвакуирует деревни из-под носа у орков, пока мои генералы жевали сопли на переправах. Приморью давно нужен был нормальный управленец, не боящийся испачкать руки в крови и пойти на крайние меры.

— Но его мания величия… — снова пискнул чиновник.

— Да пусть страдает манией величия на здоровье. Главное, господа, что его мания величия не распространяется на простых людей. Он не самоутверждается за счёт слабых.

Александр увидел, как дёрнулись кадыки у нескольких министров. Они всё прекрасно поняли. Императору было абсолютно плевать, если агрессия и жестокость нового князя обрушатся на головы зажравшихся аристократов. Более того — он на это рассчитывал.

Глядя на эти перепуганные, потеющие лица, Александр вдруг осознал, насколько глубоко прогнила система. Один человек, Барышников, получив слишком много власти, смог поставить раком всю страну. А почему? Да потому, что эти самые крысы, которые сейчас сидели перед ним, годами пели ему в уши: «Государь, нельзя трогать Канцлера. Это нарушит баланс. Элиты взбунтуются. Нужна мягкая политика». А теперь, когда Барышников сбежал, эти же самые крысы шушукаются по тёмным углам о том, что Император слаб, что Барышникова нужно было казнить ещё пять лет назад. Лицемеры! Но ничего, дойдёт и до них очередь, списки уже лежат в нужной папке. А сейчас была задача поважнее.

Атомная подводная лодка шла к территориальным водам Корё — закрытого, наглухо отбитого государства, в котором к власти рвался сумасшедший революционер. Если к нему в руки попадут шестнадцать ядерных боеголовок, шантажировать он будет уже весь континент.

— Разбирайтесь с дипломатами, — сказал Император. — Торгуйтесь, тяните время, угрожайте. В общем, делайте свою работу. А с лодкой Феликс разберётся, я в него верю.

* * *

— Ну что, дамы? Какие новости гуляют по нашим необъятным информационным просторам?

Сёстры и Фурия сидели на диване, уткнувшись в свои смартфоны.

— Феликс, да это просто шок-контент! — воскликнула Эльвира. — По всем закрытым аристократическим каналам экстренная рассылка. Указ подписан! Ты… ты теперь Князь! А за родом Бездушных официально закреплён весь Приморский край!

— Я мониторю правительственные узлы и Даркнет, там полная истерика, — сказала Ольга. — Никто не может поверить. Все думают, что это либо ошибка Канцелярии, либо чья-то масштабная хакерская атака. Я даже сама пару раз логи проверила, думала, может, кто из моих коллег развлекается. Но нет, печати подлинные.

— Брат, они там уже объединяются, — Маргарита показала экран своего телефона. — Местные рода, те, что под Трофимовым ходили, и те, кого Барышников прикормить успел, объявляют нам бойкоты, вспоминают какие-то старые обиды, из-за которых якобы можно объявить нам официальную войну. У них есть неделя, максимум две. По имперским законам о передаче власти, в этот переходный период нас не имеет права защищать ни полиция, ни армейские гарнизоны. Всё ложится исключительно на плечи личной гвардии рода.

— Которой у нас нет, — мрачно подытожила Фурия. — Они там на форумах ставки делают, через сколько часов после твоего въезда в губернаторский дворец тебя вынесут оттуда вперёд ногами. Считают, что для тебя занять резиденцию сейчас — это чистой воды самоубийство.

— Замечательно! Просто замечательно! — рассмеялся я. — Вы только посмотрите, какие они все важные и самодовольные! А вам вообще не кажется, что всё это просто один дешёвый аристократический цирк? Почему эти люди вообще смеют называть себя элитой? Посмотрите, что творится в губернии. Люди на грани голода, сидят без